Луис Альберто — страница 49 из 105

– Обязательно передам. Спокойной ночи, – ответил парень и пошёл к лифту, не дожидаясь, пока Казимир закроет за собой дверь.

А Казимир смотрел юноше вслед и зло усмехался.

Поляк отказался от приглашения Бето и Марисабель вовсе не потому, что устал и не хотел есть. Есть он хотел, даже очень. Ведь с самого утра он ничего не ел, точно так же, как и Марисабель. Он занимался совсем другими делами, о которых знал только он и никто больше.

Поляк не пошёл потому, что был очень занят. Закрыв за собой дверь, он вернулся в комнату, в которой находилось довольно странное сооружение. Оно представляло из себя огромную пирамиду, состоящую из письменного стола, журнального столика и стула, которые стояли друг на друге. На спинке стула висел стетоскоп.

Казимир вот уже час подслушивал Бето и Марисабель, номер которых находился как раз над номером поляка. Правда, он мог спокойно принять приглашение Бето и не утруждать себя долгим сидением в неудобной позе под потолком собственного номера, да ещё с риском упасть и свернуть себе шею. Но поляка не интересовало то, что они будут говорить при нём. Гораздо больше ему хотелось знать то, что они будут говорить в его отсутствие. Казимир рассчитывал узнать их секреты. Ведь не зря же Бето вдруг так изменил к нему своё отношение. Причину этой перемены он и хотел знать.

Бето поднялся к себе и сказал жене:

– Казимир не хочет ужинать с нами.

– Почему? – удивилась Марисабель.

– Он сказал, что хорошо поел во время деловой встречи, а теперь хочет отдохнуть, потому что, очень устал за день.

– Ну что ж, очень жаль. – Девушка развела руками.

– Лично мне ни капельки не жаль, – возразил Бето. – Я даже рад, что он отказался.

Марисабель удивлённо посмотрела на мужа и спросила:

– Что плохого тебе сделал этот человек? Почему ты вдруг так сильно изменил своё отношение к нему?

Бето немного помолчал и наконец ответил:

– Ты знаешь, Марисабель, я и сам не могу этого понять. Вроде он и не делал мне ничего плохого, но после этой чёртовой бабки всё во мне будто переменилось и я чувствую к Казимиру резкую антипатию. Сам не знаю, почему.

– Я не понимаю тебя, Бето, – сказала Марисабель с явным раздражением. – Только недавно ты сам ругал меня за то, что я отнеслась плохо к этому человеку. Ты же сам говорил, что нельзя так относиться к нему только потому, что он принёс в дом плохое известие. А теперь, после посещения этой странной старухи, которую ты, кстати, тоже не очень-то жаловал, ты вдруг не можешь даже спокойно разговаривать с ним не известно по каким причинам. Ты же сам не верил в эти дурацкие предсказания. Или просто обкурился кальяна?… Посмотрел бы ты на своё лицо после первой затяжки…

– Перестань, Марисабель, – взмолился Бето. – Я и сам прекрасно понимаю, что веду себя глупо, но поделать с собой совершенно ничего не могу.

– Ты уж постарайся сдерживать себя, а то Казимир просто-напросто обидится и не станет нам помогать.

– Конечно, я постараюсь. – Бето опустил голову, как нашкодивший ученик. – И давай больше не будем об этом. Мы ведь, кажется, собирались завтракать?

– Ужинать, – поправила его жена и рассмеялась. – Мы собирались ужинать. Видно, ты до сих пор не отошёл от этих дурацких наркотиков, что даже путаешь время суток.

Подойдя к телефону, Марисабель сняла трубку и набрала номер ресторана.

– Алло… Можно сделать заказ? – Зажав трубку ладонью, она шёпотом спросила у мужа: – Что мы будем заказывать?

– Что угодно, только не национальную кухню, – ответил тот. – Я боюсь, что она плохо на меня влияет.

– Алло, можно заказать что-нибудь европейское? Да, дайте две пиццы, два овощных салата и… и две «кока-колы», только диетические… В четыреста восьмой номер, пожалуйста. – Положив трубку, она сказала: – Через десять минут принесут.

– Вот и отлично. – Бето потёр ладони от удовольствия. – А то от голода и этого чая у меня кишки узлом завязались.

Через десять минут официантка вкатила на маленьком подносе на колёсиках ужин, накрыла на стол и ушла, получив от Бето чаевые. Как только она вышла за дверь, супруги набросились на еду, забыв даже помыть руки.

– Очень вкусно, – сказал Бето с набитым ртом. – Давно я не ел такой вкусной пиццы.

– Сначала прожуй, а потом говори. – Марисабель положила себе такую гору салата, будто собиралась накормить им всех нищих в городе.

– И ты сможешь столько съесть? – Бето с удивлением посмотрел на её тарелку, с краёв которой уже падали помидоры.

– Пока не знаю, но надеюсь, что мне это удастся. – Марисабель весело засмеялась и отправила первую вилку салата в рот.

Через пять минут стол был пуст. Бето и Марисабель сидели в своих креслах и тяжело дышали, отдуваясь после обильной трапезы и потягивая «кока-колу».

– Видно, с салатом я переборщила, – сказала Марисабель, отставляя свою бутылку.

– А я тебя предупреждал, – с трудом выговорил Бето.

– Ладно, давай лучше обсудим, как нам быть дальше?

Бето посерьёзнел. Благодушная улыбка сошла с его лица, и он задумался.

