— А кто придумал название? — Джо взглянул на Маркеля и подмигнул девушке. — Ты, верно? — Она улыбнулась. — И он спасет вас? От сволочей вроде меня, да?
— Вы не посмеете поднять на нас руку. Как только поймете, что у нас есть оружие, способное уничтожить весь ваш вид…
— Умно, — признал он. — Очень умно.
Из клетки гренделя послышалась приглушенная стрельба. Короткая очередь, потом два одиночных выстрела из того же оружия. Затем наступила тишина.
Маркель рефлекторно поднял пистолет.
— И когда же вы, Возрожденные, сделаете официальное заявление? — спросил Джо. — И как вы оформите такое событие? Организуете пресс-конференцию? Или решите провести демонстрацию? А может, презентацию? Убьете всех в изолированной деревушке, или уничтожите космическое поселение — что-то вроде этого, да? Лишь бы доказать всем идиотам в мире, что вы способны осуществить угрозу.
— Нашел! — крикнул из клетки один из солдат.
Джо повернулся и увидел, как красный предмет, просвечивая сквозь пальцы сжимающей его сильной руки, поднялся над землей. Но едва солдат собрался перебросить добычу из вольера на площадь, послышалось рычание — негромкое, едва слышимое. В следующее мгновение имело место насилие — безмолвное и деловитое. После этого светящийся комок вновь скрылся в джунглях вольера, а в наступившем молчании все услышали, как широкий язык с удовлетворенным всхлюпыванием втянулся в пасть.
Маркель выругался.
Девушка встала, уставясь на клетку.
Маркель выкрикнул имя. Ответом стало несколько очередей, срезавших растительность и продырявивших высокий забор на дальней стороне рва.
— Я убил гадину, — объявил второй солдат. — Точно убил.
«Умник» выкрикнул какое-то предупреждение.
— Что-то я сегодня исключительно тупой, — сказал Джо. — Повторите-ка: для чего вам нужен этот вирус?
Девушка посмотрела на него и отступила на шаг.
— Не знаю, ведем ли мы реальную войну против вас, — продолжил он. — Наверное, мы держим это в секрете, наряду с нашими политическими трюками и пиар-кампаниями. Вроде предоставления вам полноправного гражданства. И тех способов, какими мы заставили вас принять последствия и преимущества законов, по которым живет человечество…
— Вы ненавидите нас, — перебила его девушка. — И презираете нас — всех до единого.
— Ты понятия не имеешь, что я ненавижу, — спокойно заверил ее Джо. Она замерла. — Как я вижу ситуацию… — Джо на секунду задумался. — В этом единственном флаконе у вас вирус, способный уничтожить ваших якобы врагов. Под врагами следует понимать людей, которые смотрят на вас с подозрением и страхом. И вы намерены держать эту казнь судного дня наготове — а вдруг понадобится?
— Конечно.
— Но со временем вы выработаете большее количество вируса. Если хотите сохранить его как достоверную и непреодолимую угрозу. И вам придется разделить запасы и хранить их в разных надежных местах. Иначе мерзавцы вроде меня сгребут эти ваши флакончики в одну кучу и сожгут.
Девушка смотрела на Джо, стиснув челюсти.
— Но наличие запаса вируса породит другие проблемы. Кому можно доверить флакон с гарантией, что он не будет использован без разрешения? И чем дольше вирус существует, тем выше шансы на то, что сапиенсы разработают эффективные меры для обеспечения своей безопасности.
Вакцины. Карантинные законы. Все, что нужно, чтобы справится с болезнью. И, разумеется, впоследствии отомстить.
Красное светящееся пятно не переместилось. Целую минуту в маленьких джунглях царила зловещая тишина.
Маркель посмотрел на Джо, потом снова на высокую ограду. Он явно хотел выкрикнуть какое-то предупреждение сообщнику. Но крик мог спровоцировать гренделя, если тот жив. И Маркель решил промолчать.
— У вас есть мощное оружие, очень мощное, — признал Джо. — Но преимущество не будет длиться вечно.
У девушки участилось дыхание.
— Знаете, каким стало бы умное решение? Пока натуралы не узнали о вирусе, его следует выпустить на волю. Никаких предупреждений, никаких объяснений. Сделайте это до того, как мы узнаем, что нас поразило, и вы за первую же неделю убьете нас столько, что обретете постоянное преимущество.
— Нет, — сказал Маркель, подходя на два шага к клетке. — У нас есть только образец вируса, и это всего лишь вирус.
— Что ты имеешь в виду?
— Эпидемии подобны лесным пожарам, — пояснил он. — Когда на него смотришь, невозможно поверить, что в этом пламени хоть что-то уцелеет. Но потом всегда видишь островки зелени, окруженные горелым лесом. — Он помолчал, размышляя. — Три или четыре миллиарда сапиенсов могут умереть. Но и после этого мы останемся меньшинством, и ваша месть станет ужасной и, вероятно, фатальной для нас.
Девушка удовлетворенно улыбнулась.
— За исключением, — сказал Джо и негромко рассмеялся.
Светящееся пятно не двигалось, и джунгли словно застыли под светом звезд. Но Маркель невольно уставился на пленника, и новый страх вытеснял в нем старый.
— О чем ты? — спросила девушка. — За исключением чего?
