— А, так вот зачем мешок, — смекнул кузнец, подкинул меня повыше на закорки и потопал вперёд. — Ох и заморочили ж вы мне голову, аж не допёр. Ладно, коли надо — я тебя спрячу. А как черевички добывать будем?
— Того самого приятеля Солохи запряжём. Он мне дорогу укажет, я ж тут не местная. Где у вас что, не знаю. Вот путеводной грифонской звездой кочевой и поработает.
— А ну как не захочет? — озаботился Вакула, хрустя утаптываемым снегом.
— Захочет, — я предвкушающе улыбнулась. — Иначе я ОЧЕНЬ сильно огорчусь, а огорчать меня — дело крайне неблагодарное, уж поверь.
— Ясно… Слухай, а у вас там все лошади… то бишь, эти, пони, синие? А то я уж подумал, белая горячка догнала, хоть и опрокинул всего чарку сегодня.
— И вот почему все меня принимают за похмельный глюк, а? Нет, Вакула, у нас там все разноцветные. Пони бывают разные, синие, жёлтые, красные.
— Вот так диво... — Вакула цокнул языком. — Весело у вас там, я погляжу.
— И не говори. Дивный народ... Ладно, мы где?
— Ко двору Солохи аккурат подходим.
— Тогда неси меня прямо в сарай. Солоха нашего клиента туда сволокла, помнится. Сразу и обсудим.
— Ладно, помоляся… С богом, — Вакула отворил калитку и двинул к сараю.
— Куда ж без меня, — проворчала я, пытаясь вытащить подвернувшийся под ногу хвост. Скрипнули петли. — Эй, Вакула, только ставь мешок осторожней, круп у меня не казённый!
— Ага, понял. А только нет тут никого. Во, сама погляди. — Мой мешок аккуратно приземлился и я высунулась наружу. Вот честно, я скоро стану мастером маграме — каждый раз магией этот ляганый шнурок завязывать-распутывать, блин понячий!
Так, что тут у нас…
— Как это нет? Вот, смотри. — Очередной мешок в углу поднялся, развязался и вытряхнулся.
— Свят-свят… — мой кузнец попятился, опять крестясь. — Чёрт! Настоящий!.. Ну… Ай да Солоха… от же бисова баба, а? Чёрта — и того повязала.
— Он самый. — Я ласково заглянула в испуганно заморгавшие глазки обладателя пятачка, сейчас смахивающего на мохнатую колбасу.
Повязали его и впрямь на совесть, только моргать и горазд, да тряпку жевать, в рот запиханную. Магией выдрала из посеченной колоды здоровенный ржавый и зазубренный тесак. Два сверхзвуковых колдовских шарика с зуболомным визгом прошлись пару раз туда-сюда по лезвию, доведя его до бритвенной остроты, и хищно блеснувший полированный металл отразил лунный блик из небольшого окошка прямо в вылезающие на лоб глаза нечистика. Моя нежная улыбка его добила — мохнатая гусеница с мычанием попыталась улепетнуть ползком.
— Нет-нет, не так быстро, — я вернула уползага на место испытанным методом приснопамятной Солохи — за хвост. — Ну что, недруг мой нелюбезный, покалякаем о делах наших скорбных…
Сверкнувший тесак с жутким хрустом врубился в колоду в миллиметре от натянутого хвоста. Трясущийся нечистик закатил зёнки и сполз в обморок, Вакула крякнул и сбил на затылок шапку.
— Эк ты его… Сурово.
— Ничего, оклемается, — я принесла чарами пригоршню снега и плюхнула чёрту на физиономию. О, процесс пошёл, ишь как задрыгался, болезный.
— А теперь я буду говорить, а ты будешь слушать. Итак, первое — за похищение моей королевской персоны я могу прихватить тебя к себе домой, и там с тобой будут разбираться мои гвардейцы в застенках. А фантазия у них… — я закатила глаза, — уж поверь, богатая. Недовольным никто не уходил… и даже не уползал. Правда, никто не говорит, что туда ты попадёшь в целом виде… и попадёшь ли вообще.
Я посмотрела на наполовину вбитый в треснувшую колоду тесак. Нечистик посмотрел туда же и начал медленно седеть. Хм… ну, будет в рядах йети пополнение.
— Второе. Может быть, я дам тебе шанс искупить вину… но для этого тебе придётся сильно постараться меня не расстраивать. Доступно?
Собеседник судорожно закивал и заизвивался в путах, изображая всеми способами готовность к диалогу.
— Прекрасно, начнём. Итак, зачем ты меня похитил?
Я выдернула кляп.
— А я что, я ничего, я только сыр хотел, Камноедов, сволочуга, в ихней НИИЧАВО с тем дурным вурдалаком содержанье на виварий урезал, грит, они ж нежить, на кой им разносолы, ну хто ж знал то?.. Я думал, Луна тутошняя, она из сыра, а она — роголошадь, не виноватый я, гражданка начальница, оно само пришло, и в мешок, то ись… ну, это, она… вы, то ись… ой, я не то… не надо, я больше не буду!
— Тпр-ру, — я заткнула новоявленный Фонтан Слёз и Соплей тряпкой и потёрла лоб. — Так, суду всё ясно.
Что самое интересное — он не врал. Нет, поганцем наш новый знакомец быть не перестал, но в данном случае сказал правду. Что ж, тем лучше, меньше мороки. И теперь я точно знаю, где нахожусь. Но привязку по звёздам сделаю, на всякий случай.
