Женщины вышли, и я с облегчением закрыл за ними дверь. Они точно ничего не заподозрили, да и с какой стати? Я Лука гребаный Витиелло. Репутация моя не предполагает, чтобы я щадил собственную невесту.
Я отправился в ванную. Мне срочно нужно было принять чертовски холодный душ и как следует побриться. Толкнув дверь, я встретил сопротивление, и в приоткрытую щель высунулось сердитое лицо Джианны.
– Ты не можешь войти, – сощурив глаза, прошипела она, как котенок, пытавшийся напугать тигра.
– Я ее муж, а теперь прочь с дороги! – рявкнул я. Я мог бы без проблем толкнуть дверь вместе с Джианной, но отшвыривать девчонок со своего пути я не любил.
– Мне плевать, что ты ее муж, – пробормотала она.
Ладно, остатки выдержки я истратил вчера ночью на Арию, поэтому толкнул сильнее, и Джианна споткнулась, возмущенно сверкнув глазищами. Злючка встала у меня на пути, но тут я заметил движение в душе – это Ария повернулась к нам спиной. Господи Иисусе. Мне достаточно посмотреть на спину этой женщины, чтобы у меня встал.
– Уходи, – шипение Джианны вернуло мое внимание к ней.
– Мне нужно собраться, и здесь нет того, чего бы я еще не видел. – Одна большая ложь, которую мне придется повторять сегодня снова и снова, когда будут показывать простыни.
Я зыркнул на Джианну.
– Ну а теперь выйди, или увидишь свой первый член, девочка, потому что я собираюсь раздеться.
Я сделал вид, что стягиваю боксеры, но, к сожалению, это была лишь пустая угроза. Скудери устроил бы разборки, если бы я показал член его дочери – не той, которая замужем за мной.
Его совершенно не заботило, что я сделаю с Арией, учитывая, что он дал разрешение на брак, когда ей было всего пятнадцать. Не то, чтобы мне было не плевать на Скудери, но все же в этом поступке было бы мало чести.
– Ты высокомерный мудак, я… – начала Джианна, и я уже был близок к тому, чтобы забыть о благородном поступке, но тут вмешалась Ария, и рыжая, наконец, послушалась ее и вышла из ванной.
– Ты садисткая свинья! – услышал я ее ворчание прежде чем дверь захлопнулась.
Никому из тех, кто подобным образом меня оскорблял, не удавалось дожить до следующего дня. Но ей не о чем беспокоиться, поскольку она девушка и сестра Арии.
Подавив в себе раздражение, я подошел к раковине, не отрывая взгляда от Арии. Она напряглась, когда дверь захлопнулась, и мы остались наедине. Ария все еще меня боялась, несмотря на то, что я пролил за нее кровь и врал напропалую. Я даже не мог ее винить за это недоверие. От такого, как я, она вправе ожидать самого худшего.
Я взял помазок и начал размазывать по лицу крем для бритья, когда Ария, наконец, выключила душ. Она повернулась, и я замер, впившись в нее взглядом. Она была прекрасна. Ее кожа сияла и казалась шёлковой, везде. Перед брачной ночью ей сделали восковую эпиляцию, оставив только маленький треугольник светлых волос, который не скрывал восхитительной складки между ее бедер – местечко, где мог бы оказаться мой член прошлой ночью. Ария стояла, не шевелясь, давая мне время насладиться видами, но румянец пополз вверх по ее шее к щекам.
Отложив помазок, я снял с крючка полотенце и шагнул к ней. Ария робко открыла дверь душевой кабины и, благодарно кивнув, забрала полотенце. Я не мог от нее оторваться. Близость ее обнаженного тела будила во мне худшие инстинкты, а живущий внутри монстр вот-вот готов был вырваться наружу.
Ария завернулась в полотенце, шагнула из душевой кабины и уставилась на меня снизу вверх. Такая маленькая, беззащитная, невероятно красивая и только моя.
– Держу пари, ты уже сожалеешь о своем решении, – сказала она. В моих глазах она пыталась найти то, на что надеются все женщины: нежность, ласку, любовь. Но ничего из этого во мне нет. Ни в глазах… ни в сердце.
Я не мог ей этого обещать, да и не хотел. Но я буду относиться к ней с уважением, которого заслуживает моя жена, женщина, которую я поклялся защищать, уважать ее тело и чтить ее «нет» как свое. Но это максимум, что мог ей дать.
Вернувшись к раковине, я снова взял помазок. Ария проскользнула к двери и была уже на пороге, когда я ответил:
– Нет.
Она оглянулась на меня через плечо.
– Когда я возьму тебя, то хочу, чтобы ты извивалась подо мной от удовольствия, а не от страха.
Ария округлила глаза, приоткрыла губы и торопливо выскочила за дверь.
Бросив помазок, я оперся обеими руками о край раковины и уставился на свое отражение. Для меня легче всего оставаться монстром – я такой, какой есть, и мне всегда это нравилось. Но, встретив Арию, дал себе зарок оградить ее от этой стороны моего характера.
Те женщины, которых я трахал все эти годы, хотели быть рядом, потому что искали острых ощущений, искали кого-то опасного, кто будет доминировать и подчинять.
