Мужчина усадил супругу и покосился на ром. Выпить не решился, вместо этого достал трубку и закурил. Хлопнуло оконце, в кают-компанию заструился свежий морской воздух.
— Да, изрядно нас потрепало! — крякнул мужчина и представился: — Йохан.
Называя в ответ своё имя, Маркус подумал: забавно, они познакомились только сейчас, хотя живут в соседних каютах. Эти двое, наверняка, слышали истеричные крики Стеллы. Или не слышали — ветер свистел так, что он сам себя не слышал. Конечно, не слышали, сами, наверное, молились.
— Я уж, грешный, думал, что мы все утонем.
— Йохан! — подала голос женщина. — Я, вот, верила, что ничего с нами не случится. С хорошими людьми не может случиться ничего дурного.
— А где Ваша спутница? — Йохан пропустил мимо ушей нравоучительный комментарий супруги.
— Отдыхает. Буря ее измотала.
— Вы, как я посмотрю, не сиальдарцы…
— Нет, мы с востока. — Лучше сказать, что с востока — мало ли там стран?
— В Скали плывете?
— В Скали. У нас там дядюшка.
— А что ж он у вас в Адиласе, а вы сами… — Собеседник попался любопытным, да его можно было понять — из развлечений на корабле только карты, выпивка и разговоры.
— Так уж получилось, — Принц сделал вид, что не хочет вдаваться в подробности семейных отношений.
— А мы, вот, до Сустенты, раньше вас сойдем на твердую землю. Честно говоря, скорей бы! Сил моих больше нет, все время из стороны в сторону мотает, только табаком и спасаюсь.
— Как Вы думаете, ужин накроют, как обычно? — снова вклинилась в разговор супруга Йохана. Она сидела, сложив руки на коленях, вперив взгляд в пространство.
Маркус пожал плечами: после такой качки ему бы кусок в горло не полез.
Хлопнула дверь, и к их скромному обществу присоединились еще двое. В кают-компании стало оживленнее; под тоскливые протяжные крики чаек завязалась карточная игра.
На следующее утро на горизонте показался остров Иста. Зелёный, пропитанный ароматом диких хризантем, он раскинулся на полпути между Арханом и островом Дана; на нем не было ни одного крупного поселения, только несколько деревушек, самая крупная из которых, Фуэрто, на восточном побережье острова издавна привлекала к себе парфюмеров. Местные жители зарабатывали на жизнь не земледелием, а производством сырья для тончайших ароматов.
Но истинную славу Исте принесла семья Балео, придумавшая знаменитый «Омченто».
«Арника» пристала к острову, чтобы пополнить запасы провианта и пресной воды.
Корабль покачивался на волнах в маленькой бухточке; на берег сошла не вся команда — большинство осталось на борту, чтобы привести судно в порядок после бури.
Стелла выполнила обещание и выпустила лошадей на берег.
Они ехали под сводами влажного леса, наслаждаясь волшебными запахами.
— Здесь всё пропитано «Омченте»! — восхищенно пробормотала девушка.
— И не удивительно: его здесь делают. — Изловчившись, принц сорвался хризантему и протянул своей спутнице.
— Спасибо. А ты любишь цветы?
— Люблю, почему бы и нет. Правда, у нас их мало, но мы все равно каждую весну украшаем изображение Никары цветами.
— Интересно, а где растут речные лилии?
— В реке, я думаю.
— Я не дура, и без тебя знаю, что в реке. Но вот где река?
— Найдем, — обнадёжил ее друг.
Где-то впереди шумела вода. Они поехали на звук и оказались возле миниатюрного водопада, разбивавшегося о покрытый мхом известняк.
— Как красиво! — Принцесса спешилась и, оглядевшись, радостно крикнула: — Смотри: речные лилии!
— Ты как ребенок! — покачал головой Маркус.
— Хотя бы не ты, хорошо? Мне иногда так хочется побыть ребенком… Знаешь, — улыбнулась она, — скажу тебе по секрету: я всё еще ребенок.
— В твои-то годы и с твоим прошлым?
— А что не так с моим прошлым? — нахмурилась девушка.
— Да так… Ты успела кое-кого убить, и уж они-то не считали тебя ребенком.
Принцесса промолчала.
Будь ее воля, она могла бы долго сидеть так, вглядываясь в быстрое течение реки.
— Искупаться бы, — мечтательно протянула принцесса.
— Холодновато для купания — как-никак, сентябрь на пороге.
— Жаль! А на юге, наверное, вода ещё тёплая.
Девушка встала и подвела лошадь к воде. Сняв сапоги и подоткнув юбки, Стелла зашлёпала босыми ногами по илистому дну. Она с удовольствием пробежалась с Лайнес вдоль берега, смыв с себя дорожную пыль и, заодно, приняв холодный душ из брызг.
С завистью наблюдая за подругой, Маркус в конце концов не выдержал, тоже разулся и потянул за собой Лерда. Стелла рассмеялась, когда конь окатил его с ног до головы, но улыбка быстро исчезла с её лица: на берегу тревожно лаял Шарар.
Принцесса выбралась на берег, бросилась к оружию и заняла выжидательную позицию.
— Что с тобой? — Принц замер посредине реки.
— Шарар никогда не ошибается, у него чутье. Тут кто-то есть, кто-то враждебный.
Переменив позицию, она вжалась в мшистый известняк и впилась взглядом в лес. Через пару минут из него появилась группка людей в странных одеждах: длинных ярких рубахах, подпоясанных кушаками, широких темных штанах и белых платках, обмотанных вокруг головы; медные концы луков поблескивали на солнце. Оглядевшись, они направились к реке. И не просто к реке — именно к ним.