— Тебя и твоего босса, — ответил Джо. — И неизвестно, сколько тысяч других. Каждый из вас внешне ничем не отличается от нас. Вы разговариваете, как мы. — Он ухмыльнулся и причмокнул. — И даже на вкус вы такие же. А это означает, что ваш конкретный вид, как бы вы себя ни называли… вы и этот кошмар переживете лучше, чем кто-либо иной…
Глаза девушки распахнулись, она судорожно вдохнула и затаила дыхание.
— А это, разумеется, и есть главная цель этого мерзкого замысла, — сообщил Джо. — Не сомневаюсь, что доктор Маркель со временем посвятил бы тебя в свой грязный секрет. В реальную схему, скрытую за публичным фасадом.
Маркель не сводил глаз с закованного в наручники и безоружного человека, сидящего на кирпичах — он был слишком удивлен, чтобы действовать.
— Это правда? — прошептала девушка.
Помешкав секунду-другую, гений покачал головой и откровенно солгал, пробормотав:
— Конечно, нет. Этот человек болтает какую-то безумную чепуху, дорогая.
— А знаешь, почему он тебе ни о чем не говорил? — спросил Джо.
— Заткнись, — предупредил Маркель.
Как Джо и предполагал, у девушки имелось оружие. Она выхватила из-за пояса маленький пистолет и сказала Маркелю:
— Пусть говорит.
— Дорогая, он пытается отравить тебе…
— Заткнись! — рявкнула она, и спросила Джо: — Почему он мне не сказал?
— Потому что ты добропорядочная. Во всяком случае, считаешь себя такой. И потому что он знает, как использовать эти качества, чтобы добиться своей цели. — Изобразив намек на сочувствие, Джо вздохнул. — Маркель точно знал, как тебя мотивировать. Сперва он подбил тебя переспать со мной. А потом показал мое досье, убедив, что мне нельзя доверять, но нельзя и игнорировать. Поэтому ты переспала со мной еще три раза. Просто чтобы я был под присмотром.
Девушка опустила пистолет, всхлипнула, и снова начала поднимать оружие.
— Опусти, — велел Маркель.
Она могла бы и подчиниться, если бы получила несколько секунд на размышление.
Но Маркель не дал ей этих секунд, трижды выстрелив в нее. Он опустил оружие и сделал шаг назад, словно потрясенный тем, что натворил. Его гениальному разуму понадобилось несколько долгих секунд, чтобы понять — он способен убивать таким вот конкретным способом, обладает такой грубой властью. А потом ствол его пистолета стал отыскивать голову Джо.
Тот, оттолкнувшись скованными ногами, прыгнул к мертвой девушке. Перекатился, подхватив ее маленький пистолет, и не глядя всадил пулю в лоб Маркелю.
Из хрустального яйца за этой драмой наблюдал слепой нерожденный монстр.
Через несколько секунд к решетке подбежал окровавленный «умник» и с радостным воплем перебросил красный комок с алмазным флаконом на площадь. Затем обернулся и успел дважды выстрелить в тень перед собой, прежде чем что-то чудовищное высоко подняло его, встряхнуло, переломило, а затем аккуратно разорвало пополам.
— Господи, — пробормотала пленница. — Да это же легенда во плоти.
Джо промолчал.
— Что ж, теперь я ужасно напугана. — Она слабо рассмеялась и закашляла. Темный пузырек крови вздулся в уголке разбитого рта. Потом она повернула голову, чтобы смотреть прямо на него, и на секунду прикрыла глаза, превозмогая боль. — Ты, наверное, уже запланировал разнообразные пытки. Новые жестокие способы сломить мой дух. Обнажить мою душу.
Липкие подошвы тапочек-«гекконов» уперлись в стену. Джо наблюдал за пленницей. Он открыл было рот, словно хотел заговорить, но промолчал и лишь лениво почесал за левым ухом.
— Меня не запугать, — заявила она. — Для меня честь, что мой допрос поручили такой знаменитости. Наверное, меня сочли исключительно важной персоной.
Похоже, ее слова развеселили Джо, но лишь на секунду.
— Но я ведь не персона, так? В твоих глазах я лишь еще одно животное.
Джо видел перед собой высокое и элегантное существо — абсолютный союз человеческого генома и синтетических хромосом. Четыре руки, удерживаемые оковами, растянуты в стороны от обнаженного тела. Волосы могли стать проблемой в космосе, поэтому волос у нее не было. Чешуйки кожи становились в невесомости бесконечным источником пыли, поэтому кожа у нее периодически отслаивалась, как у кобры. Она была умна, но не за счет обычных способов, которыми развивали интеллект две или три тысячи видов Обновленных. Ее истинная гениальность проявлялась в области социальных отношений. Среди людей-муравьев, к которым она принадлежала, она могла мгновенно узнать каждое лицо и вспомнить каждое имя. Всех своих соседей по муравейнику, как минимум десять тысяч особей, она знала так же хорошо, как могли узнать друг друга два сапиенса, дружившие всю жизнь. Но даже находясь среди чужих для нее естественных людей, она с поразительной проницательностью могла читать выражения лиц и расшифровывать позы и жесты. Каждый взгляд давал ей новую информацию о тюремщиках. Каждое беспечно оброненное слово дарило простор для маневра. Вот почему двух первых следователей, не имевших представления о ее важности, быстро сняли с расследования. Она сделала несколько мгновенных наблюдений, использовала увиденное, и в середине второго допроса следователи принялись обмениваться оскорблениями, а затем подрались.