— Мой флакон при вас, Джозеф. Да?
— Джо. Это мое имя. — Он постучал пальцами по нагрудному карману.
— И секретные записи тоже?
— Все, о чем ты просил. — Джо посмотрел мимо него. — Это та девушка?
Его вопрос позабавил Маркеля:
— Вас искренне волнует, она ли это?
— Конечно, волнует.
— Настолько, что вы готовы все отдать ради ее безопасности?
Джо промолчал.
— Я изучал ваше досье, Джозеф. Читал про оценку личностных качеств, мне все известно о вашей работе в службе безопасности вашей корпорации, и даже о ваших мерзких секретных миссиях за последние три года. Весьма впечатляющая карьера. Но ничто в вас, сэр, ни в вашем характере, ни в вашей истории, не поразило меня больше, чем проявление сентиментальности. И я не могу поверить, что эта девушка значит для вас так много, что вы согласились на этот обмен.
Джо улыбнулся:
— Тогда почему я сюда пришел?
— Это и мой вопрос.
Выждав секунду, Джо предположил:
— Может быть, из-за денег?
— У психопатов всегда есть цена, — заметил Маркель. — Да, нечто подобное я и предположил.
Джо полез в карман рубашки. Флакон был алмазный, меньше авторучки, и до половины заполнен каким-то белым порошком. На гранях флакона были выгравированы зловещие слова: «УБИЙЦА ЕСТЕСТВЕННЫХ».
— Сколько вы хотите за мое детище, Джозеф?
— Все.
— Как это понимать?
— Все деньги.
— Мое состояние? Вы это просите?
— Я не прошу, — возразил Джо. — Не заблуждайся, Маркель. Это не переговоры. Я требую, чтобы ты и твои подельники отдали мне все содержимое ваших сейфов, до последнего цента. А если вы этого не сделаете, я уничтожу все, над чем вы работали, и к чему стремились. Сукины вы дети.
Маркель родился человеком, причем талантливым, а минимальные и очень осторожные шаги, которые он предпринял, чтобы превзойти обычные человеческие способности, повысили как его интеллект, так и высокомерие. И сейчас он не верил своим ушам. Выдвигать ультиматум, да еще при таких обстоятельствах! Он не предполагал за своим собеседником подобной наглости. Стоя неподвижно и опустив длинные руки, Маркель старался понять, почему разоруженный одиночка полагает, будто может им командовать? Что он, Маркель, упустил, чего не видит? Подкрепление к Джо не спешит — в этом он был уверен. Кроме уже собравшихся у фонтана, никто не знает о происходящем. И Маркель решил, что этот сапиенс блефует. Он перевел дыхание, расслабился и заявил:
— Вы правы, мы не на переговорах. И мой ответ — нет.
В том же нагрудном кармане лежала детская игрушка — совершенно безобидный комок люминесцентного пластилина, прихваченный Джо из музея зоопарка. Джо засунул флакон в ярко-красную массу и, прежде чем Маркель успел среагировать, подбросил пластилин вместе с флаконом.
Глаза всех присутствующих проследили за тем, как красное светящееся пятнышко кувыркается в воздухе, а затем падает.
Возле площади находился глубокий ров, наполненный кислотой и отгороженный двумя высокими решетками — обе под напряжением и ощетинившиеся сенсорами. А за решетками находились погруженный во мрак искусственный лес и одно совершенно новое существо, разработанное, чтобы привлекать в зоопарк толпы посетителей.
Грендель.
— Зря вы это сделали, — произнес Маркель низким от ярости голосом. — Я вас сейчас просто убью, и делу конец.
Джо улыбнулся и поднял руки над головой:
— Может быть, тебе стоит меня убить. Если ты уверен, что сможешь достать свой драгоценный флакончик.
Тут Джо рассмеялся в лицо гениальному мерзавцу.
Но первой отреагировала девушка. Вывернувшись из рук «умника», она побежала к возлюбленному.
Никто не попытался ее остановить.
Подбежав к Джо, она влепила ему пощечину.
— Идиот! — выплюнула она.
Он ответил ей аккуратным хуком слева.
И тогда один из громил выстрелил Джо в грудь. Мощный электрический разряд швырнул его на мокрые кирпичи и оставил на полпути между сознанием и раскаленной добела болью.
— Ты идиот.
Девушка повторила это несколько раз, затем стала разнообразить брань словами «кретин» и «придурок». Когда шок от электрического удара стал проходить, она наклонилась к его лицу:
— Ты что, не понимаешь? Мы не собирались использовать вирус. Никогда. Мы не хотим выпускать его на волю. Это всего лишь подстраховка, чтобы вы, сапиенсы, не объявили нам войну. «Убийца естественных» — это наш страховой полис, и не более того.
Острая боль постепенно сменилась ноющей.
Морщась, Джо попытался сесть и выяснил, что его лодыжки и запястья связаны. Солдаты и «умник» стояли возле клетки гренделя. Нацепив приборы ночного видения, они изучали схему зоопарка, вполголоса обсуждая, как лучше всего проскользнуть в клетку и достать флакон.
— Джо, — сказала она, — ну как ты можешь быть настолько тупым.
— Наверное, это получается само собой.
