– Лучше замолчи, пока еще не получил, – цежу сквозь зубы, а у самой в ушах заложило от напряжения.
Дышать от обиды стало сложно. Словно невидимая рука шею в тиски взяла и не отпускает.
– Ну, давай. Вперед. Что стоишь? Вот он я, в отличии от тебя, способный говорить правду, – и раскрыл руки в сторону.
Хотелось воспользоваться моментом. Поколотить его за каждую пролитую слезинку. Даже замахнулась уже, а потом в голове словно тумблер переключили. Все его слова сложились в общую картину. Абстрактную такую, противную. Он ведь просто хочет выйти из ситуации белым зайчиком, пушистеньким таким. Ему просто надо самоутвердиться. Точно!
– Знаешь, жалко тратить на такого человека время. Сделай одолжение, исчезни из моей жизни так же быстро и четко, как появился, – максимально спокойно ответила, чтобы не выглядеть жалко.
– Что, все? Считаешь героиня, типо вышла чистенькой? – кричит в спину, и я невольно останавливаюсь, поворачиваясь к наглецу.
– Вот знаешь, никак не пойму, сколько в тебе наглости, стоять и врать прямо в глаза, обвинять меня невесть в чем? – медленно подошла к нему, пока говорила, и застыла рядом с ним.
Очень близко, буквально в двадцати сантиметрах остановилась. Даже голову пришлось запрокинуть, чтобы смотреть в глаза, которые сейчас похожи на грозовое небо. Наши нервные дыхания перемешались в одно, даже страшно стало, насколько обжигающе-горячим оказался воздух вокруг нас.
– Во мне? Ты серьезно сейчас?
– Да. Серьезнее некуда. В отличии от тебя, я была честной от и до. Что, увидел простушку, реальную официантку и не нашел более удачного способа дать заднюю? Только и этого тебе оказалось мало. Надо выставить меня предательницей. Ты так самоутверждаешься что ли?
Он смотрел и не понимал, о чем я, либо делал вид, что не понимает. Я запуталась. Но и обижать себя никому не позволю.
– Похоже официантки все пропащие, жаждущие бежать только за большим рублем, и строящие из себя ангелов. Только из меня демона не стоит делать, когда у самой крылышки за спиной не белые, да и нимба я не вижу, только рожки.
– Ты, да ты вообще обнаглел! – толкнула его в грудь к стене. – Я дьяволица? Хорошо, думай как хочешь. Только меня ты не убедишь в этом. Придумал он небылицы всякие, и пытается в головы другим вложить. Хоть бы отмазку нормальную придумал. Соболева какого-то приплел, которого я в глаза не видела. Паншину хоть бы узнал сначала как зову. Кира. Ага, сто раз она Кира. Сам ведь переписку подделал, а видео, да смонтировал. И все ради чего? Сделать меня виноватой, чтобы проще было отказать? Не веришь мне на слово? Да без проблем. Только кто из нас двоих согласится на детектор лжи? Я точно, потому что скрывать нечего. Ведешь себя как баба.
– Лучше замолчи. Мне тоже скрывать нечего. Пошли, хоть сейчас. Еще посмотрим кто прав, – в пику отвечает, и я понимаю, он реально верит в то, что говорит, и похоже виноват не он. Нас тупо развели.
– Ну тогда еще Соболева прихвати, вот парень удивится, что его приплели в разборки. И Карину.
– Киру.
– Ой прости, Киру. Даже интересно, как она выглядит. Ну? Зови. Пусть все узнают, какой ты неврастеник и дурак. Не только мне позориться перед всем институтом. Давай! По любому есть их номера, или знаешь где найти.
Он смотрел на меня и о чем-то думал. О чем конкретно – не знаю. Но эмоции сменялись очень быстро. Можно смешать жуткий коктейль, потому что в нем и неверие, смятение, немного радости, щепотка надежды, пара порций сомнения, грамм сто отрицания.
– Ты даже пазлы сложить не можешь во едино. Какой из тебя юрист, когда твой разум возможно затуманить тупой игрой. Сам прикинь, кто кукловод в этой игре. Сложи два и два. Это насколько мне надо быть двуликой и подлой, чтобы тайно встречаться с Соболевым, повестись на его удочку в разбитие твоего сердца, скрыть это от Ксюши, и потом еще и от нее советы по удержанию принимать? Логику включи. Тут что-то одно возможно. Либо игра на пару с другим парнем, либо мне просто подфартило, и подруга пыталась убедить меня его не упустить. Не вяжутся твои показания. Вот ни на сколечко.
Похоже сейчас я сделал контрольный в голову, потому что мне кажется, даже услышала, как заработали шестеренки в голове Марка. Наблюдала пару минут, и увидела просветление. Похоже он что-то понял. Только поздно.
– Арин, я…
– Не смей ко мне приближаться, – выставила руки вперед, когда он шагнул в мою сторону. Не хочу его прикосновений. Поздно, уже слишком поздно. – Я ненавижу тебя. Трус, предатель. Просто тюфяк, который ни за что не способен бороться. Чуть препятствие и он лапки складывает. Игорь хоть за Ксюшу борется, мечется как лев в клетке, а ты… Слабак.
– Подожди, не руби ты с плеча.
– Ты серьезно? Тебе можно, а мне нет? Да иди ты. Удачи в жизни. Забудь обо мне.
Последние слова говорила уже плача, и скрываясь за стеной из цветов. Слезы все же не удалось сдержать. И пусть. Первый и последний раз он их видит. Мне же эта история будет уроком.