— Тогда вот что. Ты показываешь нам дорогу до здешнего Санкт-Петербурга, а я не буду тебя отдавать своим гвардейцам. После этого я верну тебя в Институт и поговорю с их руководством. И выдам целую головку сыра. Но. Если вздумаешь чудить…
Тонкая нить из гривы, зримая лишь текучими искрами лунного света, взвилась и ударила хлыстом. Тесак развалился вместе с колодой. Вакула с чёртом разом сглотнули и перекрестились, один рукой, второй — хвостом, чёрт тут же взвыл, задымившись и запрыгав. Нет, они тут таки ненормальные… Пришлось посыпать его снегом. Но к консенсусу, кем бы эта неведома зверушка ни была, как говорит Тия, мы пришли. И вот — чудное зрелище в ночных небесах. Впереди летит Вакула верхом на чертяке, то и дело подгоняя его шенкелями, тот пыхтит, но подгоняется.
Уздечку и седло мы одолжили у Солохи в сарае. Дискорд знает, на ком она там ездила, кроме здоровенного хряка подходящей живности во дворе не было… хотя подозрительно, что подгонять сбрую почти не пришлось. Я вздрогнула и быстренько отключила воображение. Ладно, это их проблемы. Помимо того, на шее у нечистика мой волос в роли ошейника, и поводок тянется ко мне. А я замыкаю этот цирк абсурда и старательно делаю вид, что не с ними. Несмотря на чары невидимости. Не приведи Лорен, кто увидит — хана моей репутации… или наоборот?
Пока я развлекалась такими мыслями и заодно проводила, как сказал бы один прохвост, гастрономические наблюдения по Рыбам, уточняя нужные для возвращения координаты, наша воздушная кавалькада, нещадно жульничая на два колдунства с пространством, наконец понеслась над нужным местом, судя по россыпи огней внизу. Город, и довольно большой. Вакула склонился к своему «транспорту», обернулся и замахал рукой — понятно, приехали. Идём на посадку.
Сидим, смотрим. Река, за рекой дворец сияет огнями, карнавал, вон, фейерверки забабахали… да, это мы вовремя успели. Только словить в лоб шальную петарду и не хватало, да. Ну и где нам искать царицу-матушку, дабы слёзно просить черевички в этом бедламе? Не говоря о том, что с моей внешностью и здешними суевериями… в общем, несмотря на маскарад, они тут пить бросят надолго и устроят охоту на демонов. Синих и рогатых. Оно мне надо? Личина в толкотне не спасёт, а превращаться по-настоящему — много мороки, а нам ещё обратно добираться, магия ой как понадобится.
— Слышь, Вакула… — я задумчиво кинула в реку камушек, и тот запрыгал по льду. — А тебе точно надо именно чтоб царица черевички подарила? Или просто чтоб это была её обувка?
— Ну… — кузнец замялся и задумчиво почесал загри… то есть затылок, поправил шапку. — Лучше б первое, конечно… но сойдёт и второе, думаю. Оксана хотела именно царицыны черевички, за подарок разговору не было. Только как добыть-то их?
— Это уже моя забота, — я встала и потянулась. — Стереги это чудо, а то как бы в бега не пустилось. За сыром. А я, пожалуй, тряхну стариной…
Передав чёртов поводок кузнецу, я пошла вперёд, свернула за дерево… и не вышла из-за него. Зато вышла из-за шкафа в пустой комнате… а, не, вон лакей торчит. В окно пялится, лентяй. Ну что ж, приступим. Усыпление, контакт, заход в сон… Удачно получилось. Никто не знает больше, чем слуги. Так что следующий выход был в гардеробной. Которая, между прочим, была с небольшой танцзал! Тия моя, у неё ж только две ноги, на кой ей столько обуви?! Тут хватит на пару женских дивизий, не то что на оксанкины прибабахи. Причём пожизненно и внучкам останется… Пока я в растерянности озиралась, дверь тихо отворилась и появилась служанка с очередными опорками в руках. Застыла, начала открывать рот… Но я её опередила и повела крылом.
— Это не те дро… тьфу, не та комната, которую ты ищешь! И ты никого здесь не видела.
— Это не те дро… тьфу, не та комната, которую я ищу. И я никого здесь не видела, — согласилась девица, развернулась и деревянной походкой вышла.
Уф, чуть не спалилась… Я схватила какие-то красненькие сафьяновые сапожки и дала дёру в тень. Вот что значит отсутствие практики. А что сапожки явно не девичьего размеру… м-да, царица-матушка уже дама в годах, видать, корпулентная… так на то магия есть. И вообще, полёты с магией отнимают много сил, я опять голодная, а меня Пацюк ждёт. С варениками. Так, подобрать слюни и аллюр три креста.
— Так вот они какие, царские черевички, — Вакула, рассыпавшись в благодарностях и отвесив мне поясной поклон — едва отбрыкалась, спасибо хоть до лобзаний с обнимашками не дошло — восхищенно помял голенище. — Ишь оно как… Мастерская работа, мягкие, золотом изукрашены… Великоваты только будут на Оксанку-то, вот незадача, о том я не подумал.
— Не беда, я подгоню по ноге, — мне хотелось побыстрее вернуться сперва к вареникам и интересному собеседнику-характернику, а там и в Эквестрию. Проще самой, чем искать ещё и сапожника, ей-ей.
— Век тебе благодарен буду, — опять завёлся ломать шапку кузнец.
— Эй, мы это уже проходили, — я попятилась. — Давай лучше на хутор возвращаться.
— Опять на моём горбу?! — застонал чёрт, но под моим взглядом тут же скис. — Молчу, молчу…
— Вот и молчи. А домой я вас доставлю — где хутор, я знаю. Встаньте рядом. Готовы?
— Нет!
— Ох, ё… — Вакула покачнулся, но устоял, ошалело оглянулся. — Это что, мы уже там? Вот это да… Как так-то?