– Не знаю.
– Я уж думала, он утонул. Боже, до чего жутко было, пока мы его ждали…
– Да уж, – Джереми вспомнил, как испугался, увидев наконец Нейта. Первой его мыслью тогда было, что это убитый тролль выходит к ним из тумана.
Руки Светлячка скользили по его спине и бокам.
– Я очень рада, что ты был там со мной. В твоих объятиях мне было как-то спокойнее.
– Я тоже рад, – сказал Джереми.
Он почувствовал, как масло полилось на тыльную сторону ног. Когда ее руки принялись растирать его, он немного приподнялся и повернулся, чтобы ослабить давление на пенис. Светлячок массировала верхние и внешние части ног. Потом перешла на внутренние. Но выше колен подниматься не стала. Джереми подозревал, что она понимает: массировать там – это уже не просто массаж.
Вскоре она убрала руки.
– Все, – сказала она. – Можешь проделать со мной то же самое?
– Конечно.
Она легла, а Джереми встал рядом с ней на колени, стараясь изогнуться так, чтобы скрыть выпуклость спереди.
Она расстегнула лямки купальника и обнажила спину.
Это выглядело возбуждающе, но в то же время невинно. Это лишь для того, чтобы после загара на спине не осталось белых полосок. Девушки всегда так делают. Это еще ничего не значит.
Но Джереми понимал: она прекрасно знает, что делает.
Она пригладила волосы и убрала их со спины. Теперь ее гладкая спина была обнажена до самого низа купальника.
Джереми нанес на нее немного масла, поставил пузырек между колен и обеими руками принялся растирать его. Кожа ее была теплой и скользкой.
Не думай об этом, предостерег он себя, понимая, что в таком состоянии легко все испортить.
Это было как вытирать с Тани мороженое.
Не думай об этом!
Он поскорее закончил обрабатывать ее спину, стараясь не касаться боков, потому что ее грудь – Боже! – была слишком близко, а коснувшись ее, он вполне мог потерять самообладание.
– Ты пойдешь домой одна? – спросил он, растирая масло по ее бедрам (на самом деле ему просто нужно было отвлечься).
– Да, – ответила она, – я живу не так далеко отсюда.
Он налил масла на ее бедра. Оно начало просачиваться между ними. «О, нет!» – подумал он и поскорее вытер его, стараясь не думать о том, где находятся его руки.
– Я бы хотел проводить тебя. – Голос его дрожал.
– Тогда ты узнаешь, где я живу.
– А что в этом плохого? – Он быстрыми движениями растирал масло по ее икрам.
– Я не позволю узнать, где я живу, никому из троллеров, – сказала Светлячок. – Я даже свое настоящее имя никому не говорю.
Джереми остановился.
Закончил. Слава тебе, Господи.
Закрыв бутылку, он отставил ее и лег на спину:
– Почему ты не хочешь, чтобы кто-то знал?
– На всякий пожарный. Вдруг что-то пойдет не так. Кто-то из нас может попасться копам. Конечно, такого еще не бывало, но мало ли. Я не верю во все эти клятвы, что никто не расколется. Нет, я не думаю, что любой из нас тут же заложит остальных, но… Полицейские, они такие, могут пообещать смягчить наказание за дачу имен и адресов, а это очень заманчиво. И тогда они смогут повязать всех. Кроме меня.
– То есть, получается, ни один из троллеров не знает, кто ты на самом деле?
– И где я живу. Копам не видать меня, как своих ушей. Честно говоря, после вчерашнего я несказанно рада, что соблюдала конспирацию.
– Да, – сказал Джереми. Он слегка расстроился, понимая, что она не доверяет и ему. – Самому бы так законспирироваться.
– А кто-нибудь знает, кто ты на самом деле?
– Я называл Ковбою свою фамилию. И адрес тоже.
– Ну что ж, могу только сказать, чтобы ты особо не переживал. Тут вот какая штука: единственная причина, почему я до сих пор себя не выдала, в том, что я хожу в другую школу. Никто из троллеров не ходит в школу Святой Анны. Все они посещают самую обыкновенную, государственную, ведь ты тоже пойдешь туда, так?
– Так.
– Значит, как только занятия в школе начнутся, они в любом случае узнают, кто ты. Так что анонимность сохранить все равно не получится.
– Вот засада!
– Да не переживай ты так. До сих пор никто не попадался, и вообще, сдается мне, что всей этой троллиной охоте пришел конец.
– Серьезно?
– Готова поспорить, что сегодняшняя встреча именно этому и будет посвящена. Понимаешь, никто из нас не планировал совершать убийство. Оно все изменило. Думаю, Нейт смог убедить Таню, что пора расходиться.
Внезапно Джереми испытал чувство утраты. Как будто ему сказали, что все его новые друзья вдруг покинули город.
– По крайней мере уж для меня-то все точно закончилось, – сказала Светлячок.
– Но ведь мы все равно будем видеться, да?
– Надеюсь. Разве есть причина нам не встречаться?
– Нет. Боже, конечно нет. – Произнося эти слова, он почувствовал странное ощущение вины. Словно он предавал кого-то. Но кого? Таню? Ковбоя? Всю команду троллеров? Или саму Светлячка?
