– Помочь? Серьезна как никогда? – из ее горла вырвался короткий смешок. – Да ты себя слышишь? Он же издевался над тобой все это время. Уже забыла его выходки? Забыла, как каждый раз доводил до слез и лишал самого дорогого? Забыла, как…
– Перестань, – поморщившись, прервала ее тираду. – Ты сейчас не права.
– Не права?! – истерично вскрикнула Карина, соскользнув с моей кровати и рывком поднимаясь на ноги. – А в чем? В том, что, в отличие от тебя, вижу правду? Святая моя наивность, пока ты размышляешь, как ему помочь, он приберет деньги Андрея Федоровича к рукам и… – она сжала пальцы в кулак, а затем разжала, показывая пустую ладонь. – И исчезнет. А ты останешься ни с чем, Поль. Так что мой совет: сыграй в ва-банк. Я тебе помогу. Опереди его, а то твой братик спустит все наследство на вечеринки и шлюх…
Я всегда считала себя спокойным человеком, терпеливым и умеющим держать эмоции под контролем. Но сегодня поняла, что ошибалась. Во мне полыхнул пожар такой силы, что он мог бы запросто поглотить в огне, полном ярости, не то что наш дом, но и весь коттеджный поселок.
– У него такая натура, – продолжала девушка зло. – Знаешь ли, гены на землю не падают… О-о, ты же не знаешь! Наш ранимый цветочек как всегда не всегда в курсе всего, что за гранью ее радужной жизни! Так слушай: мамочка твоего ненаглядного братца проститутка, алкашка и…
– Заткнись! – мой голос, наверное, разнесся по всему этажу. А костер, что пылал во мне, вырвался наружу. – А твои гены, дорогая подружка? Не твоя ли идеальная мамочка гуляет направо и налево? А твой отец? Кем бы он был, если бы мой папа не принял его на работу? Давай поразмышляем… Подзаборной пьяницей! – выдохнула, потерев ноющие виски пальцами, и велела застывшей Карине: – Убирайся вон.
Она выглядела ошарашенной – не думала, что я ей отвечу в ее же манере. Но заминка длилась всего пару секунд, потом бывшая подруга, прошипев что-то себе под нос, сдернула с комода свою сумку и направилась к дверям. У порога остановилась и бросила через плечо:
– Ты полная дура! Но мы еще посмотрим, как ты заговоришь через пару недель.
– Конечно, – широко улыбнулась. – Только через пару недель мы с Мариком будем такими же счастливыми, а ты останешься мелочной дрянью. Всего плохого! Провожать не буду, тебе известно, где у нас выход.
Карина ничего не ответила, просто хлопнула дверью и ушла. Послышались ее шаги, затем еще через минуту второй раз хлопнула дверь – на этот раз входная.
Вот истеричка!
Я устало опустилась на мягкий ковер. Ярость почти отступила, спасовав перед сознательностью. Что здесь творилось?! Мы с Кариной поссорились. Крупно. И, скорее всего, без надежды продолжать общение. В голове не укладывалось. Неужели Рина, моя Ринка, с которой мы дружили с начальной школы, могла сказать что-то подобное? А я? От своих слов тоже пребывала в шоке, но… Она оскорбила Марка. Я могла бы закрыть глаза на подобное и сгладить ситуацию, если бы ее слова касались только меня. Не оправдываю себя, да, я сказала гадость. Причем впервые в жизни.
Посидела еще немного, пытаясь успокоиться и подавляя в себе желание разнести комнату ко всем чертям.
"Наш ранимый цветочек как всегда не всегда в курсе всего, что за гранью ее радужной жизни!"
Действительно. Сколько информации хранил от меня в тайне папа? А сколько всего скрывает сейчас Марик?
Впилась в ладони ногтями и поднялась. Я все узнаю. Завтра. Сегодня не смогу – просто не найду на это сил.
***
В ушах почти на полной мощности звучали песни любимых "Imagine Dragons". Я, иногда подпевая, буквально летела по кухне, умудряясь следить за овощами в мультиварке, курицей в духовке и при этом продолжая жарить панкейки. Не знаю, зачем столько еды для двоих, но готовка меня расслабляла.
Совсем забыв, что у некоторых жильцов дома иногда сдают мозги и они начинают жестко тупить, продолжала свое нехитрое занятие. Выключив плиту и отложив остывать сковороду, я открыла холодильник, чтобы достать нужные ингредиенты для шоколадного соуса, как на мою талию опустились чужие руки!
Я от неожиданности вскрикнула, машинально ударила локтем в бок парня и уронила на пол бутылку сливок. Беспроводные наушники, выпав из ушей, тоже куда-то покатились.
Меня мгновенно отпустили и даже отпрянули на метр.
– Бл… Блин! – судя по шипению Марика, то баночка с молочным изделием упала аккурат на его ногу.
– Сам ты блин, – я развернулась к парню, чтобы оценить масштаб трагедии. Столкновение завершилось благоприятно: сливки не пострадали, Марк лишь, согнувшись, потирал ушибленные места. – Ты меня напугал!
– Я думал, ты слышала мои шаги, – отозвался он, выпрямляясь. Улыбнулся, обнажая зубы, и весело объявил: – Но эффект мне понравился! Надо бы тебя обучить парочкам приемов и будет вообще зачет!
Приемам? Разве что против него самого. Например, метод, как выведать у него всю-всю информацию был бы очень кстати.