Глава 19
Марк
Не верил в происходящее. Несколько дней метался в собственном сознании, пытался оправдать девчонку, но потом в голове всплывали видео и переписка. Как так, Арин? Месяц общения, и фальшивый? Неужели не жалко собственного времени и сил было? А Соболев? Скотина редкая. Мы ведь никогда в открытую не конфликтовали, девчонок его никогда не трогал, он мох – да, но никак не наоборот. Неужели у него такая своеобразная фантазия в плане мести?
Нет, если я с ней не поговорю, точно с ума сойду. Мне важно знать, почему она так поступила. И не хочу отпускать, как бы больно не было от проступка. Арина наивная, по ней видно. Просто попала под влияние не самой удачной компании. Подруга ее, черт. Игорь ведь тащится от нее, значит придется ой как не просто. Поймал ее в рекреации и утащил в наш маленький тропический уголок, где никто не сможет заметить. Неправильно, конечно, сделал, что схватил со спины. Чувствовал, как от страха бешено бьется юное сердечко, и понял, чтобы она сейчас не сказала, все прощу. Ведь прижимать к себе хрупкую особу оказалось слишком приятно. Нас словно магнитики притянуло и не оторвать друг от друга.
Но у нее получается разорвать желанную близость. Разговор выдался совсем не таким, каким я ожидал, зашел в другое русло. Вместо спокойного тона, все прошло на повышенном. Упреки, обиды. Мы словно жалили друг друга за причиненную боль. Неужели Кира была права, и девчонка настолько сильно его любит, что расстроилась, не сумев помочь? Бред про Алису какую-то несла. Делала вид, словно не знает Киру, еще и имя исковеркала. Вот только в один прекрасный момент ситуация полностью вышла из-под контроля. Мы обнажили наши чувства, и это стало для меня настоящим ударом.
– Ты даже пазлы сложить не можешь во едино. Какой из тебя юрист, когда твой разум возможно затуманить тупой игрой, – лишь усмехнулся этой фразе, не девчонке судить мои знания. – Сам прикинь, кто кукловод в этой игре. Сложи два и два. Это насколько мне надо быть двуликой и подлой, чтобы тайно встречаться с Соболевым, повестись на его удочку в разбитие твоего сердца, скрыть это от Ксюши, и потом еще и от нее советы по удержанию принимать? Логику включи. Тут что-то одно возможно. Либо игра на пару с другим парнем, либо мне просто подфартило, и подруга пыталась убедить меня его не упустить. Не вяжутся твои показания. Вот ни на сколечко.
И тут во мне что-то щелкает. После того, как она выкрикнула все что на душе, я иначе взглянул на картину. Словно отошел в сторону и наблюдаю за спектаклем. Неделю назад Кира резко изменилась. Успокоившаяся после моего отказа девушка вновь активизировалась. Нет, не в плане активного вешанья на шею, а просто стала больше цеплять, пыталась развеселить. Вся команда это заметила, я же лишь отмахнулся.
Потом после матча. Она подбежала ко мне и сразу начала говорить, что моя Мармеладка гнусная стерва, использует в личных целях, а сама Кира любит меня до сих пор, и пусть наши чувства не взаимны, не может стоять в стороне и смотреть молча, как из близкого человека делают дурака. Сказал ей, чтобы не переигрывала, не лезла туда, куда не просят. Но она не желала сдаваться, подсунув в руки телефон, а там видео, переписка.
– Я не вру, Марк, она действительно тебя использует. Слова можно придумать, но реальные вещи не подделать. Смотри сам, раз не веришь. Я хотела уберечь тебя, но ты сам хочешь испытать эту боль.
И я посмотрел сначала видео, а потом пролистнул переписку. И реально, не сошлись тогда два простых факта в одну точку абсурда. Видео об одном, переписка о другом. Номер легко подделать, это же скриншот. Оно и на видео-то легко. Главное уметь. Миха просит разбить мне сердце, подруга просит не быть дурой и ловить удачу за хвост. Какой же глупец. Так глупо профукал свое счастье. Но ведь еще можно все вернуть? Ведь так? Мармеладка, прошу, пусть все еще не будет поздно. Ты слишком живая и искренняя. По глазам вижу, что не безразличен.
– Арин, я…, – шагнул в ее сторону, не зная, что сказать, потому что все будет не тем.
– Не смей ко мне приближаться, – она выставила руки вперед, отрицательно мотая головой. Нет, я должен хоть что-то сделать, пока еще не все потеряно. Только останавливаюсь, как послушный щенок, боясь усугубить все своим напором. – Я ненавижу тебя. Трус, предатель. Просто тюфяк, который ни за что не способен бороться. Чуть препятствие и он лапки складывает. Игорь хоть за Ксюшу борется, мечется как лев в клетке, а ты… Слабак.
Во всем права, со всем согласен, но не хочу слышать этих слов.
– Подожди, не руби ты с плеча, – прошу самую малость, хотя понимаю, не имею права.
– Ты серьезно? Тебе можно, а мне нет? Да иди ты. Удачи в жизни. Забудь обо мне.
Последние слова Аришка уже плакала, скрываясь за стеной из цветов. Какой же я дурак! Глупый сопливый мальчишка, которому было проще поверить в очередное предательство, чем бороться за свое. Майская ведь другая, не такая как бывшая. Она порвет любого за свое, если знает, что со своим все взаимно.