– Вы можете погрузиться в кратерное озеро. Костюмы выдержат. Там холодно, а температура соленой воды намного ниже точки замерзания, но все же в воде будет не так холодно, как на открытом воздухе. Если помните, вода несет остаточное тепло после удара метеорита. Но даже при этом вы оттянете гибель всего на день или два.
– Этого недостаточно, – сказала Мириам. – И мы не сможем работать, плавая в озере в полной темноте.
– Работать? – рассмеялся я. – Да кого теперь волнует работа?
– Что еще, Гарри? – спросил Майкл.
– Я рассмотрел варианты, при которых могут выжить двое, а не трое. Или один. За счет совместного использования костюмов.
Напряжение между нами мгновенно возросло.
– Пауки, разумеется, оставили вам костюм Билла, – продолжил Гарри. – Проблема в том, что источник питания встроен в ткань каждого из них. Чтобы им воспользоваться, вам придется меняться костюмами. Но я не смог придумать способ, как вы можете сделать это вне гондолы. Вы замерзнете насмерть за несколько секунд.
– Значит, это не вариант.
– И никогда им не был, – произнесла Мириам, твердо взглянув на нас.
Не уверен, испытал ли я облегчение после этих ее слов. Потому что за те несколько секунд, пока они обсуждали эту опцию, я твердо решил, что последним выжившим в последнем комбинезоне буду я.
– Окей, что еще? – спросил Майкл.
– Для подзарядки комбинезонов вам нужен ВЕТ-двигатель из гондолы. Этому альтернативы просто нет.
Я показал на пауков, ползущих на криовулкан.
– Эти твари уже сбросили его в кальдеру.
– Тогда вам придется отправиться за ним, – ухмыльнулся Гарри, сидя в своем уютном кресле на «Крабе». – Неужели откажетесь?
– Но как? – искренне удивился я. – Нам что, строить подлодку?
– Она вам не понадобится. У вас же есть костюмы. Прыгните туда, и все…
– Рехнулся? Ты хочешь, чтобы мы прыгнули в кратер вулкана следом за бандой пожирающих металл чудовищных пауков?
Но Мириам и Майкл, по своему обыкновению, ухватились за новую идею.
– Джовик, – сказала Мириам, – ты все время забываешь, что мы не на Земле. Этот «вулкан» извергает всего лишь воду, его «лава» холоднее крови у нас в жилах. – Она взглянула на Гарри. – Но в этой воде очень много аммиака. Насколько я поняла, костюмы его выдержат?
– Они были разработаны для контакта с веществами мантии. Мы всегда знали, что такой контакт возможен. Давление тоже не должно быть проблемой.
– А что касается пауков – они наверняка оставят нас в покое, если мы будем держаться от них подальше, – добавил Майкл. – Мы это знаем. Мы даже сможем их использовать во время погружения. Последуем за пауками и найдем двигатель. Правильно?
– Не забывайте и про исследования, – напомнил Гарри. Он вывел данные на виртуальный дисплей – бесстрастные цифры светились в воздухе всего в нескольких метрах от трупа Дзика. Гарри сказал, что предварительный анализ полученных нами данных показывает, что главный источник критически важного для атмосферы метана находится не в воздухе, не на поверхности, а в криовулканах. – Следовательно, его главный источник расположен где-то в аммиачном море. Неважно, какой он – биологический или геологический, – но он там, внизу.
– Хорошо, – согласился Майкл. – Значит, мы не получим полной картины, пока не отправимся в кратер.
– Без связи вы не останетесь. Я смогу отслеживать вас и разговаривать с вами на протяжении всего погружения. Наш канал связи работает на принципе передачи нейтрино, поэтому несколько километров льда или воды для него не препятствие.
Несколько километров? Мне это совсем не понравилось.
– Значит, решено, – сказала Мириам. – У нас есть план.
– Это коллективный бред, – возразил я.
Они меня проигнорировали.
– Предлагаю часик отдохнуть, – сказал Майкл. – Мы можем себе это позволить. Надо как-то перевести дух, мы сегодня многое пережили. И еще надо рассортировать снаряжение, прикинуть, что мы сможем использовать.
– Правильно, – согласилась Мириам. – Как насчет сеток со льдом в качестве балласта, например?..
И они с Мириам принялись за работу, разбирая хлам, на который не польстились пауки. Затем они начали плести сетки из оставшегося кабеля. Их хлебом не корми, только дай чем-нибудь заняться вместе.
А неподалеку от них лежал на спине голый Билл Дзик, уставившись в темное небо замерзшими глазами. Полагаю, это недвусмысленно характеризует Майкла и Мириам – то, что они настолько сосредоточились на очередной цели, что не нашли времени позаботиться об останках человека, с которым они работали, судя по всему, в течение многих лет.
Что ж, я презирал Билла, а он презирал меня, но что-то во мне сжималось при мысли оставить его просто лежать здесь как есть. Я осмотрелся в поисках чего-нибудь, что можно использовать вместо лопаты. Отыскал распорку и керамическую панель от какой-то внутренней перегородки гондолы и связал их куском кабеля.
