– Я знаю, откуда эта фраза. А ты?
– Разве это имеет значение? – Майкл минуту помолчал. – Мне кажется, достаточно того, что мне доверяет Джекки.
– Я так не считаю. Джекки слишком мало видела людей, чтобы понимать, кому следует доверять.
– Что еще скажешь? – произнесла Джекки из-за спины Самсы.
Майкл поднял на нее глаза.
– Ты сама реши, что мне сделать с винтовкой.
– Оставь при себе, – коротко проговорила Джекки. – Ты явно стреляешь лучше него. И ты точно заслуживаешь большего доверия.
– Я оберегаю слонов, – произнес Самса, стараясь не выдать голосом своих чувств.
– Это не твоя работа, – сказала Джекки. – Этим займусь я.
Они не сказали ни Самсе, ни Пинто, ни остальным, что уходят. Деревня стояла на холме, скрытая от глаз поворотом тропы. И Майкл уж точно не стал бы заходить, чтобы попрощаться. И все же он ощущал на себе чей-то взгляд, когда они переходили с тропы, уходившей вверх по склону, на тропу, отмеченную кучами слоновьего навоза и спускавшуюся к подножию холма.
– Скажи мне, – будничным тоном поинтересовалась Джекки тем же днем, – этот Самсавилль отмечен на карте?
Майкл долго не мог отсмеяться.
Характер их путешествия изменился. Раньше Майкл чувствовал, что они бесконечно одиноки в этом лесу. Другие слоны представлялись абстрактной идеей. Других людей не существовало. Сама мысль, что где-то может быть деревня, показалась бы полным абсурдом.
Но теперь Самсавилль – название приклеилось прочно – постоянно возникал в памяти. Майкл подозревал, что Джекки чувствует примерно то же самое по отношению к слонам.
Дорогая мамочка!
Мы с Джекки ушли от других людей и отправились искать слонов сами. Я не знаю, что будет дальше. Может быть, Джекки будет легче без одноногого мальчишки. Я скучаю по тебе и папе. Я скучаю по Джерри. Я скучаю даже по дяде Неду. Я скучаю по своей ноге. По ночам она болит. Джекки тревожит предстоящая встреча со слонами. Она не говорит об этом вслух, но я вижу. Может быть, Самса преследует нас. Может быть, он метнет в меня дротик или сделает что-нибудь похуже. Может быть, Тика не примет нас. Может быть, случится что-то нехорошее. Что бы ни случилось, я люблю тебя.
Майкл
Тику они нашли через два дня. Утро было в разгаре. Стадо паслось на краю поляны. Судя по развалинам строений на поляне, когда-то здесь была ферма. Майкл рассматривал древние стойки для кукурузных снопов и ржавую технику. Эта ферма никогда не видела роботов. Ее забросили давным-давно.
Тика развернулась к ним раньше, чем Джекки с Майклом вышли из леса. Должно быть, она услышала их, решил Майкл. Или почуяла запах.
Джекки подошла к слонам довольно близко и принялась пастись на другой стороне поляны. Примерно через час Тика присоединилась к другим слонихам. Однако она внимательно следила за Джекки.
Наступил день, и стадо удалилось в лес. Майкл слез на землю и перекусил сушеными фруктами и вяленым крокодилом.
– Самса следит за нами, – пробормотала Джекки, остановившись рядом с Майклом. – С гребня холма. Я чую его запах.
Майкл кивнул.
– Он хочет меня застрелить?
– Запаха оружия я не чувствую, но это ничего не значит.
– Еще кто-нибудь есть?
Джекки покачала головой:
– По крайней мере, я не чую.
– Ну, делать нечего.
Майкл жевал вяленое крокодилье мясо. На вкус неплохо. Немного похоже на курицу.
– Интересно, почему драконы не переходят по мосту? Как думаешь, может, на этом берегу есть что-то такое, что им не нравится?
– Может, их убивают слоны. Я точно убивала бы.
– Ты и убивала.
– Верно. – Джекки на миг задумалась. – Ошибочно считать, что эта экосистема сложилась окончательно. Люди покинули ее лишь недавно. Не исключено, что комодские вараны просто пока сюда не добрались. Им приходится мигрировать на север с побережья каждую весну и возвращаться каждую осень. Требуется время, чтобы они проникли в новые земли. Они могут удаляться лишь на определенное расстояние, откуда можно вовремя вернуться до наступления зимы.
– Они могут научиться зимовать здесь.
– Невозможно.
– Так они сами по себе невозможны. Откуда нам знать, на что они способны?
Джекки немного помолчала.
– Ничего не желаю об этом знать.
Майкл содрогнулся.
– Я тоже.
На следующей неделе они исполняли тот же ритуал. Слоны приходили на заброшенную ферму и паслись, переходя на новые участки, когда заканчивались листья. К концу недели Джекки с Тикой сделали вокруг поляны полный круг. Они так и стояли друг против друга, но теперь Джекки была на том месте, с которого начала Тика, а Тика стояла там, куда Джекки вышла из леса.
– Сегодня же пойдем за ними, – сказал Майкл.
Он выплюнул последний кусок мяса. Ему осточертела крокодилятина.
– Слишком быстро.
– Да ты посмотри вокруг. – Майкл указал на деревья. – Здесь ничего не осталось. Вряд ли они вернутся сюда, чтобы просто поздороваться.
