— Стараюсь, — в тон ему ответила я. — Еще немного следует потренироваться, чтобы достигнуть профессионализма. А то весь мой опыт ограничивается лишь вами, шериф. Это неправильно биологически и с точки зрения общей статистики недостоверно. Пора расширить свои горизонты! — И начала закрывать дверь.
— Не дразни меня, Джейн! — сунул ногу между косяком и створкой Кэмерон, мешая мне. — Это может плохо закончиться!
— Все уже закончилось, шериф, — напомнила ему я. — Вы дали мне ясно понять свою позицию. Я ее уважаю, но мне следует двигаться дальше. Не могу же я провести всю свою жизнь, ожидая вашего снисхождения? — И толкнула его в грудь, захлопывая дверь.
— Джейн! — рявкнул Кэмерон. — Такие игры плохо заканчиваются!
— Только для тех, кто в них играет! — крикнула я в ответ. — А я уже запасной игрок! Так что спите спокойно, шериф Маноло, я к вам претензий не имею!
— Шериф, — раздался за дверью голос Кристиана, — по-моему, это верх невоспитанности, навязываться не желающей вас видеть даме! Оставьте Джейн в покое. Немедленно!
— Спасибо, Кристиан! — крикнула я ему, улыбаясь. — Ты настоящий рыцарь! Но поскольку у меня на приусадебном участке нет конюшни и оружейной, то предлагаю вам обоим поехать домой и выспаться! Спокойной ночи!
Потом прислонилась спиной к двери, и тут на меня накатило. А если это Кэмерон совершил убийство? Жертва, по разговорам, очень похожа… Вдруг он окончательно слетел с катушек и пошел вразнос? Если так, то… У меня ослабели ноги.
— Нет! — потрясла я головой, отгоняя мрачные мысли. — Этого просто не может быть! — тяжело вздохнула, признавая поражение, и подняла щиты, огораживающие мои способности. Как же я не хотела ими пользоваться. Как же это неприятно, господи…
Спустя какое-то время я выведала все маленькие и большие секреты этого городка. Грязные и не очень. Я узнала дальнейшую судьбу всех встреченных на моем пути. И, к сожалению, у нас с Кристианом просто не могло ничего получиться, даже если бы я очень хотела. У Сорчера будет абсолютно другая жизнь, в которой я никогда не буду фигурировать в качестве его спутницы. Вот так.
Но я по-прежнему не видела будущего Кэмерона. Оно было сокрыто от меня за семью печатями. Так же как не видела убийцы. А вот это было страшно. Потому что если это Кэм — меня пронизала холодная дрожь, — то и не увижу до последнего.
Сердце отчаянно боролось с разумом, глупо доказывая: он не мог. Разум возражал, что мог, вполне. Что такое убить хрупкую женщину, столь похожую на ненавистную особу, для морпеха с опытом боевых действий? На один чих, причем сотней способов. И совесть не замучит. Ему даже не придется напрягаться — при желании Кэм и здоровенному мужику свернет шею одной левой.
Эта борьба страшно вымотала меня, полностью изнуряя мою физическую и духовную силу. Я замерла в отупении, сжимая виски, и переживала: что мне делать? Как жить дальше, если мои предположения окажутся правдой? Смогу ли я его простить после этого? Себя простить?..
Глядя на саму себя в зеркало прихожей, я застонала: что же ты делаешь с собой, Кэм? Что ты с нами делаешь?
Казалось, эта бессонная ночь длилась бесконечно. Я металась на кровати, постоянно вскакивая, чтобы начать бродить по дому. И снова ложилась, чтобы через несколько минут встать.
Трудно, безумно трудно определить вину человека. А если этот человек еще и любим тобой? Как смириться, как жить дальше с таким подозрением?
Так и не договорившись с собой, я плеснула в лицо холодной водой, полюбовалась на громадные черные круги под глазами и отправилась в ресторан, выпить кофе и хоть чуть-чуть отвлечься от ужасных мыслей. Может быть, если я побуду на людях, червячок сомнения, грозившийся превратиться в удава, слегка заглохнет?
— Мэтью арестовали сегодня ночью! — встретила меня возбужденная Синди. — Говорят, он был за городом в тот вечер. И был именно с той девушкой. Их видели в мотеле…
Она не успела договорить, как я молча развернулась на пятках и отправилась в полицейский участок.
— Доброе утро, — влетела я в дверь. Все, кто был внутри, уставились на меня круглыми глазами. — Могу я увидеть шерифа?
— Он у себя, мисс Доусон, — приветливо кивнул мне Коди. — Разговаривает по телефону…
— Да не убивал я ее! — заорал сидевший за решеткой Мэтью. Прогундосил: — Трахал сучку — да! Но она сама хотела! Потом ушла — и все! Не убивал я ее!
— Спасибо, — кивнула я полицейскому и отправилась в кабинет шерифа.
— Вы что-то хотели, мисс Доусон? — безразличным тоном поинтересовался Кэмерон, опуская трубку на рычаг.
— Мэтью не виноват, — коротко сказала я, внимательно его рассматривая.
— Откуда такие сведения? — все так же безразлично отреагировал Маноло.
— Оттуда, — отрезала я. — Вам хорошо известно, шериф, я никогда не ошибаюсь. И я точно знаю, что Мэтью пьяница и бабник, но не убийца!
— И кто же тогда убийца? — смотрел на меня ничего не выражающими глазами Кэм. — Это вы тоже знаете?