– Боже, с кем я живу?.. – закатила глаза. – Какой эффект, Марк? У меня чуть инфаркт не случился!
А он, все так же лучась довольством, несколькими шагами преодолел расстояние между нами, заключил меня в объятия и уже куда-то в мои волосы произнес:
– Ну-ну, не ворчи, Поль, как старушка.
Умиротворение, которое всегда дарило его тепло, мгновенно улетучилось. Я отстранилась и переспросила:
– Как кто?
В колдовских зелёных глазах Марка зажегся огонек.
– Как старушка, – он растянул губы в усмешке. – Как самая миленькая и сексуальная стару… Эй, за что?!
Этот тычок в ребро парня был совершенно осознанным и обдуманным решением.
– За все хорошее, – буркнула я, выпутавшись окончательно из его хватки. – Идем ужинать, пока я добрая и не…
Я уже подняла с паркета пачку сливок и хотела поискать свои наушники, как мои кисти мягко обхватили пальцы Марка, и он развернул меня. Быстро чмокнул меня в щеку и… И собственно все. Мысли запутались, слиплись, как неправильно сваренные спагетти, и даже забылось, почему я пока добрая и что "не".
– Чуть позже, Полинка, – брат уже направлялся прочь из кухни. – Сейчас я минут на десять в кабинет, а потом спущусь, и ты мне расскажешь, что испортило твоё настроение.
Мне сразу вспомнилась Карина. Поморщилась и… Стоп. Кабинет папы? Сегодня это место очень уж популярно. Не знаю, но что-то у меня в голове противно щелкнуло. Подозрительно? Очень. И как бы мне не хотелось верить, что Авдеева не такая, но…
Быстро стянула с себя фартук и бросилась за Мариком.
– Марк! – позвала и вбежала по лестнице к остановившемуся парню.
– Что случилось? – он посмотрел в мои глаза, выискивая ответ.
– Ничего. Просто… Я сегодня застала Карину, выходящей из папиного кабинета, а у ее отца руководящая должность в компании. И мне подумалось… – я не была уверена, но и не сказать не могла.
Глава 12
Понедельник. Утро
– Марик, останови машину вон там, – показала на угол, где ютился маленький книжный магазин. – До универа я пешко…
– Зачем? – бесцеремонно перебил он, отвлекаясь от дороги и посмотрев на меня.
– Как это "зачем"? – не поняла я. Скрестила руки на груди и терпеливо пояснила: – Чтобы нас не видели вместе, конечно.
Если бы лишь взглядом можно было бы испепелить или заморозить, то я сейчас лежала бы на переднем сидении машины Марка кучей заиндевелого пепла. Потому что в его глазах засверкал обжигающий холод, причину которого я не сумела определить. Что не так? Перебрала в уме наш разговор – мы вполне мило беседовали о разной ерунде до моей вполне безобидной просьбы.
– Как хочешь, – холодно кивнул парень, вновь сконцентрировавшись на вождении. Светофор зажегся зеленым, и Марик плавно повел "Ауди" вперед.
Я расстегнула ремень безопасности, достала из сумочки зеркало. Вгляделась в свое несколько помятое лицо и с досадой отметила, что темные мешки под глазами нисколько не ушли – кажется, освежающие патчи освежают лишь кошелек, оставляя после себя ощутимую пустоту. К слову, мне ни холодный душ, ни крепкий кофе тоже не помогли. А вот нормальный сон помог бы, только вот учеба…
Вздохнув, быстро прошлась расческой по волосам. Вчерашний вечер и ссора с Кариной совсем выбили меня из колеи. Я всю ночь думала о ее словах и о возможных проблемах, которые она теоретически могла вызвать.
Погрузившись в размышления, не сразу не заметила, что книжный мы давно проехали и уже подъезжаем к самому университету.
– Марк?!
Он криво улыбнулся:
– Да, Поля?
– Тормози сейчас же! – возмущенно воскликнула я. – Какого черта?!
Если я считала, что он послушает меня, то ошибалась. Марик снова сделал по-своему: преодолел оставшиеся триста метров и потом да, действительно притормозил. У самого альма-матер. И заявил как ни в чем не бывало:
– Остановился.
Приличных слов у меня не нашлось, потому, сжимая в руках лямку рюкзака и сдерживая в себе желание стукнуть им наглеца, прошипела:
– Как ты точно исполняешь мои просьбы! Я в восторге!
– Ага, – парень ничуть не смутился и самодовольно ухмыльнулся. – Я вообще очень исполнительный.
– Но не предусмотрительный, – вставила я и язвительно продолжила: – Ты как-то забыл, что твою машину разве что слепой не знает. А так как в нашем замечательном учебном учреждении слепых пока нет, то… Полюбуйся, милый!
И собственно указала на совсем-совсем случайно оказавшихся вдруг рядом студенток. Даже те, кто до этого спешил скрыться от холодного ветра в холле, передумали заходить в здание и с любопытством поджидали, кто же выйдет из авто самого Марка Чернигова. Он же никогда не скрывал свои похождения и менял девушек быстрее, чем успевал запомнить их имя. Когда-то. Сейчас у брата времени не то что на интрижки, даже на отдых нет, но от воспоминаний у меня все равно еще больше испортилось настроение.
– А что тебя смущает, – хмыкнул, – милая?
Интересно, если исполню свое заветное желание его, придушив его, и скажу, что так и было, мне поверят?