– Нет, Ларис, «бумер» успел прикупить, пока мы с тобой… родник чистили!
Молодые люди расхохотались. Дошли до дома по влажной от утреннего дождя траве. Глянули на машину.
– Тетя Таня? – негромко удивился Кирилл, заметив женщину, таскающую пакеты из багажника. – Этой-то чего тут надо?
– Что за теть Таня? – Лариса ткнула его пальцем в плечо. – Жена твоего отца?
– Как бы да, как бы жена, как бы отца, – рассеянно отозвался он.
К встрече с мачехой он был совсем не готов. Одно дело – воспринимать ее как подругу матери. Другое – как жену отца, который, как оказалось, даже не является ему биологическим родителем. О чем с ней говорить? О ее близнецах? Спросить, как они себя чувствуют? Во что играют? И вообще – чьи они? Отец же бесплоден, от кого она их родила?
Нет, это слишком жестоко. Он не знает их жизни. Не знает их проблем. Может, они донора использовали, Ларка говорит, что многие бесплодные пары так поступают.
И опять же ему интересно: если его биологическим отцом был дядя Сережа – муж тети Тани, то почему у них общих детей не было? Мама Кирилла от него смогла родить, а она – нет? От Гены мама родить не смогла, а тетя Таня…
Брр, чертовщина какая-то! Голова кругом идет! Может, забить на все, как Лара советует? Может, взрослые сами разберутся? Папа Гена от него не отказывается и…
– О, дети! Как вы вовремя!
Заметив их, тетя Таня притормозила с очередной порцией пакетов. Интересно, куда она столько еды привезла? Или с вещами решила перебраться сюда? Решила дом тестя своего мужа использовать для отдыха?
– Давайте-ка помогите мне, – попросила она с приветливой улыбкой. – Тут еще мясо в маринаде и овощи.
Лара подошла к Кириной мачехе, как-никак возможная будущая свекровь, надо угождать. Взяла у нее из рук пакеты, понесла в дом. Кира остался с ней один на один.
– Ну что, Кирюша, обнимемся, – тетя Таня неуклюже раскинула для объятий толстые руки.
– Здравствуйте, тетя Таня, – он кисло улыбнулся, обниматься не стал. – Какими судьбами?
– Да вот… Позвонила твоей бабушке, она сказала, что дед в отъезде, ты можешь быть здесь. Решила, что лучшего времени для разговора быть не может. Так что, поговорим?
Кирилл пожал плечами. Говорить с ней было, по большому счету, не о чем. Она была подругой матери. После того как похоронила ее, а следом своего мужа, стала женой его отца. Как-то нечистоплотно все, хотя, может, по мнению взрослых, это и норма.
– Поговорить нужно, Кира. Этот разговор давно назрел. Не понимаю Гену. Ему давно нужно было тебе все рассказать.
Тетя Таня сильно волновалась, ее бледное лицо без конца покрывалось потом, и ей приходилось обтираться большим носовым платком, который больше походил на кухонную салфетку.
– А это твоя девушка? – Она приветливо улыбнулась выглянувшей из двери дома Ларисе. – Симпатичная.
– Ой, вот меньше всего мне нужна ваша оценка!
Он рассвирепел, вспомнив сразу все: и лживого отца, и их тайный брак, и детей, непонятно откуда появившихся, и ее брата, имеющего какой-то материал, за которым все охотятся.
– Говорите, тетя Таня, и… Не хочу быть грубым, но вам лучше уехать. Сейчас приедет дед, и тогда одному богу известно, что будет! – Он угрожал ей, как маленький мальчик, прячущийся во внушительной тени деда.
– Дед приедет не скоро, – ответила она, снова утерев лицо платком. – Они сейчас все… в полиции.
– Все – это кто? – опешил Кирилл.
– Это твой отец, дед, мой брат, его девка. Да, он сам тебе потом все расскажет, если их отпустят. Ладно, давайте хоть чаю выпьем перед тем, как ты меня выставишь! Лара, помоги мне с приготовлениями! – громко позвала тетя Таня и вошла в дом.
Кирилл простоял на улице минут двадцать, слушая, как в доме звенит посуда, как истерично хохочет Лариса. Видимо, тетя Таня оказалась невероятной шутницей. Хотя ее смеха слышно почти не было. А может, она просто тихо смеялась, и за закрытыми окнами и дверью ее смеха слышно не было. Ларка – она такая горластая.
Поднялся ветер, и с еловых лап ему на голову посыпались капли утреннего дождя. Кирилл только теперь понял, как продрог. И даже обрадовался предложению выпить чаю. Кружка горячего чая сейчас бы не помешала. А к чаю, он помнил, тетя Таня привезла уйму вкусностей. И торт он видел, и конфеты, и коробки с дорогим рассыпчатым печеньем.
Он поежился, стряхнул с волос дождевые капли и пошел в дом.
Он успел распахнуть входную дверь и тут же от страха подался назад. Прямо на него из темноты сеней выдвинулось странное существо в блестящем одеянии и странном головном уборе. Только через мгновение он понял, что это защитный дыхательный аппарат, применяемый в химических лабораториях. И тут же ему в нос ударила мощная струя ароматного газа…
… – Кира, мальчик мой, просыпайся. Просыпайся, малыш, нам пора, – голос мамы, по которому он так скучал, который долгие годы снился ему, заставил его резко распахнуть глаза. – Вот и умница!
Это была не мама. Это была тетя Таня, склонившаяся над ним и внимательно изучающая его лицо.