— К сожалению, нет, — поджала я губы. — Этого я не знаю. — Прислонилась спиной к косяку и прикрыла глаза. — Когда я приехала сюда, то попыталась жить нормально, как все, не используя своих дьявольских способностей. Но вчера, — облизнула пересохшие губы, — вчера я испугалась. И позволила себе увидеть… Так вот, — передернула я плечами. — Мэтью действительно ее не убивал.
— И чего же вы испугались? — Судя по звукам, мужчина подошел и встал передо мной. Я задрала подбородок и распахнула глаза, встречаясь с ним взглядом. — Ты?.. — задохнулся Кэмерон, отшатываясь. Неверяще потряс головой. — Ты думала, что это… я?!
— Я не вижу твоего будущего, — тихо прошептала я. — Давно уже. Чье угодно, но не твое. И не вижу убийцу…
— Боже! — смотрел на меня как на монстра Кэм. Он отшатнулся в глубоком потрясении. — Ты могла предположить… подумать… что я?.. — Взгляд стал убитым.
— Здравствуйте! — В кабинет шерифа вплыла божественно красивая брюнетка с потрясающей фигурой в дорогом брючном костюме из слегка помятого льна цвета сочной травы. — Вы Кэмерон Маноло?
— Да, — нахмурился мужчина, не отрывая от меня осуждающего взгляда синих холодных глаз. — Чем могу быть полезен?
— Я — Чарла Джордж, — отбросила назад прядь длинных прямых волос женщина. Надо заметить, волосы у нее роскошные! — Дипломированный психолог. Меня наняли ваши родители, мистер Маноло, чтобы помочь преодолеть ваш посттравматический болевой синдром и вернуть к нормальной жизни. Они жаловались, что вы почти не спите и плохо себя чувствуете на гражданке…
— Мне это не нужно, — сжал зубы Кэмерон. — Я и сам прекрасно справляюсь!
— Вот давайте, — широко улыбнулась Чарла, демонстрируя великолепные белоснежные зубы, как акула пасть, — я в этом и удостоверюсь! — Леди вытянула из красивого дамского портфеля кучу отпечатанных листков. — Это опросник депрессивности Бэка, шкалы Simptom Check List-90-Revised и IES-R плюс опросник по Миссисипской шкале посттравматических реакций. Вас не затруднит заполнить, шериф?
Кэмерон опустил плечи и бросил на эту кипу беспомощный взгляд.
— Не буду вам мешать, — поспешно сказала я, испытывая неловкость, и выскользнула из кабинета.
— Стой, Джейн! — рявкнул Кэм, кидаясь за мной. — Мы недоговорили! Вернись немедленно!
— Давайте тогда поговорим со мной, — утянула его обратно психолог. — Вы ответите на несколько моих простых вопросов. Если результаты нашего собеседования меня удовлетворят, то я уеду отсюда со спокойной душой… — Она говорила дальше, но я уже не расслышала, потому что дверь захлопнулась.
— Мисс Доусон, — подошел ко мне Коди, протягивая стаканчик с капучино, именно такой, как я люблю — с малиновым сиропом. И откуда вызнал? — После того как вы перестали навещать нас по утрам, шериф стал просто невыносим. Он и раньше здесь, — Коди ткнул пальцем в сторону каталажки, — частенько ночевал, а теперь вообще поселился. И характер стал совсем мерзкий. Может, вы с ним помиритесь? — Глаза полицейского приняли просящее выражение. — Мы всем участком скинемся вам на годовой абонемент в кофейне и закажем большой вкусный торт.
Похоже, шериф Кэмерон Маноло основательно всех достал. Но кто решил, что из-за его дурного настроения должна теперь страдать одна я?
— Сначала ему стоит помириться с самим собой, — грустно скривила я губы и ушла. День предстоял долгий и тяжелый.
Мой телефон зазвонил в то время, когда я шла к машине после посещения стройки, уладив все необходимые дела.
— Да, дорогой, — подняла я трубку. — Слушаю тебя внимательно.
— Привет, любимая, — пропел в трубку Гарри. — Я нашел специалиста, о котором ты просила. Неплохой мужик, честный, добросовестный. Если переговоры пройдут успешно, то через пару-тройку дней сможешь оттуда свалить.
— Отмени все, пожалуйста, — попросила я, присаживаясь на капот своей машины. — Я не могу сейчас уехать — а значит, нет надобности тратить лишние деньги.
— Помирились? — осторожно спросил друг, переварив неожиданное известие.
— Если бы, — вздохнула я с надрывом. — По-моему, стало только хуже. Но уехать я все равно не могу.
— Во что ты вляпалась? — напрямую спросил Фуаррез с тревогой. — Мне задействовать тяжелую артиллерию наших связей?
— Пока не надо, — успокоила его я. — Думаю, сможем разобраться сами.
— Ну смотри, — фыркнул Гарри. И, помолчав, добавил: — Джейн, тут к тебе снова подкатывают спецслужбы. Интересуются, как с тобой можно пообщаться. Издалека так начинают, но весьма настойчиво. Просто питомник пауков и скорпионов. — Он посетовал: — Как тебя угораздило с ними связаться?
Память услужливо подсунула мне воспоминание.
Три с половиной года назад
— Где я? — уставилась я в белый потолок, испытывая странную слабость. Рядом жужжали приборы. В руках и в носу у меня были прикреплены трубки. Тело ощущалось легким до невесомости. Перед глазами плавали радужные круги.
— В больнице, деточка, — улыбнулась мне симпатичная зеленоглазая женщина в зелено-голубой форме. Она ловко и умело вытащила большую часть катетеров и освободила меня от трубок. — Тебя машина сбила. Что-то помнишь из этого?