— Он за это ответит! — с видимым трудом разлепив плотно сжатые губы, процедил всегдашний спутник младшего сына императора. — Клянусь…
— Не нужно, господин Сциний! — схватив его за руку, резко оборвала юношу Ника, зная, как болезненно относятся радлане к подобного рода обещаниям, освящённым именами богов. — Законно вы ничего сделать не сможете. Иначе придётся рассказать, кто ночевал на постоялом дворе этого негодяя, и кого он едва не продал в рабство. А мстить тайно такому знатному человеку, как вы, не к лицу. Поэтому не стоит необдуманно призывать в свидетели небожителей.
— Хорошо, госпожа Юлиса, — досадливо поморщился молодой аристократ.
— И я очень прошу вас, господин Сциний, уговорить его высочество не делать глупостей, — продолжила убеждать девушка. — Я уже давно поняла, что он ценит ваше мнение и прислушивается к вашим словам. Пусть Грей живёт спокойно. По крайней мере до тех пор, пока вы с его высочеством не восстановите моё доброе имя.
— Его высочество обязательно разгневается, когда узнает всё это, потому что он очень вас любит, госпожа Юлиса, — гордо вскинул голову собеседник, явно довольный плохо замаскированной лестью. — Но я постараюсь уговорить его не спешить с наказанием мерзавца.
— Я надеюсь на вас, господин Сциний, — чуть поклонилась беглая преступница, которой очень не хотелось, чтобы Вилит вляпался в ещё одну неприятную историю.
Кивнув, Сциний прибавил шагу.
Девушка поспешила за ним. Прогулка явно затягивалась. У неё уже начали подгибаться ноги, когда они вышли на Орлиную дорогу.
Для того, чтобы не спотыкаться и не привлекать к себе внимание, Нике пришлось вновь беспощадно взнуздать исстрадавшийся организм, огромным усилием воли заставив себя отстраниться от голода, накопившейся в теле боли и наваливавшейся сонливости, норовившей погасить отчаянно цеплявшееся за действительность сознание.
Несмотря на все старания, девушка с предельной ясностью понимала, что ещё немного, и она просто свалится и заснёт прямо на грязных, холодный камнях мостовой.
К счастью, провожатый не стал задерживаться на главной улице столицы и уже минут через десять привёл её к массивному трёхэтажному дому, выделявшемуся свежей, ещё не успевшей облезть тёмно-розовой краской.
"Папик не поскупился, — устало усмехнулась про себя попаданка. — Снял для крали квартирку в новостройке".
Половину первого этажа привычно занимали лавки, а во второй проживал кто-то очень не бедный, если судить по высоко расположенным окнам с маленькими мутными стёклами в свинцовых переплётах, а так же входу, украшенному маленьким фронтоном с четырьмя мраморными колоннами и двумя каменными вазами, в которых росли цветы.
Однако Сциний направился не туда, а на одну из узких каменных лестниц на второй этаж к двум украшенным резьбой дверям.
Молодой человек решительно и громко забарабанил костяшками пальцев по гладко оструганным филёнкам одной из них.
Почувствовав дрожь в коленях, Ника подошла к каменной балюстраде и присела на перила, поставив корзину у ног. Поправляя накидку, она машинально обратила внимание на прикреплённую к стене возле другой двери табличку с текстом, вглядываться в который ей совсем не хотелось. Наверное, полное имя хозяина? А вот вход того жилища, куда продолжал упорно рваться молодой аристократ, обошёлся без подобного рода украшений, предпочтя остаться анонимным.
Но вот в двери открылось маленькое окошечко, и послышался женский голос с ясно различимым акцентом:
— О боги! Господин Сциний!
— Да, Незала, — поморщившись, отозвался юноша. — Открывай, мне надо поговорить с твоей хозяйкой.
Когда звякнул засов, он обернулся к спутнице и знаком предложил ей следовать за собой.
Стиснув зубы, та тяжело поднялась, едва не позабыв корзину, и шаркая подошвами сандалий, прошла за ним в крошечную прихожую с белёными стенами и короткой лавочкой, на которую сразу же и села.
— Только вы уж, пожалуйста, здесь подождите, господин Сциний, — виноватым тоном попросила невысокая квадратная рабыня в коротком либрийском хитоне, с кривыми волосатыми ногами. — Пока я госпоже Аттике о вас доложу.
— Ну так поторопись! — раздражённо махнул рукой парень.
— А кто это с вами, господин Сциний? — поколебавшись, спросила невольница, скосив взгляд на гостью. — Что мне о ней госпоже сказать?
— Ничего! — внушительно рыкнул молодой аристократ. — Я сам всё расскажу.
— Слушаюсь, господин Сциний, — коротко поклонившись, служанка скрылась в боковом проходе.
Беглая преступница попыталась оглядеться, но солнечный свет, бивший из расположенной напротив входа в квартиру комнаты, слепил измученные недосыпанием глаза и не давал как следует рассмотреть окружающую обстановку.
Где-то послышался недовольный женский голос, а потом шум торопливо приближавшихся шагов.
Колыхнулась прикрывавшая проход занавеска, и в прихожую почти ворвалась невысокая стройная девушка лет шестнадцати в длинном сиреневом платье с непривычно глубоким вырезом и желтовато- медовыми волосами, уложенными в простую, но изящную причёску, украшенную парой золотых шпилек с тёмно-голубыми сапфирами.