— Кто вы? — Человек шепелявил, с трудом выговаривая слова. К тому же, у него был жуткий акцент.
— Приезжие.
Принцесса была напряжена и не сводила взгляда с колоритной группы.
— Сиальдарцы? Значит, враги. Мы не любим сиальдарцев.
Его спутники закивали и крикнули: «Хура!».
— Отдайте оружие. — В подтверждение серьёзности своих требований он потряс луком.
— Кто это? — тихо спросил Маркус. Он уже выбрался из воды и застыл, не зная, безопасно ли наклониться и отжать штанины. Принц все стоял и думал, а вода продолжала стекать в наскоро обутые сапоги.
— Ума не приложу. Может, ашелдонцы? Хотя, может статься, что и адиласцы с юга.
— Откуда ты знаешь?
— Книги, мой друг.
Ашелдонцы привели оружие в боевую готовность.
— Сдавайтесь, или мы убьём вас.
— Эй, может быть, объясните, чем вам так не угодили сиальдарцы? — подал голос принц, заслонив собой подругу. — У вас, что, кровная вражда?
— Нет, — ашелдонец осклабился, продемонстрировав щербатые зубы. — Просто нам не нравятся именно вы.
— Это еще почему? Я, например, первый раз вас вижу…
— И в последний, сиальдарец!
Сколько у них времени? Сколько мгновений? Хватит ли их на то, чтобы спрятаться и увести лошадей?
Первая стрела просвистела за их спиной. Чрезвычайно неприятное чувство, когда всем телом ощущаешь колебание воздуха и искренне надеешься, что меткость подвела стрелка, и заостренный треугольник металла не вонзится под лопатку.
Принцесса пригнулась и юркнула за один из камней. Вторая стрела попала в него.
— А они не такие уж хорошие стрелки, — хмыкнул из своего укрытия Маркус.
— Не обольщайся! У себя на родине они очень хорошо стреляют, настолько хорошо, что их нанимают в качестве наёмных убийц.
— Наёмных убийц?
— Маркус, они же не по собственной воле загнали нас в ловушку, им за это заплатили!
— Но тогда бы они знали, что мы не сиальдарцы, — возразил принц.
— Им просто не сказали — зачем?
— Однако хорошо же ты осведомлена на счет наёмных убийц! — Он пробовал шутить под смертоносным дождем.
— Не так уж и хорошо. Просто я — как раз тот человек, ради которого их нанимают. А на счет ашелдонцев… По совету одного человека я недавно прочитала «Заметки путешественника» Ганераса.
— Сколько же в тебе книг!
— Много. Слушай, тебе не кажется, что нам пора что-то делать? Лично я не собираюсь пасть жертвой безымянного ашелдонца.
Девушка приготовила лук, осторожно высунулась из укрытия и выстрелила.
— Ну, как? — спросила она, моля всех богов, чтобы следующая стрела не попала ей в голову.
— Ты виртуоз своего дела, — усмехнулся Маркус. — Только у меня плохие новости: оставшиеся двое разделились. Один остался у реки, а другой обходит нас с тылу.
— У тебя из оружия что-то есть?
— Ножик. Самое полезное оружие для ближнего боя. Смотри, как я сниму его.
— Не могу: я немножечко занята. — Стелла распласталась на земле, не сводя глаз с ашелдонца. Они оба друг друга видят, и оба медлят. Кто первый?
Или он ждет, пока выстрелит его товарищ?
Раз. Два. Три. Она резко метнулась обратно за камень и, высунувшись с другой стороны, выстрелила.
Что-то тяжелое упало у нее за спиной. Стелла вздрогнула и обернулась — среди редкой травы посреди мха лежал ашелдонец.
— Маркус, я даже не знаю, что и сказать… — пробормотала она.
— Должен же от меня быть хоть какой-то толк, — хмыкнул юноша.
— Теперь все. Этот тоже готов. Я, конечно, проверю, но издали он похож на мертвеца.
Принцесса медленно выпрямилась и крадучись спустилась к реке, туда, где лежали оба ашелдонца, один дальше, другой ближе, на подходе к камням, за которыми она недавно пряталась. Вытащив меч, девушка по очереди вонзила его в оба трупа. Крови было мало — значит, они и до этого были мертвы. Всё-таки она хорошо стреляет!
Успокоившись, принцесса присела на корточки и по очереди осмотрела одежду убитых. У одного нашёлся кошелёк, у другого — кисет с табаком. «Негусто», — пробормотала она.
— Все в порядке? — крикнул Маркус.
— Да. А у тебя?
— Тоже.
— Тогда вернемся на корабль? Иста, безусловно, прекрасный остров, но, кто знает, сколько ашелдонцев прячутся в его лесах.
Неподалеку от побережья их насторожил шум — похрустывал валежник, шелестел листвой кустарник. Звуки доносились из глубины леса и постепенно приближались.
— Как ты думаешь, это ашелдонцы? — шёпотом спросила Стелла.
— Сейчас проверю.
Принц смело свернул с дороги.
— Ну, ашелдонцы? — нетерпеливо спросила девушка, приведя оружие в боевую готовность.
— Нет, посмотри!
Подъехав, она увидела всадника на сером в яблоках коне. Это был мальчик, босоногий мальчик в красном колпачке. Он держал деревянный ковш и щедро поливал землю из бочонка, крепившегося к седлу.