Потом я начал копать. Пластина легко входила в грунт – ледяные песчинки не цеплялись друг за друга. Будучи уроженцем планеты с большой силой тяжести, я стал на Титане силачом и легко поднимал полные лопаты песка. Но на глубине около полуметра грунт был более плотным – несомненно, это особенность сложной геологии Титана, – и врубаться в него стало труднее. Я не смог выкопать для Билла достаточно глубокую могилу, поэтому удовлетворился тем, что уложил его в эту мелкую канавку и насыпал сверху холмик. Перед этим я попытался закрыть ему глаза, но веки, конечно же, примерзли.
Все время, пока я работал, я старательно злился на Майкла Пула, потому что злость всяко лучше страха.
Глава одиннадцатаяВулкан
Мы поднялись по склону криовулкана, шагая параллельно тропе ледяных пауков, которые все еще таскали наверх последние кусочки гондолы. Каждый нес импровизированное снаряжение – веревочные сетки, мешки с кусками льда для балласта, упаковки с едой. Мириам даже несла сумку с самыми ценными научными образцами.
Восхождение было нетрудным. Оставив внизу песчаные наносы, мы зашагали по голому льду, а его грубая поверхность хорошо сцеплялась с нашими рифлеными подошвами. Я полагал, что мы будем скользить по ледяному склону, но при таких температурах лед не успевает плавиться под ногами, как на Земле, а именно эта пленочка талой воды и устраняет трение.
Но, несмотря на легкий подъем, вблизи от кальдеры у меня отяжелели ноги. Никаких вариантов, кроме как идти дальше, навстречу еще большей опасности, не было. У меня вообще не было выбора с того момента, как меня похитили.
Наконец мы вышли на край кальдеры – или кратера, называйте как хотите. Мы смотрели вниз, на огромную чашу диаметром около полукилометра. В ледяных скалах по краям чаши лед пронизывали жилки какой-то коричневатой органики. Большая часть дна кратера была твердой – очевидно, криовулкан в данный момент спал, – но мы увидели во льду широкую темную расщелину, куда и спускались пауки. Несмотря на тяжелый груз, они проворно лезли вниз по стенам расщелины, и Пул показал нам, как они поднимаются по дальней стенке, но уже без груза. Прислушавшись, можно было расслышать какой-то хруст, доносящийся из глубины.
Туда нам и предстояло спуститься.
– Даже не думай об этом, – прошептала мне Мириам. – Просто спускайся.
Но для начала нам требовалось укротить паука.
Мы спустились на несколько шагов и встали возле цепочки пауков-носильщиков. Мириам попробовала набросить лассо на проползающего мимо паука. Попытка оказалась слишком самонадеянной, потому что в плотном воздухе при малой силе тяжести кусок кабеля буквально жил собственной жизнью. Тогда они с Пулом придумали другой способ. Проявив немного ловкости, они ухитрились набросить петли на конечности паука. Затем Пул несколько раз перебросил кабели под брюхом и через спину твари и завязал концы узлом: в результате получилось что-то вроде сетки. Кажется, паук даже не заметил этой суеты вокруг него и неторопливо шел своей дорогой.
– Сойдет, – решил Пул. – Все на борт!
Прихватив свою ношу и сетки с балластом, он совершил медленный, как в кино, прыжок, ухватился за импровизированную сеть и уселся на спине паука. Мы с Мириам торопливо последовали его примеру.
Так мы и ехали втроем на паучьей спине, обмотав вокруг кисти хвосты кабеля. Первые несколько минут оказались не так уж и плохи, несмотря на дерганые и неравномерные движения паука: они не давали нам забыть, что действиями этого существа не управляет сознательный разум.
Но тут поразительно быстро стал приближаться край кальдеры. Я покрепче вцепился в сеть.
– Поехали! – закричал Майкл и даже заулюлюкал, когда паук перевалил через край расщелины и начал спуск по вертикальной стене. Я не мог понять, за счет чего он держится на скале, – может, с помощью присосок, а может, его хрупкие конечности находили какие-то зацепки. Но моя тревога не утихала, потому что когда паук наклонился вперед, вся наша троица оказалась вверх тормашками. Мы судорожно цеплялись за сеть, вися вниз головой.
– Лезьте наверх! – крикнул Майкл. – Будет легче, если сможем перебраться ближе к хвосту.
Это был неплохой совет – из тех, что легче дать, чем выполнить. Потому что для перемещения я должен был сперва ослабить хватку. Я перебрался на задницу паука последним, но наконец можно было перевести дух, устроившись там поудобнее.
Все это время темнота в расщелине сгущалась, а жуткий хруст внизу становился все громче. Посмотрев вверх, я увидел вход в расщелину – зазубренную красновато-коричневую дыру, единственный источник дневного света, который едва освещал тело паука. Поддавшись внезапному порыву, я включил фонари, и нас залил яркий свет.
– Все в порядке? – спросил Пул.
– Я как выжатый лимон, – ответила Мириам. – Хорошо хоть, приняла таблетки от клаустрофобии перед тем, как лезть в гондолу. Смотрите. Что это там впереди?
Мы уставились вниз. Это был кусок льда, перекрывший всю расщелину. Я на миг понадеялся, что нам уже не придется спускаться глубже, чтобы отыскать ВЕТ-двигатель. Но ни пауков, ни кусков гондолы не было видно, и я со страхом понял, что нас ждет дальше. Хруст слышался все громче и громче, он казался даже ритмичным.