— Да бог с ней, с этой малахольной, — нахмурилась я. — Пока нам снова не помешали, хочу тебе сказать: ты знаешь, что она здесь для твоей дисквалификации с поста шерифа?
— Догадался почти сразу, — равнодушно пожал плечами Маноло. Признался скрепя сердце, но без особого огорчения: — Для этого не надо быть провидцем. Отец спит и видит, как вернуть меня домой. — Кэм улыбнулся уголком рта. — Но сумасшедший я только рядом с тобой. В остальном я пока еще вполне разумен и полностью вменяем.
— Мне так много нужно тебе рассказать… — начала я.
— Бедная деточка, — возникла рядом с нами Кэролайн с пакетом льда. — На-ка, приложи к голове.
— Спасибо, — сказали мы с Кэмом одновременно. Он принял у женщины пакет, завернутый в полотенце, и аккуратно прижал его к моей шишке на затылке.
— Такие страсти тут творятся, — пригорюнилась соседка, — а я все проспала как убитая. Мой-то сыч носа из гаража второй день не кажет. Бубнит себе что-то под нос, железками грохочет…
— Да отпустите меня! — достигла нас Чарла, вырывая свой локоть у вцепившегося в нее Кристиана. — Не собиралась я звонить в газеты!
— А иногда, — покосилась на нее с неодобрением Кэролайн, — еще замрет и смотрит на что-то долго-долго… как будто видит чего… шевелит губами… — Женщина всплеснула руками. — Как на пенсию вышел, так и чудит!
— Интересно, — пробормотала психолог, — симптомы похожи на эпилепсию или шизофрению… возможны обе болезни сразу, одновременно. — Она уставилась на миссис Бейтс. — Ваш супруг хоть когда-то проверялся у психиатра? Ему давно делали МРТ и энцефалограмму?
— А как же, — кивнула соседка, — постоянно в другой город ездит. Болтает, что у нас таких специалистов нет. Но таблетки пить отказывается, только виски или аперитив. Говорит, — она лукаво покосилась на психолога, — они лучше помогают. — Прибавила: — Впрочем, так говорят все мужчины, кого ни спроси…
Женщины понимающе переглянулись.
— Как ты, Джейн? — присел рядом с нами на корточки Кристиан, не обращая внимания на напрягшегося шерифа. — Как себя чувствуешь?
— Терпимо, — слабо улыбнулась я ему.
И тут все же приехали медики, которые диагностировали у меня легкое сотрясение мозга. Видимо, волосы, собранные на затылке в пучок, смягчили удар. Посоветовали показаться специалисту, потребовали, чтобы меня кто-то будил каждые два часа, и уехали обратно.
Кэмерон все внимательно выслушал, кивнул и, подхватив меня на руки, понес в дом, припадая на ногу.
— Я сама! — сопротивлялась я, жалея своего мужчину. То, что он мой, не вызывало у меня никаких сомнений. Любого, кто попробует его отобрать, загрызу насмерть или… в общем, вариантов много. Но об этом я пока ему ничего не скажу.
— Сама ты уже смогла, — мрачно согласился Кэм, занося меня в дом и поднимаясь по лестнице на второй этаж, в спальню. Злобно выплюнул: — Прямо в кустах. — Он пожаловался непонятно кому: — Тебя просто страшно выпускать из поля зрения, — укладывая меня на постель.
— Апеллируешь к Богу? Это случайность, — надулась я, удобнее устраиваясь на кровати на высоких подушках. — Такое могло случиться с каждым.
— А случилось с тобой, — криво усмехнулся любимый.
Я разлепила пересохшие губы, силы мои стремительно таяли:
— Знаешь, Кэм, я устала. Мы с тобой опять друг друга понимаем превратно, меня это жутко утомляет.
Шериф на моей памяти впервые охотно сменил тему, и это было очень кстати. С чуточку виноватым видом он предложил:
— Ты попробуй уснуть, а мне нужно отдать несколько распоряжений, а потом я вернусь. Хорошо?
— Угу, — ответила так тихо и спокойно, как смогла, прикрывая глаза. Я бы кивнула или поругалась еще, но очень уж голова болела. Не до ругани.
Мы посидели немножко бок о бок, а потом Кэмерон ушел ненадолго. Когда вернулся, я уже спала.
Ночью он будил меня каждые два часа и показывал два пальца, которые я уже была готова под утро откусить. Зато, как человек разумный, я нашла другой выход из неприятного и унизительного положения. И на его два я демонстрировала свой, но один. Чисто из вредности. Так и разговаривали.
— Джейн, — разбудил меня утром Кэм, принеся чашку с травяным чаем, — мне нужно срочно уехать.
— Что-то случилось? — села я в постели, трогая свою шишку.
— Сегодня ночью было совершено еще одно нападение, — нехотя ответил шериф, присаживаясь рядом. — Мужчина был в балаклаве, опять скрылся.
— Кто пострадал? — окончательно проснулась я.
— Синди, — поморщился мужчина. — Но она жива, просто сильно напугана. Успела ткнуть в нападавшего шокером и сбежать. Мне нужно ее опросить. Может, хоть что-то она запомнила.
— Иди, конечно, — согласилась я, волнуясь за девушку. — Я в порядке.
— Сейчас придет моя соседка, миссис Хильда Грей, — сказал Кэмерон. — Она изредка убирается у меня и готовит. Я попросил ее присмотреть за тобой, пока меня не будет.
— Со мной все в порядке, — села я на кровати. — У меня ничего не болит, не кружится, и я не собираюсь падать и умирать.
— Мне так будет спокойнее, — пояснил Кэмерон. Он внимательно на меня посмотрел. — Видишь ли, я за тебя очень сильно волнуюсь и…
— Повтори еще раз, — попросила я, прикрыв глаза.