– Я пока ещё не знаю, – сказал он, наконец. – Но мы должны как-то действовать сами. Нельзя во всём полагаться на Казимира.

– Но почему ты не доверяешь ему? – Марисабель укоризненно посмотрела на мужа.

– Дело совсем не в том, доверяю я ему или нет, – раздражённо ответил Бето.

– Тогда в чём же?

– А в том, что в один прекрасный момент, когда он оставит нас, мы даже не будем знать, с чего начинать.

– В какой момент? Что начинать? Ты думаешь, что несёшь? – Марисабель покрутила пальцем у виска. – Завтра мы едем в Бомбей и заберём маму из больницы, вот и всё.

– Хорошо бы, чтобы всё было так, как ты говоришь, – сказал Бето задумчиво.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась Марисабель.

– Не знаю… Пока не знаю. – Бето как-то странно посмотрел на жену. – Но мне почему-то кажется, что всё будет далеко не так просто, как нам с тобой хотелось бы.

– Ай, перестань говорить всякие глупости! – не выдержала она. – Ты сегодня весь день, как та корова на дороге, которая ни с кем не считается. Вбил себе в голову какую-то чепуху и ничем тебя не переубедишь.

– Ладно, давай спать. Завтра будет видно, – перебил её Бето, которому надоело слушать этот неудержимый поток слов.

– Да, ты прав. – Марисабель встала с кресла и пошла, расстилать постель. – Может, до завтра ты выспишься, и вся эта чепуха вылетит из твоей головы.

Через десять минут супруги уже были в постели. Они пожелали друг другу спокойной ночи и моментально уснули крепким сном, которым может спать только молодой здоровый организм.

А ещё через пять минут Казимир понял, что ничего интересного он уже не услышит, и осторожно, чтобы не свалиться, слез со своей пирамиды…

На следующий день утром, как только Бето и Марисабель проснулись, к ним в номер постучали.

– Кто там? – громко спросил Бето, вскакивая с постели и пытаясь попасть ногой в штанину.

– Это я, Казимир! – послышался голос поляка. – Вы ещё не проснулись?

– Нет-нет, мы уже встаём. – Бето второпях никак не мог застегнуть рубашку.

– Поторопитесь! Скоро наш поезд, а вам ещё необходимо упаковать вещи!

Надев ботинки, Бето подбежал к двери и выглянул в коридор. Казимир стоял у двери в полном параде.

– Доброе утро, – поздоровался он. – Если вы хотите попасть на поезд до Бомбея и не застрять тут ещё на один день, вам нужно поторопиться.

– Хорошо, – ответил Бето. – Через десять минут мы будем уже готовы.

– Вот и отлично, – улыбнулся поляк. – А я пока закажу нам билеты, чтобы потом не возиться с ними на вокзале.

– Буду вам очень признателен, – вежливо ответил Бето и закрыл дверь.

Ванная комната была уже занята. Марисабель принимала душ, во весь голос, распевая песни.

– Поторопись, дорогая! – крикнул Бето через дверь.

– Хорошо, милый! – ответила девушка. – А ты пока начни паковать чемоданы.

Через минуту Марисабель вышла из ванной и поцеловала мужа в щёку.

– Можешь идти мыться, – сказала она. – Душ свободен.

Бето бросил рубашку, которую так и не смог правильно сложить, и пошёл в ванную. Марисабель подняла рубашку, со вздохом пробормотала, что все мужчины ничего не умеют, кроме как болтать языком, и быстро и аккуратно сложила её.

Когда Бето вышел из ванной, чемодан был уже упакован. А через десять минут супруги были уже в холле, поджидая Казимира и сдавая ключи от своего номера.

Поляк не заставил себя долго ждать. Он быстро сбежал по лестнице и приветствовал Марисабель. Настроение у него было хорошее, даже слишком хорошее.

– Билеты я уже заказал, – сказал он Бето. – Мы заберём их прямо на вокзале. Свой номер я уже сдал, и мы можем отправляться в путь.

Через две минуты такси с Бето, Марисабель и Казимиром отъехало от гостиницы.

Сразу за такси с места тронулась другая машина, старый побитый джип. Стараясь держаться подальше от такси, чтобы не привлекать к себе внимания, джип тоже поехал на вокзал. Никто из пассажиров не заметил слежки… Почти никто.

Подъехав к зданию вокзала, джип припарковался, и из него вышел индус лет сорока. Он посмотрел, где остановится такси, и поспешил пробраться ближе к машине, чтобы не упустить пассажиров из виду.

– Вот мы и на вокзале! – радостно воскликнула Марисабель. – Скоро мы увидим маму, правда, Бето?

Она посмотрела на мужа. Но Бето был вовсе не такой радостный, как она. Он, молча, помогал таксисту выгружать вещи из машины и думал о чём-то своём.

Марисабель махнула на него рукой и повернулась к Казимиру, который стоял рядом. Ей вдруг показалось, что он с какой-то злостью смотрит на Бето. Но Казимир повернулся к Марисабель, приятно ей улыбнулся, и она решила, что ей просто почудилось.

– Скажите, Казимир, а сколько нам ехать до Бомбея? – спросила она и взяла поляка под руку, чтобы показать мужу, что она не разделяет его опасений.

– Нам ехать ровно сутки, – ответил поляк и вежливо улыбнулся. – Если только какой-нибудь корове не вздумается отдохнуть на железнодорожных путях…