моим Остином слишком сильно бесили меня. Почему в школе он ведет себя так, точно мы не знакомы, а наедине становится настоящим, милым и таким знакомым?
- Ну, я тебе тоже нравлюсь, судя по всему, - выпалила я, - но ты слишком боишься признать в этом даже самому себе, - улыбка на лице Остина медленно увяла. – Тебе нравится со мной общаться, но ты так трясешься за свою репутацию, что разговариваешь со мной лишь тогда, когда рядом никого нет. Зато если рядом твои друзья, ты поддерживаешь их шутки и смеешься вместе со всеми, а наедине снова ведешь себя, как ни в чем не бывало. Парень, который не может играть в лакросс по вине сбившей его девчонки, не стал бы разговаривать с ней и предлагать свою помощь, если только она ему не симпатична. Не говоря уж о том, что ты подъехал именно к той остановке, на которой я стояла, мистер Сыщик, - меня понесло. – Мне лишь хочется, чтобы ты понял – необязательно вести себя, как придурок, чтобы тебя все любили.
С каменным лицом Остин остановил машину.
- Мы приехали, - он смотрел прямо перед собой, и я только теперь заметила железные ворота студии.
- Да. Пожалуй, мне пора, - теперь я говорила куда мягче, чем пару мгновений назад. – Спасибо, что подвез, - я выбралась из машины, забрав костыли, и уже собиралась закрыть дверь, когда услышала голос Остина.
- Наверное, это именно я за тобой следил, а не наоборот, - произнес он, и у меня внутри все перевернулось. – Но от осознания этого мне легче не становится. У тебя все звучит так легко, а я пытаюсь…
Он замолчал на полуслове, глядя на меня, и я подавила порыв броситься ему на шею. Это не поможет, Кейтлин. Это не поможет. Вместо этого я лишь перехватила костыли поудобнее.
- Пытайся, - и, тихо сказав одно-единственное слово, я пошла к воротам, не оглядываясь назад.
После этого моя уверенность медленно, но верно стала таять. Студия звукозаписи «Дел семейных», давно мне знакомая, выглядела совершенно не так, как мне помнилось. Теперь вместо плакатов разных сезонов на стенах висели огромные фотографии Алексис Холден. Алексис выигрывает «Эмми»! Алексис снимается в очередной сцене! Алексис плавает с дельфинами!
Какая мерзость.
С Остином я еще могу как-то уладить дела, но что делать с целой съемочной группой и сериалом?
- Кейтлин?
Незнакомая мне женщина сидела за стойкой регистрации, в упор глядя на меня. А где же Пэм?
- Тебя ждут в гримерной, ты сможешь туда дойти на костылях?
- Конечно, - если гримерная по-прежнему там, где и была в моем настоящем мире, я без проблем найду дорогу.
- Должна предупредить: она в НЕВЕРОЯТНОМ настроении, даже для нее, - женщина понизила голос. – Постарайся делать все хорошо. Говорят, даже Том прячется у себя в офисе.
Она говорит об Алексис? Звучит не слишком-то вдохновляющее.
Я поковыляла через холл по направлению к гримерной. С каждым шагом ностальгия и грусть захватывали меня все больше. Мне хотелось остановиться у каждого из снимков, чудом сохранившихся на стенах, разглядеть каждое лицо на них. Я так давно не была на студии, и даже не понимала, как мне этого не хватало. Звуки, запах краски (на стенах часто рисуют что-нибудь), знакомые выбоинки в плитках пола – как же я скучала без студии!
И как же я тосковала по работе!
Наверное, с тех пор, как я была на студии – не именно этой, а вообще – в последний раз, прошли недели. Сложно подсчитать точнее, когда ты находишься в параллельной вселенной, но все же мне казалось, что последний раз я стояла на съемочной площадке очень, очень давно. «Маленькая рыбка» и ее декорации, примерки гардероба моей героини, строчки текста, ланчи с Мэтти и Скай в кафетерии, мармеладные мишки из магазинчика на студии…
Мне было плохо без моей сумасшедшей и чересчур загруженной голливудской жизни.
Не будь моя лодыжка сломана, я бы непременно пнула себя за то, что мечтала убраться от Голливуда подальше. Теперь я хочу вернуть все на круги своя. Ведь актерство – это маска, которую ты надеваешь, а затем разыгрываешь жизнь, не принадлежащую тебе. Сняв маску и сбросив образ героя, ты становишься самим собой, и сериальные проблемы тебя больше не касаются. А в жизни так, к сожалению, нельзя.
Я глубоко вздохнула. Теперь у меня два варианта: разреветься прямо здесь и начать сокрушаться по поводу жестоких поворотов судьбы, либо же все-таки отправиться выполнять работу, ради которой я сюда пришла.
В конце концов, я ведь на студии. На студии «Дел семейных». Да, я хочу домой, но, учитывая, что мой дом больше не в полном смысле мой, на студии не так уж и плохо. Здесь кипит жизнь, все счастливые, и…
Ладно, на самом деле, ни один встретившийся мне по пути человек не выглядел счастливым. Кто-то был обеспокоен, кто-то расстроен, кто-то даже напуган, а кто-то… Погодите, это что, чей-то крик? Похоже, кричат в гримерке. Я замерла у самой двери, чтобы выяснить, кто же так разбушевался.
- ГОСПОДИ, ПОЛ! Ты считаешь, что это низкий хвост? Так нет, это никакой не хвост! Я сделала бы лучше и во сне!