23
Откинувшись на мягкую спинку тренажера, Джоан отрегулировала вес. Трос скрипнул, когда она сделала первый подъем. Вес за ее спиной составлял сто десять фунтов.
После тренировки она, пожалуй, позвонит Дэйву и узнает, чем завершилась эпопея с Глорией. Время перевалило за семь, так что все должно было закончиться.
Она потянула ручки тренажера вниз.
Какой уже раз, шестой?
Сердце работало в учащенном ритме, дыхание было тяжелым, футболка промокла от пота.
Еще шесть раз – и все, подумала Джоан.
Она тренировалась уже полчаса. Начав с легкой разминки, она повторила несколько приемов карате. Но карате наталкивало на мрачные мысли. Воображение тут же нарисовало картинку – ее нога врезается в челюсть Вудро Абернати. Настроение испортилось, и Джоан решила перейти на силовые тренажеры. Она уже успела поработать над всеми группами мышц, и этот тренажер был последним.
Она сделала еще один жим и выпустила ручки. Задрав подол футболки, вытерла мокрое лицо.
Не считая возникшего после занятий карате приступа вины, чувствовала она себя превосходно. Конечно, силовые тренировки необходимы, однако именно карате помогало поддерживать необходимый уровень ловкости и уверенности. Но заставить себя снова заняться им она не могла.
Внезапно ее осенила идея. Она подошла к допотопной стереоустановке в углу тренажерного зала, выбрала нужную пластинку и поставила на проигрыватель. Осторожно опустила иголку на то место, которое прекрасно запомнила, после чего подошла к краю мата.
Высокий чистый голос Джона Денвера запел «Калипсо». Пританцовывая на мате в такт музыке, Джоан совершила три кувырка в противоположном направлении. Встав на ноги, она пошатнулась, но снова развернулась и продолжала занятия, танцуя, прыгая, кувыркаясь, делая кульбиты и сальто. Закончила она тройным сальто назад, приземлившись на пятую точку.
С порога раздались негромкие аплодисменты.
Обернувшись, она увидела стоявшую там с ухмылкой на лице Дебби.
– Интересно, получится ли когда-нибудь у такой недотепы, как ты, закончить это упражнение правильно?
– Просто немного сбилась с ритма.
– С удовольствием показала бы, как надо, но увы, должна бежать.
– Не стану тебя задерживать.
– Я нормально выгляжу?
На Дебби были белые джинсы и шелковая синяя блузка под цвет глаз. Лицо слегка раскраснелось после пляжа. Светлые волосы мягко струились вокруг лица.
– Выглядишь великолепно, – сказала Джоан. – Даже мертвого парня поднимешь.
– Если там вообще будут парни, – сморщила носик Дебби. – Ты же знаешь Джессику. Такая паинька. Я буду несказанно счастлива, если увижу хоть одного парня в миле от ее дома.
– В любом случае желаю весело провести время. И не забывай, что домой ты должна вернуться к двенадцати.
– Думаю, что буду даже раньше. А ты сегодня вечером встречаешься с Дэйвом?
– Не знаю.
– Может, тебе стоит показать эти упражнения ему? Уверена, ему бы понравилось, особенно когда с тебя во время сальто чуть не слетела футболка.
– Ладно, ты уходить собираешься?
Дебби рассмеялась:
– Когда уже я смогу его увидеть?
– Что ты пристала? У меня с ним еще практически ничего не было.
– Ну интересно же, какой он из себя.
– Если действительно интересно, приходи завтра на променад в наше дежурство.
– Ага. Спасибо, конечно, но я, пожалуй, откажусь.
– Что это ты вдруг так настроилась против Фанленда? Раньше ты всегда ходила туда с удовольствием.
– Это было, пока моя Старшая Сестра не начала его патрулировать.
Джоан улыбнулась:
– Я тебе мешаю?
– Можешь помешать, если я все-таки надумаю пойти туда поразвлечься.
– Ну, извини, конечно, но служба есть служба.
– Может, переведешься в другое место?
– Вполне возможно. Не переживай, не буду же я патрулировать Фанленд вечно.
– Просто я боюсь, что ты мне все лето испортишь.
– А ты ходи в те дни, когда у меня выходной. Или по ночам. С приятелями.
– Ладно, – сказала Дебби. – Пора бежать, а то опоздаю. Пока. Смотри без глупостей.
– Ха-ха.
Махнув рукой на прощание, Дебби исчезла за дверью.
Джоан села на пол и стала делать упражнения на растяжку, пока не услышала звук отъезжающего автомобиля. Она поднялась и отправилась в спальню. Сев на край постели и сняв с телефона трубку, она почувствовала трепет в животе.
Глупо так волноваться, звоня Дэйву.
Она посмотрела на телефон.
Господи, я же не малахольная девочка-подросток.
Собравшись с духом, она набрала номер.
Гудок прозвучал восемь раз, прежде чем она повесила трубку.
Ладно. Значит, дома его нет. Интересненько.
Это еще не значит, что он сейчас с Глорией. А хотя бы и с ней? Мне что, надо бояться, что они сойдутся снова?
Никаких шансов.
Откуда такая уверенность? Черт возьми, еще несколько дней назад они были вместе. Ничего удивительного, что он продолжает заботиться о ней, и что он огорчился, когда я рассказала, что эта стерва устроила игры с переодеванием на променаде.