Опять же, есть доктора, которые и учились хорошо, и не по блату заканчивали, но у них «тяжелая рука». Как правило, большинство таких докторов сами про себя быстро все понимают и идут в администрирование, но некоторые упорно продолжают работать. При этом тихо ненавидя своих пациентов. Ну у них же плохо получается лечить! Кто виноват? Нерадивые пациенты, кто ж еще. Так что и по блату можно попасть к уставшему, безразличному доктору.
Доверяйте сарафанному радио и своей интуиции. Собирайте информацию, спрашивайте. Иногда можно найти очень хорошего доктора в обычной районной поликлинике. Я таких встречала, и не раз. Особенно когда рожала и воспитывала своих детей. Это были настоящие профессионалы, они душой болели за моих мальчиков, приходили, даже когда я их не вызывала, чувствовали опасность, проверяли и перепроверяли.
Совет
Выслушивайте хотя бы два мнения. Особенно если грозит операция. Все-таки операция – это последняя инстанция. Если ее можно избежать, то надо хотя бы попробовать. А потом просто доверьтесь доктору, который вам по душе. И уже не сомневайтесь. И неукоснительно выполняйте то, что он вам говорит. И если доктор скажет – нужна операция, то смело делайте такой шаг. Верьте доктору и в свои силы.
Встречи на спортивных тропинках
Боже, как же он импозантен. Спортивный костюм всегда только белый, под ним белая футболка, кроссовки тоже белые. Все элегантно до предела. На вид дедушке лет восемьдесят. Он уверен, что выглядит исключительно на семьдесят. Да, радостно обманываем себя. И это только нам понятно, что семьдесят и восемьдесят – это огромная разница. Для сорокалетних это уже абсолютно все равно. Мы для них все одногодки. Нас это совершенно не должно волновать. Мы находимся в другой весовой категории. Мы до нашего возраста дожили. Кто-то добрел, кто-то добежал. Но мы находимся в нем. И очень важно ему радоваться и им гордиться.
Не забывать, что была юность, окружать себя молодыми, а значит, быть им интересными, еще скажу такую вещь – не противными. Для этого нужно в первую очередь хорошо и современно выглядеть, не быть занудами, не потерять чувство юмора.
Обязательно думать о своем будущем. Да, мы не знаем, как сложится наша жизнь в дальнейшем, пока есть силы, нужно стараться эту жизнь себе организовать заранее. Как? Об этом поговорим в следующей книге. Но по большому счету жить здесь и сейчас. Вот как этот старик.
Каждое его утро обязательно спортивное. Весь в белом, очки черные. Он бодро идет по нашему поселку. В каком-то месте останавливается и начинает делать отжимания. Предварительно сняв куртку (отсюда я знаю, что футболка тоже белая), очки и бейсболку. Аккуратная седая стрижка, футболка практически накрахмаленная. Почему он не идет отжиматься в лес или на специальную площадку, которые у нас, конечно же, есть, мне непонятно. Нет, его отжимания всегда проходят именно посередине тротуарных дорожек, причем в разных местах.
Себя демонстрирует, проносилось у меня в голове, про другие причины не задумывалась, у меня своих мыслей в голове хоть отбавляй.
Мысли мыслями, но я всегда отмечала присутствие старика в белом во время своих спортивных прогулок.
Здороваясь, он кивал. Даже скажу по-другому, раскланивался. Кивнуть тоже можно по-разному. Снисходительно, торопливо, небрежно, а можно сделать кивок, достойный прекрасной дамы. Вот он мне так кивал. Мне после этого хотелось еще больше выпрямить спину и идти практически вприпрыжку. И кроссовкам, конечно, спасибо, но в первую очередь старику.
В какой-то момент старик в белом пропал. Я не сразу обратила на это внимание, мы же все в разное время выходим из дома, может быть, у него график прогулок изменился. А потом уже забеспокоилась.
Наконец-то он появился. Шел медленно, опираясь на палочку, одна рука повисла. Инсульт, никто не застрахован. Все равно в белом, все равно элегантный. Но уже костюм не такой опрятный, отрастил бороду.
Как-то одной рукой снял очки вытереть слезящиеся глаза, палка упала. Я подбежала, чтобы поднять и подать ему теперь уже такой для него необходимый атрибут. Он посмотрел на меня очень печально. Узнал. Попытался что-то сказать, но уже не смог, отвел руку в сторону, вторая так и висела. Весь вид его говорил: «Хотел, может, сейчас что-то и сказать, да не могу. А сейчас бы с удовольствием поговорил. Почему не сделал этого раньше? Дурак».
8. Пилатес как ступенька
Реабилитационный центр в Германии меня просто поразил. Я, понятное дело, занималась за деньги. Каждый мой поход стоил около восьмидесяти евро, что было совсем не мало. За свой отдых мне удалось посетить, думаю, занятий пять. Не очень много, но все-таки. Еще раз повторюсь, я тогда использовала каждую возможность для новых знаний. А вдруг поможет?
Немецкие пациенты лечились, как я понимаю, бесплатно, по своей страховке. Занятия в центре проводились строго индивидуально. Инструкторы со специальным образованием подбирали упражнения, подходящие только для тебя, и все занятия вели тебя за руку.