Мой бывший парикмахер, Пол, работавший со мной в «Делах семейных», выглядел как и всегда: высокий, с шапкой кучерявых черных волос, безупречно одетый. Его лицо ни на секунду не изменило своего спокойного выражения за все то время, что она кричала на него.
- Я ведь говорила тебе, что я сделаю, если это повторится снова, не так ли?
Алексис. Такая же, какой я ее помню. Орет на Пола, указывая на него пальцем. Ее длинные рыжие волосы были забраны в совершенно безупречный низкий хвост, а зеленые глаза зло сощурились. Она была даже выше Пола, а на шпильках возвышалась над парикмахером на голову. Фигура, достойная модели, выгодно подчеркивалась черным платьем без рукавов.
- Мне плевать, что думает Том, ты не умеешь делать прически. Я твержу это годами! Тебя надо заменить. Макс Саймон справится с твоей работой куда лучше.
Шелли, моя бывшая визажистка, хмыкнула.
- Макс может много чего наплести, Алексис.
- Шел, - предупреждающе произнес Пол.
- Нет, Пол, - рявкнула Алексис. – Я и ее уволю вместе с тобой.
Шелли поджала губы.
- Это будет благословением. Я уже не могу приходить сюда каждый день. И не собираюсь спорить с восемнадцатилетней соплячкой, - она одарила Алексис взглядом, полным неприязни. – Ты хочешь нанять Макса, потому что он за тобой увивается. А прически лучше всех делает Пол, и тебе это прекрасно известно.
Алексис с шумом втянула воздух, и я было подумала, что она сейчас дохнет на Пола и Шелли огнем.
- Тебе повезло, что меня устраивают нарисованные тобой стрелки, потому что иначе твоей жирной задницы здесь бы не было.
Рот у меня так и открылся. Алексис обозвала Шелли жирной?! Да, Шелли не худышка, но какое Алексис до этого дело? Ужас, новая Алексис в десять раз хуже предыдущей, и, наверное, я знаю, в чем тут дело. Судя по статьям из «Hollywood Nation», в этом мире Алексис – королева всей студии и творит, что пожелает. Если бы мы со Скай тогда не раскусили ее план и не добились ее увольнения, она запросто выкинула бы нас из сериала и превратилась бы в тираншу, которой стала здесь.
Я так погрузилась в свои мысли, что выронила правый костыль. Он упал с громким стуком, который немедленно привлек внимание, и Алексис крутанулась на каблуках, готовясь заорать на нарушителя спокойствия. И увидела меня.
- О-о-о, ты из фонда «Загадай желание», да? – пропела она, бросаясь ко мне и поднимая мой костыль. – Вот, держи, милая, - она заботливо протянула его мне. – Давай оставлю подпись на гипсе. У меня есть подарок для тебя, я сейчас пошлю за ним кого-нибудь, - прежде, чем я успела возразить, она расписалась на моем гипсе. Я была так поражена, что была не в состоянии и слова молвить. – А где репортеры? – Алексис огляделась. – Где фотограф? Так, - она поднялась, мрачнея на глазах. – Хотите сказать, мы упустили момент? Теперь придется повторять все щаново!
Пол и Шелли расхохотались.
- Это Кейтлин Бёрк, Алексис. Забыла? Она наш стажер.
Алексис закатила глаза.
- И ты устроила этот спектакль? БОЖЕ МОЙ! Что же за идиоты кругом!
- Всякое бывает, - пожала я плечами.
- Замечательно, - рявкнула она. – Еще одна такая выходка – и ты вылетишь отсюда. Не хватало только, чтобы надо мной шутили всякие… Всякие… Кто она, еще раз?
- Стажер, - сладко улыбнулась я.
- Пошла вон отсюда! Займись делом, раз пришла работать, - она грубо оттолкнула меня в сторону и зацокала каблуками по коридору. – Пол! – крикнула Алексис через плечо, дойдя до середины коридора. – Можешь пока остаться.
- Да я счастливчик, - буркнул Пол себе под нос, затем улыбнулся мне. – Ты прости за это, Кейтс, - он узнал меня! А я всего лишь стажер. – Ты же знаешь, как рыжая дракониха иногда бушует, - он приподнял бровь. – Жаль, что она не зла на нас настолько, чтобы уволить, - он вздохнул. – Хотя тебя она уже почти выгнала, тебе повезло.
Я хотела, чтобы меня уволили? Насколько же плохо стало в «Делах семейных»?
- Тебе стоило бы поторопиться. Не забудь взять, - Шелли заботливо протянула мне розовый пульверизатор. – Ты же помнишь, как Алексис разоралась в прошлый раз, когда ей не побрызгали на лицо термальной водой. Сегодня эта миссия возложена на тебя. Алексис считает, что бронзер сушит кожу, но при этом не хочет «быть бледной поганкой», - Шелли скорчила рожицу. – Я не представляю, как ей удалось влюбить в себя продюсеров и запугать всю студию.
Не зная, что сказать, я лишь молча взяла пульверизатор и пошла в павильон. По коридорам студии то и дело сновали ассистенты, на ходу передавая друг другу полученные указания.
- Алексис нужны бутылки «Smartwater»! У нее осталось всего три.
- Алексис зовет Мелли в павильон, нужно переписать текст.
- Где Том? Алексис сомневается насчет диалогов!
- Дети из благотворительного фонда уже пришли? Алексис не хочет, чтобы ее отрывали во время ланча!
Алексис! Алексис! Алексис! Боже правый, а где Скай, в конце концов? Не припомню, чтобы она была тихоней.