Для них это было игрой, сексуальной ролевой игрой, которая делала влажными их трусики, вот только эти женщины не понимали, что то была не роль, не чертова игра. Я монстр самый что ни на есть настоящий. С ними я ничего из себя не строил, и уж точно не играл роль, когда пытал и убивал. Ария это знает. Она знает о том монстре, что скрывается внутри меня, потому что выросла в нашем мире – где мужчины доминируют над женщинами, считают их своей собственностью и где изнасилования жестокая реальность. Это страшные истории, которые шепотом, из уст в уста передавались от женщины к женщине. Это безотчетные страхи девушек перед брачной ночью.
С этими безмозглыми бабами мне нравилось быть грубым, обращаться с ними как с дерьмом, потому что они кайфовали от этого и потому что так мне выдавалась редкая возможность побыть самим собой. Но с Арией мне не надо было строить из себя кого-то другого. Она знала, кто я, и именно поэтому мне хотелось стать лучше ради нее, показать, что кроме жестокости может быть что-то еще. По крайней мере, когда дело касается нее.
Глава 8
Я долго стоял под душем и дрочил, как ебучий тинейджер. Вообще-то после ночи, проведенной в постели с прекраснейшей женщиной, я не должен мучиться с посиневшими яйцами, но что есть, то есть. Обмотав полотенце вокруг талии, я вышел из ванной.
Ария сидела на табурете перед туалетным столиком. Светлые волосы рассыпались по спине. Она что-то там делала со своими глазами, что обычно делают женщины, чтобы их подчеркнуть, хотя сомневаюсь, что ей это нужно. Увидев меня, она округлила глаза и окинула меня с головы до ног восхищенным взглядом. Я чуть не застонал от этой девственной экспертизы и протопал к шкафу взять кое-что из одежды. Чувствуя на себе ее взгляд, скинул полотенце на пол. Ария с шумом выдохнула, и мой член дернулся, как только я представил, как она краснеет. Натянув трусы и брюки, я повернулся. Как и ожидалось, щеки у Арии зарделись. Она сделала вид, что изучает свои ногти, но меня не проведешь. Она была так смущена, что не могла поднять на меня глаз.
Для меня такое в новинку. У меня не было опыта общения с такой, как она, девушкой. Раньше я связывался только с опытными женщинами, которые знают, чего хотят, и говорят об этом прямо. Ария совсем не такая, и как с ней обращаться, я пока не до конца понимал.
Забрав оружие со стола, я начал застегивать кобуру, как делал каждый день, как делал всегда, сколько себя помню.
– Ты вообще выходишь куда-нибудь без оружия? – тихо спросила Ария, поворачиваясь на табурете ко мне. На ней было какое-то длинное платье с золотым поясом и золотые сандалии. Она напомнила мне египетскую принцессу, даже если цвет ее волос не соответствовал образу. Я до сих пор не мог поверить в то, что она стала моей и будет моей до самого конца. Не на одну ночь или не на несколько дней. Не для секса «без обязательств». Все это навсегда для нас обоих. С этого дня она под моей ответственностью. У меня перед глазами был пример отца, облажавшегося со своими женами – сначала была моя мать, сейчас Нина. Казалось, все это совершенно невозможно.
– Нет, если могу этого избежать. Ты умеешь стрелять из пистолета или управляться с ножом?
– Нет. Отец считает, что женщины не должны ввязываться в разборки.
– Иногда разборки настигают тебя где придется. Братва и Триада не делают различий между мужчинами и женщинами.
Триада затаилась. На большинстве их территорий теперь Братва и достают нас именно они.
– Так что – ты никогда не убивал женщин? – спросила Ария, склонив голову набок.
– Я этого не говорил.
Ни к чему Арии знать, как люди Братвы едва не добрались до меня. Лучше этого никому не знать.
Ария встала, разглаживая подол длинного платья. Меня порадовало, что она выбрала что-то длинное. Это все упрощало. Люди будут думать, что так она прикрывает отметины, которые я оставил.
– Хорошо, что длинное. Платье прикрывает твои ноги.
– Они могут задрать подол и проверить мои бедра.
Вчера я не раз замечал, как мужчины, косясь на нее, исходят слюной, пока думают, что я не обращаю внимания.
– Пусть только кто-нибудь попытается тебя тронуть – останется без рук.
Ария потрясенно распахнула глаза. Ей придется привыкнуть к моим замашкам собственника.
– Пойдем.
Мы вышли в коридор и подошли к лестнице. Несколько мужчин околачивались в холле, но из гостиной уже доносилось множество голосов.
Ария напряглась.
– Неужели они все собрались здесь только для того, чтобы увидеть окровавленные простыни? – Она мгновенно покраснела.
– В основном, да. Особенно женщины. Мужчины рассчитывают услышать какие-нибудь грязные подробности, некоторые пришли поговорить о делах, попросить об услуге, задобрить меня.
Ария встала у лестницы, не делая попытки спуститься вниз. Я легонько подтолкнул ее, и мы сошли бок о бок. Мне пришлось идти гораздо медленнее, чтобы подстроиться под ее мелкие шажки. Раньше мне никогда не приходилось идти рука об руку с женщиной, так что это было тоже что-то новенькое для меня.
Ромеро встретил нас с улыбкой.
– Как ты? – спросил он Арию и тут же поменялся в лице, как будто хотел проглотить собственный язык.