Тика погнала свое стадо к выходу с поляны. Джекки последовала за ней на почтительном расстоянии. Тика время от времени оборачивалась, проверяя, здесь ли они.
– Может быть, и получится, – шептала Джекки.
Они шли за стадом несколько часов. Запах Самсы и других людей потерялся. Тропа делалась шире и извилистее: временами они теряли стадо из виду на несколько минут. А потом они завернули за поворот, и Тика встретила их.
Джекки замерла как вкопанная. Майкл лег, опустив голову на голову Джекки и принялся наблюдать. Он застыл, не желая привлекать к себе внимание.
Тика приблизилась с опаской, до половины подняв хобот и нюхая воздух. Джекки тоже немного приподняла хобот. Когда они сблизились, то принялись внимательно обнюхивать друг друга. Тика, кажется, успокоилась.
Майкл наблюдал. Он понял, что Тика хочет принять Джекки в стадо, возможно, потому, что та беременна. Возможно, потому, что здесь хватает опасностей, которые лучше отражать сообща.
Тика неожиданно махнула хоботом над головой Джекки и ударила Майкла по боку, сметая его с шеи Джекки и сбрасывая на землю.
Майкл мгновенно пролетел десять футов, оцепеневший от потрясения, и больно упал на спину, задохнувшись от удара. Он отчаянно старался вдохнуть, кашлянуть, хоть что-нибудь. Однако легкие упрямо отказывались повиноваться.
Тика занесла над ним ногу.
Майкл видел во всех подробностях ее подошву: сломанный ноготь, морщинистый шрам. Джекки выкрикнула: «Нет!» и перешагнула через него, отодвигая Тику.
Тика шагнула назад, потом попятилась.
Джекки стояла над ним, опустив голову и хобот.
Майкл наконец-то задышал и смог сесть, глядя на эти двадцать тонн живого веса, сгрудившиеся вокруг него.
– Беги! – крикнула Джекки.
Майкл пополз. Дерево! Где же дерево? Он увидел дуб, запрыгнул на ветку, вскарабкался выше, добрался до высоких веток, откуда Тике было его не достать.
Джекки встала перед деревом, глядя на Тику. Тика затрубила.
Она как будто прокричала по-человечески: «Тебя мы берем. Но без него!» А Джекки затрубила в ответ: «Без него не пойду!»
– Джекки! – закричал он. – Иди с ними. Я не пропаду.
Тика отступила, пристально глядя на них обоих.
– Нет, – сказала Джекки. – Либо вместе, либо никак.
Майкл понял, что плачет.
Часть пятая
Дорогая мамочка!
Я давно уже тебе не писал, но я был очень занят. Маленький Билл такой же упрямый, как его мать. Когда ему исполнилось два года, Джекки сказала, что он перерос стадию «милого малыша». Теперь она считает, что он просто вредничает. Но я его люблю. Он так похож на мать. Кажется, Тика в конце концов меня приняла. Хотя времени ушло довольно много. Она позволила мне остаться, просто не обращая на меня внимания. Однако несколько недель назад, перед тем как мы уходили из Панацеи, у нее загноился ноготь, нужно было вскрывать и чистить гнойник. Было ясно, что сделать это необходимо до того, как мы двинемся на север. Джекки стояла рядом, чтобы я точно не пострадал. Однако Тика сама подставила ногу и не двигалась, пока я промывал рану. Ей наверняка было очень больно. Но теперь нога выглядит гораздо лучше. Это было уже после того, как я застрелил двух комодских драконов, которые решили пообедать ногой Тики. Зимой драконы не представляют проблемы. Они все впадают в спячку. Но весной, после пробуждения, и до того, как наступает время их миграции на север, они страшно голодные и злые. Не знаю точно, почему Тика передумала. Но она, кажется, была очень довольна, когда мы с Джекки шли рядом с ней в этом году, возвращаясь на север. Мир продолжает меняться. Комодские драконы – неприятные твари, но сейчас они переживают трудные времена из-за появления лисохвостых львов. Нам так кажется. Там, где есть лисохвостые львы, драконов нет, а там, где есть комодские драконы, нет лисохвостых львов. Мы не знаем наверняка, что происходит. Пожарные муравьи тоже мигрируют на север.
Новости этой весной хорошие. И Таня, и Вильма беременны. Похоже, самец, заглянувший в гости на Рождество, исполнил свою работу. Будут еще слонята, Маленькому Биллу будет с кем поиграть. Сейчас мы рядом с Самсавиллем. Я бы с удовольствием навестил Самсу и Пинто. Пытаюсь уговорить Джекки пойти дальше на север, чтобы проведать Джерри. Однако она не хочет идти через вотчину драконов. Пока что все новости.
С любовью, Майкл
Майкл поставил подпись и закрыл блокнот. Блокнот почти кончился. Это будет уже седьмой. Он взвесил его на руке. Интересно, может, он немного чокнутый, раз все эти годы пишет покойной матери письма? Ему ведь уже шестнадцать. Майкл пожал плечами. Ему по-прежнему нравилось это занятие. Надо спросить, что думает по этому поводу Джекки.
Он опустил рюкзак, глядя, как течет река. По большей части он просто любовался игрой солнечного света и красок на воде. Но и осторожно наблюдал. Не выпускал из поля зрения плавучие бревна, циркулировавшие рядом, которые могли наброситься на него. За последние пару лет крокодилы заметно размножились. Майкл не знал, чем они питаются,