Девушка была очень красива, и выглядела чистым сапиенсом. Длинные черные волосы и гладкая смуглая кожа поблескивали в свете ламп на площади у фонтана. Среди Возрожденных слово «естественный» считалось мягким оскорблением. Подобно Маркелю, девушка, скорее всего, подвергла себя минимальной генетической модификации. Обычно такие «новые люди» имели дополнительные пары хромосом. Но, несмотря на слухи о том, что некоторые из Возрожденных прячутся среди натуралов, сейчас Джо впервые встретился с ними лицом к лицу, зная, кто они такие.
— Я тупой, — признался он, и, взглянув на Маркеля, добавил: — Вы оба меня дурачили. Все это время.
Это была ложь, Маркель улыбнулся. Конечно, он умен, и конечно, никто не заподозрил правды. За его беспощадным старым лицом скрывалось достаточно самолюбия, чтобы поддерживать в нем веру, что уж он-то эту ночь переживет.
Идиот.
Маркель и его прелестная сообщница переглянулись. Тут их окликнул «умник»:
— Мы войдем через служебный вход, — сообщил он. — Думаю, пяти минут хватит, чтобы справиться с замками и камерами.
— Действуйте, — велел Маркель.
— Вы тут сами справитесь?
Ученый поднял над головой пистолет:
— Мы в порядке. Идите. Достаньте мою детку из клетки, быстро!
Теперь на площади остались трое, не считая монстра, запертого внутри медленно вращающегося хрустального яйца.
— Значит, чума — всего лишь страховой полис?
Джо метнул в них вопрос и стал ждать. Через минуту девушка ответила:
— Да, чтобы защищать нас от таких, как ты.
— Как я? — оскорблено переспросил Джо. — И как это понимать?
Она взглянула на Маркеля, затем холодно ответила:
— Он показал мне твою биографию, Джо. После нашей первой ночи…
— И что ты из нее узнала?
— Что когда ты работал на «Демоне Денди», ты спас свою шкуру, оставив на корабле Возрожденного. А потом стал работать по контракту на ООН, специализируясь на убийствах.
— Плохих людей следует убивать, — невозмутимо сообщил Джо. — Зло должно быть изгнано из мира. Попроси среднего человека ответить честно, и он признается, что не станет из-за этого мучиться бессонницей, особенно если монстр будет убит одним милосердным выстрелом.
— Ты чудовище, — пробормотала она.
— Если я такое чудовище, — предложил Джо, — ты можешь оказать миру услугу. Выстрели мне в голову.
Она потянула было руку за спину, но передумала.
Маркель взглянул на них и положил руку на кобуру. Но, не увидев необходимости вмешиваться, вернулся к наблюдению за клеткой гренделя.
— Полагаю, ты заметила, — начал Джо.
Девушка моргнула:
— Что заметила?
— За свою карьеру я убил впечатляющее количество Возрожденных.
Ее темные глаза уставились на него. Потом она, очень спокойно и с сарказмом, произнесла:
— Наверное, все они были плохими людьми.
— Наркобароны и террористы, наемные убийцы на службе у тех или других. — Джо покачал головой. — Легальное убийство — это легко. Чистая работа. И, должен признать, намного более приятная, чем та, которой мне пришлось заниматься в последние две недели.
Маркель взглянул на него.
— Мне вот что любопытно, Джозеф. Кто решил, что вы идеальный агент для раскрытия нашей маленькой лаборатории?
— У вас была не маленькая лаборатория, — возразил Джо. — Среди тех, кто занимается передовыми генетическими исследованиями, таких вряд ли наберется больше дюжины.
— И дюжины не наберется, — сказал Маркель, слегка ощетиниваясь. — Две или три, не больше.
— Что ж, вы не смогли бы добыть такие данные в официальных источниках. Но месяца два назад я возглавлял группу, разгромившую террористическую ячейку в Альберте. На допросе их босс пригрозил, что они выпустят на нас заразу под названием «убийца естественных». То есть нас — несчастных беззащитных сапиенсов. Он утверждал, что мы будем стерты с лица земли, и тогда новые виды займут наше место. Он заявил, что у них есть на это право, и это столь же неизбежно, как очередной восход солнца.
Его слушатели переглянулись.
— Но это не объясняет, как вы вышли на меня, — отметил Маркель.
— След был. Часто кровавый, и каждый труп указывал в вашем направлении.
Маркель собрался было ответить, но тут послышалось скрипение открывающейся массивной двери. Где-то в глубине просторной клетки гренделя три пары глаз через приборы ночного видения разглядывали джунгли и тени.
— Это поразительная болезнь, — заметил Джо. — В смысле, «убийца естественных».
— Тихо, — предупредил Маркель.
Но девушка не смогла удержаться. Наклонившись, она прошептала:
— Да, поразительная, — одновременно пытаясь обжечь Джо ненавидящей улыбкой.
— Вирус поражает старые, «вышедшие из моды» участки человеческого генома, — продолжил Джо. — Насколько я могу судить — а я, разумеется, не эксперт в биологии, — ваши дополнительные гены гарантируют, что у вас он в худшем случае вызовет нечто вроде тяжелого гриппа. Я прав?
— Модифицированный оспенный фаг, — сказала она. — Быстро мутирующий, но всегда смертельный для генома сапиенсов.