– Ты очень похож на него, малыш. – Ее рука погладила его по щеке, спустилась на шею. – Только темненький…
Он хотел рассказать ей, что Гена не его отец. Что она все перепутала. И смысла ревновать его к отцу совершенно нет. И тем более вредить!
Но язык его не слушался. Он не мог ничего сказать. Он все слышал, соображал, мог нервничать, возражать, бояться, но бессловесно.
Газ! Господи! Она чем-то брызнула ему в лицо! А Лариса?! Где она?! Господи, что она с ней сделала?! Ее чем отравила? Почему она хохотала в доме, как безумная?? И он где?
Он был на улице, сидел возле стола в плетеном кресле. Хотя скорее полулежал. Руки и ноги у него были как у парализованного. И голова не держалась, спасибо, есть подголовник.
– Я всю свою жизнь, с восьмого класса любила твоего отца! – По полному лицу тети Тани поползли слезы, или это снова был пот, непонятно. – Я сопровождала каждый шаг его жизни. Я шла за ним по пятам! Он влюбился в эту глупую Верку, собрался на ней жениться. Я тут же избавила его от этой необходимости. Ушел в армию, я снова оказалась рядом, подружившись с его другом. Потом он начал учебу в академии, и я ненадолго оставила его в покое. Нужно было срочно заняться своими делами. Выйти замуж, начать свое дело, привлечь Генку к этому, он ведь отличный предприниматель. Сказочник, блин! Бизнесом управлял, как сказки складывал. Все получалось! Наши с Волковым разработки, его предпринимательская жилка! – Ее рука ласкала Кириллу грудь, снова гладила шею, щеки, трогала волосы. – У нас все получилось. И даже Алинка не мешала. Тихая была, светлая душа. Так до конца и не поняла, что в постель к твоему отцу я ее подложила. Мучилась долго от совершенной измены, хотела даже перед Генкой покаяться, прибежала ко мне в слезах. А я что? Я, как верная подруга, посоветовала ей не сходить с ума и… и продолжить. И они влюбились друг в друга, представляешь! Твой отец и твоя мать полюбили друг друга, как безумные! А вместе быть нельзя – у нее муж, у него жена. Они мучились! Ох как они мучились!! А я радовалась. Смотрела все, что снимал Илья. По нескольку раз смотрела. Они любили друг друга, как обреченные. А как твой отец страдал, когда ты родился! Как страдал, когда ты начал Генку называть отцом!
Она знает, понял Кирилл и почувствовал, как изо рта у него на подбородок стекает струйка слюны. Он парализован! Господи, он немощен, как старик!!
– Шли годы, мальчик мой. Я наслаждалась, наблюдая за ними. Но до тех пор, пока наша парочка вдруг не начала строить планы. Разрушительные для меня планы. Они решили сойтись! Решили быть вместе! И тогда я начала действовать. Я начала потихоньку добавлять ей и своему Волкову один очень перспективный препарат. То в кофе добавлю, то в супчик, то в мартини. Хотя с алкоголем неудачно. Эффекта почти нет. Когда твоя мать вторично забеременела, она уже была больна. Вскрытие показало, что мои разработки успешны. Но она об этом не знала! Она забеременела и решила вдруг, что может бросить Генку, что твой отец может бросить свою бесплодную сумасшедшую жену. И что они наконец-то смогут быть вместе, смогут быть счастливы! И я перепугалась! Перепугалась их возможного счастья. И перепугалась, что гормоны беременной женщины смогут победить разработанный мною препарат. И пришлось… Пришлось твою мамочку заставить влезть в петлю! Ну, пришлось немного помочь, конечно. Не без этого. Первая петля оборвалась, она упала, расшиблась до крови. Брр, пришлось все повторять. Все прошло без сучка и задоринки. Вас с Генкой, конечно, потаскали по кабинетам, кого по каким, не без этого. Я долго уговаривала братца-извращенца помочь. Через год, уродец, оставшись без рубля, наконец согласился за вознаграждение. А куда ему было деваться! Все! История закончена. Моя боль, вся моя боль была отомщена. Твой отец лишился своей возлюбленной, лишился нерожденного ребенка. А рожденный его не знал. Упоительно! Я отстала от него. Благополучно похоронила Волкова и вышла замуж за Генку. Он, хоть и не твой отец, ему до него далеко, но мы с ним очень похожи. И с ним мне не приходилось притворяться. С ним я могла быть сама собой. Все, жизнь, можно сказать, удалась! И тут вдруг я узнаю, что твой единокровный папаша ушел с головой в работу и делает успешную карьеру. Досрочные звания, награды. Непорядок, думаю! У него не должно быть в этой жизни ничего хорошего. Никогда!! И пришлось сломать его карьеру, поторопив его жену с отправкой на тот свет. Знаешь, даже особо стараться не пришлось. Она была чокнутой истеричкой. Как же ты похож на него в молодости, мальчик мой!
Тетя Таня вдруг наклонилась и крепко поцеловала его в губы, предварительно вытерев ладонью слюни с подбородка. Кирилл зажмурился. Его мутило от ее прикосновений. Ему было страшно от ее слов. Он переживал за Лару, которой не было слышно. И за себя. Она ведь не оставит его в живых. Ни за что не оставит!
– Вижу по глазам, ты все понял, – рассмеялась она лающим отвратительным смехом. – Ты – последнее, что я отберу у твоего отца. Все, больше у него забирать нечего! Я бы не стала, поверь, Кирюша. Ни за что не стала бы. Но кто-то