– А-а-а! А как ждет? Не понял!
– Сидя на диване. Сначала на твоем крыльце сидела. Потом, когда дождь начался, Кира за ней сбегал и в дом привел.
– Она одна?
– Нет, блин, с замкомдива! – зло фыркнул Сергей и привалился к стене дома рядом с Копыловым, которого ноги едва держали. – Одна. И она плачет.
– Почему? Плачет почему?
Сразу мелькнула мысль, что Степка в очередной раз ее обманул и…
– Расплакалась, когда про дом этот твой узнала. Случайно кто-то сказал на ее работе. Потом, когда на крыльце тебя ждала, тоже плакала. И все дураком тебя называет, Копылов. Я, говорит, хотела с ним объясниться еще три месяца назад. Сказать, что ранение Степки никак на ваши отношения не повлияет и на ее решение уйти от него. А он – ты то есть, то есть дурак – просто, говорит, взял и пропал! И не позвонил ни разу, и не встретил, и… Слышь, Саня, а она нужна тебе вообще?
– Больше жизни, – прохрипел Копылов, закрывая лицо руками. – Господи! Какой же я…
– Ладно, ступай, – толкнул его плечом Сергей и прежде чем уйти, сгорбившись, в дождь, проговорил с горечью: – Живите долго и счастливо, ребята. И пускай смерть… никогда не разлучает вас. Никогда…