— Что именно? — удивился мужчина, осторожно присаживаясь рядом на постель.
— То, что ты сказал сейчас, — нетерпеливо мотнула я головой.
— Я за тебя волнуюсь. — послушно повторил Кэмерон, сдерживая смех. И вдруг серьезно и тихо: — Я люблю тебя, Джейн. Всегда любил и всегда буду…
Я распахнула глаза и потянулась к нему, желая отдать всю любовь и нежность, что накопились во мне. Выплеснуть на него. Завернуть вокруг и спрятать от всех. Он мой, только мой. И я никогда и никому его не отдам. Даже его упрямству и отвратительному характеру.
— Не сейчас, — отпрянул от меня мужчина. — Прости, но я не смогу остановиться. А ты плохо себя чувствуешь, и мне нужно на работу…
— Да, — приняла я объяснение Кэмерона, усилием воли останавливая себя, чтобы не заключить его навсегда в клетку своего тела, обвив руками и ногами. — Но возвращайся скорей.
— Как получится, — сказал Кэм и, помолчав, добавил: — Знаешь, если ты не против, то я бы хотел, чтобы ты… В общем, если не появлюсь до вечера, будь готова.
— К чему? — не поняла я. — Мы куда-то пойдем? Я должна специально одеться?
— Скорее раздеться, — пробормотал Кэмерон. Дернул уголком рта, быстро вставая и незаметно поправляя свою эрекцию. — Джинсы и футболка будут в самый раз. — И сбежал, пока я не задала новых вопросов.
Я заперхала, давясь смехом. Джинсы? Футболка? Может, кожаные стринги или ситцевые мужские семейные трусы, тыква, шляпа пугала и засаленный ватник? Это он неудачно пошутил, или я ему нужна совсем не для того, для чего он мне, а? Я уже давно не студентка, я молодая красивая женщина, в которую он влюблен, и хочу ею впредь оставаться. Это значит — стильное платье или костюм, чулки, туфли на высоком каблуке плюс косметика и хорошие духи, и обязательно сексуальное кружевное белье, чтобы Кэму было что разрывать, а как же иначе?
Хотя все перечисленное Кэмом с собой в кульке тоже прихвачу. Предчувствую, эти вещи мне еще обязательно пригодятся.
Через несколько минут ко мне поднялась худая женщина среднего роста с морковно-рыжими волосами. Приветливо поздоровавшись, она поинтересовалась:
— Вы что-то хотите, мисс Доусон?
— Зовите меня Джейн или Ди, пожалуйста, — попросила я, заворачиваясь в одеяло и закрывая глаза. — И спасибо, нет. Я немного посплю.
В течение дня шериф звонил несколько раз, отчего меня каждый раз подбрасывало, — но звонил Хильде, а она подробно докладывала ему, как я себя чувствую, что делаю, какой у меня цвет лица и сколько раз я поела. Хорошо еще, что она не считала, сколько раз я сходила в туалет и в душ. Со мной этот вредина разговаривать отказывался, настоятельно передавая через миссис Грей распоряжения хорошо есть и спать побольше.
— На зиму, что ли, откармливает? — пробормотала я после очередного известия. — Как гусыню к Рождеству? Или суслика на зиму?
От нечего делать я проспала сном младенца практически до самого вечера.
И вот наконец за окнами начало темнеть. Я была полностью готова к семи часам, слоняясь по кухне в ожидании Кэмерона. Из рук все валилось. Я даже не представляла себе, что задумал мой мужчина. Какие идеи бродили в этой упрямой башке.
— Как ты себя чувствуешь? — зашел на кухню Кэм, которому Хильда открыла дверь. — Голова не болит, не кружится? Тошноты нет? Перед глазами не двоится?
— Прекрасно себя чувствую, как огурчик. Ваши врачи чертовы перестраховщики, ничего такого нет, — заверила я настороженного любимого.
Следующий вопрос:
— Ты готова? — понятен только нам. Мне.
— Вполне, — кивнула я, сдерживаясь чтобы не намотаться ему на шею шарфиком. — А…
— Увидишь, — как-то слегка зловеще сказал мужчина, беря меня за руку и выводя на улицу. Меня усадили в полицейскую машину на переднее сиденье.
— Мы с тобой нечасто так путешествуем, — довольно заметила я, с комфортом расположившись. — Обычно я сзади, — кивнула на заднее сиденье, — и в наручниках.
— Игры закончились, любимая, — покосился на меня Кэмерон с усмешкой. — Начинаем жить. — И тронулся с места.
Спустя десять или пятнадцать минут мы остановились около двухэтажного дома, обложенного нетесаным природным камнем.
— Окажешь ли ты мне честь, Джейн, — франтовато повернулся ко мне Кэмерон, словно сам чуточку боялся слов, которые произносил, — и посетишь мой дом?
Если бы при этом у него не дрожали пальцы, я бы его тону поверила.
Я сморгнула внезапно набежавшие слезы. Он действительно хочет впустить меня в свою жизнь, открывая свой дом и свое сердце.
— Я устал бороться с собой, — вздохнул мужчина, не сводя с меня синих глаз. — Это бессмысленная борьба, которая, как оказалось, никому не нужна. В конце ее хаос и тупик. И я сдаюсь, любимая, на твою милость. — Он вышел из машины, открыл дверцу с моей стороны и протянул руку. Преувеличенно-шутливо: — Пойдешь ли ты со мной, Джейн? — Но его лицо не смеялось, глаза не шутили, и клоунский тон совсем не красил. Его глаза отчаянно спрашивали меня: «Ты со мной? Как ты?»