Мой инструктор Клаудия разбила наш урок на две части, сначала показывала мне несложные упражнения, в основном на растяжку, а потом делала мне массаж, при этом тоже тянула меня и тянула. Очень аккуратно, часто останавливаясь и спрашивая, все ли в порядке. Терпимо ли? Нет ли острой боли? Мне после Космонавта терпимо было все. Клаудия быстро меня раскусила, и эта моя фраза: «Мы же детей рожали, стерпим все», – ее крайне удивила. Она специально остановила занятие, чтобы серьезно со мной поговорить.
– Боль бывает разная: полезная и бесполезная. Нагрузку организму давать нужно, и это не всегда удовольствие. Нужно преодолевать – это обязательно. Но и свой организм нужно слушать. Он подскажет, в какой момент следует остановиться. Дать организму отдохнуть, немного подышать, восстановить работу сердца и продолжить тренировку дальше. Обязательно продолжить. Острой боли быть не должно. Немедленно останавливаемся.
Советы, которые я получила от Клаудии, были бесценны. И главное, что она мне сказала:
– Ты обойдешься без операции. Но ты должна заняться пилатесом. Серьезно. На постоянной основе. И ты себя вытянешь.
Совет
Любая тренировка должна иметь начало (разогрев), собственно тренировку и окончание. Расслабление. Все с любовью к телу.
9. Хороший тренер – кто это?
И я опять купила абонемент в фитнес-клуб. И тут уже я его не просто купила, я нашла клуб, где был тот самый пилатес. Я не пропускала тренировок, занималась три раза в неделю, как стояло в расписании клуба. Причем сразу подошла к тренеру, сказала, что есть проблема, определенные упражнения я делать не в состоянии, я буду идти за ней, но медленно.
Хороший тренер, увидев новенькую, всегда поинтересуется и как зовут, и какие есть предпочтения, и что и как. А еще – он присматривается. Какие упражнения даются тебе легче, какие сложнее, сам увидит проблемы и не будет настаивать: «Ну давай еще. Ну еще!» У хорошего тренера грамотно составлены тренировки, и они должны соответствовать всем уровням подготовки. Нам кажется, что вроде сложно, а на самом деле для всех возможно.
Очень важно правильно оценить возможности своего организма. Не переоценивать, но и спуску не давать.
К сожалению, опять у меня все пришло через страх. Пока меня не напугать, я собой серьезно заниматься не начинаю. Да, перспектива операции напугала меня сильно. И я начала суетиться. Неправильно это. Ну уж как есть. Могла ведь просто лечь на диван. В конце концов, бюстгальтер можно перевернуть и спереди застегнуть, и вполне можно жить, управляя одной рукой.
Мне такая жизнь не подходила. И потом, я понимала, организму только дай волю. Начнет расслабляться, не заметишь, как уже и вторая рука перестанет подниматься.
С тренером Олей мы сразу нашли общий язык. Ее упражнения мне очень даже подходили. Комплекс, ею составленный, был для всего организма. И она его не меняла. Три раза в неделю и дальше мы делали одни и те же упражнения в одной и той же последовательности. Кого-то это не устраивало: «Скучно. Одно и то же. Уже наизусть выучили».
Для меня это было то, что необходимо. Я делала из недели в неделю этот комплекс и видела прогресс. Чувствовала, что рука поднимается выше, вот я уже и за спину могу ее завести, и до локтя достать. Я занятия не пропускала, всю свою жизнь построила вокруг этих тренировок.
Группа у нас была сплоченная, мы уже вовсю беседовали в раздевалке, обсуждали Олину жизнь. Во время наших тренировок Оля успевала нам и упражнения показывать, и своими жизненными проблемами с нами поделиться. Жизнь у нее была сложная, в то время она как раз вступила в бракоразводный процесс. Я видела, как по мере продвижения процесса Оля становилась все тревожнее и грустнее. И если раньше она бодро говорила: «На фига мне такой муж», потом уже только пожимала плечами. В итоге пришла вся зареванная.
– Все, девчата! Развели.
В тот день толком нам позаниматься не удалось. Какие уж тут занятия? Коллектив у нас был дружным, за Олю мы все переживали, успокаивали нашего чудесного тренера как могли.
Мы наперебой напоминали про известные нам недостатки ее мужа (Оля в сердцах делилась сокровенным), но она все равно плакала. Вспомнила вдруг про сына-подростка и впервые рассказала, что отцом муж был совсем даже неплохим. И на горизонте замаячила разлучница. Что мы могли сказать? Дело сделано. Кто-то говорил, что только вперед, кто-то предлагал все начать сначала. Я молчала, что тут скажешь. Как же так сделать, чтобы все-таки сначала подумать, а потом уже идти на такие решительные действия? Как было про сына раньше не вспомнить?
Олю через какое-то время уволили из спортивного клуба. Почему? Мы даже письмо в ее поддержку писали. Но, видимо, был крот в нашем дружном коллективе, который на Олю нажаловался. Мы же сюда заниматься ходим, а не истории слушать.