Бледное, чуть удлинённое лицо с очень правильными чертами и полными чувственными губами портили сурово сведённые к переносице густые чересчур густо накрашенные брови и недовольный взгляд больших голубых глаз.
При виде визитёров она крайне фальшиво улыбнулась приятелю принца Вилита и зло зыркнула на его спутницу.
— Рада вас видеть, господин Сциний. Незала сказала, что вы хотите со мной поговорить?
"Барби в юности, — почему-то подумала попаданка, с трудом ворочая мозгами. — Только ростом не вышла".
— Да, госпожа Аттика, — подтвердил юноша.
— Тогда проходите, не будем же мы разговаривать на пороге, — видимо, девица смогла взять себя в руки, потому что голос её стал звучать гораздо любезнее, и только в глубине глаз по-прежнему таилось беспокойство.
— Пожалуйста, подождите здесь, госпожа…, - обратился молодой человек к Нике, а когда та апатично кивнула, попросил. — Госпожа Аттика, прикажите принести моей спутнице вина.
— Хорошо, господин Сциний, — поджала аккуратно накрашенные губы собеседница и обернулась к стоявшей поодаль невольнице. — Слышала, Незала?
— Да, госпожа, — поклонилась та. — Сейчас всё сделаю.
Беглая преступница решила, что хозяйка поведёт гостя в ту комнату, откуда пришла, но вместо этого они прошли в помещение напротив прихожей.
То ли солнышко прикрыли лёгкие облака, то ли её глаза привыкли к яркому свету, только Ника смогла рассмотреть круглый столик с наполненной цветами вазой, краешек скамьи и пару кресел без спинок.
Грациозно усевшись в одно из них, Аттика предложила гостю занять другое.
"Что-то вроде комнаты ткацкого станка", — усмехнулась про себя девушка, пытаясь сквозь шум в ушах расслышать их разговор.
К сожалению, Сциний расположился боком к прихожей и понизил голос почти до шёпота, поэтому его слова она почти не разбирала. Зато его собеседница и не подумала шушукать, вскричав с испуганным удивлением:
— О боги! Ищут?!
— Да! — чуть громче оборвал её приятель младшего императорского сына, но потом до Ники вновь стало доноситься только невнятное бу-бу-бу.
Повернув голову и поймав её взгляд, Аттика торопливо отвела глаза. Подавшись вперёд, она опёрлась о подлокотники с таким видом, будто собралась вцепиться ногтями в красивое лицо молодого человека.
— Нет, нет, господин Сциний. А вдруг он вернётся?
В этот момент в прихожей появилась хмурая Незала, молча протянула незваной гостье керамический бокал и удалилась, неприязненно глянув на неё через плечо.
"Да, здесь мне точно не рады", — грустно хмыкнула про себя девушка. Разведённое вино, точнее вода с небольшим количеством вина, прохладной волной прокатившись по пищеводу, ухнуло в пустой желудок.
— А если её найдут? — продолжала упорствовать Аттика. — Даже из уважения к вам, господин Сциний, я не хочу умирать в каменоломнях за укрывательство беглой преступницы.
Однако, видимо, юноша сделал ей предложение из числа тех, от которых трудно отказаться, потому что, выслушав его, содержанка делано-капризно протянула:
— Ну я не знаю, господин Сциний. Вы же понимаете, что рабыни обязательно расскажут о ней вашему дядюшке? А что скажут соседи? Госпожа Клипа часто заходит скрасить моё одиночество…
Опять увещевательное: бу-бу-бу…
— Беременная родственница?! — удивлённо переспросила Аттика. — Но вы же не собираетесь оставлять её у меня надолго?
Очевидно, полученный ответ девицу полностью удовлетворил, так как её пухлые губы растянулись в довольной улыбке, выпалив:
— Только деньги сами не приносите. Пришлите с кем-нибудь из доверенных людей. Нехорошо, если вас здесь будут видеть слишком часто.
— Хорошо, госпожа Аттика, — гораздо громче, чем до этого сказал молодой аристократ. — Киневий завтра придёт. Но он не будет знать, за что вы получите это золото.
— Путь так, — снисходительно улыбнулась содержанка, и надменно посмотрев на гостью, почти скомандовала. — Эй, госпожа, подойдите сюда.
"Ты ещё "к ноге" прикажи, — зло подумала беглая преступница, поднимаясь на ноги. — Или "апорт"".
Внезапно у неё закружилась голова, поэтому, чтобы не упасть, девушка опёрлась рукой о стену и замерла, дожидаясь, когда мир вокруг обретёт привычную устойчивость.
— Что с ней, господин Сциний? — с тревогой спросила обладательница медвяной шевелюры.
— Она просто очень устала, госпожа Аттика, — сухо ответил молодой человек.
Сбросив накидку на плечи, Ника выпрямилась, поймала насмешливый взгляд наглой девицы и направилась к ней той лёгкой, танцующей походкой, которой когда-то двигалась на сцене, с тайным злорадством наблюдая, как в больших голубых глазах выражение самодовольного превосходства уступает место неуверенности, а потом и страху.
— Не стоит так громко кричать, господа, — улыбнулась она одними губами. — В этих многоэтажных домах такие тонкие стен