шь и нужен случайный попутчик. Вот таким попутчиком по жизни оказалась Вика.
— Я не прошу меня спасать…Вот черт, — я не могла ее обидеть, слишком добрая, слишком хорошо знаю, что такое боль, — Что ты предлагаешь? — последние слова я даже не сказала, а прошептала, в надежде, что она меня не услышит и отстанет, наконец.
Но она услышала.
— Кафе.
— Однозначно нет.
— Клуб.
— Ты издеваешься!?
— Хорошо, ко мне домой.
Я на секунду призадумалась.
— Ты от меня не отстанешь, да? — я просто желала, чтобы она отвязалась, но не хотела говорить это напрямую.
— Нет, — весело ответила Вика.
— Из всех предложенных вариантов менее болезненным выглядит твой дом.
У Вики на лице было выражение триумфа и ликования, она довольно кивнула головой, и оставшиеся полчаса рабочего дня я в пол уха слушала наши планы на вечер. Я честно говоря, не понимала, с чего она решила записать меня в свои подруги, но и не особо стремилась это понять, плывя по течению.
В первый раз за весь рабочий период, когда стрелки часов пододвинулись к пяти, оповещая о конеце рабочего дня, я пожалела, что работаю не круглосуточно.
Мы потащились к ее машине, через 15 минут были уже у нее дома. Сначала мы посмотрели какой-то тупой боевик, причем Вика вздыхала и охала каждый раз, когда видела главного героя. Потом мы поели, и она включила какую-то "умопомрачительную", по ее словам, комедию. Через час ее продолжительного хохота, и могу сказать местами хохота специального, у меня разболелась голова, я приготовилась страдать дальше, как над самым ухом у меня кто-то произнес:
— Да, Вика, у тебя точно что-то с головой, ты же видела эту комедию не одну сотню раз? — мужчина, стоявший позади меня, тихо смеялся.
Любая другая на моем месте подпрыгнула бы от неожиданности, я же даже внимания не обратила на вошедшего, не оглянулась и не поздоровалась Мне было все равно, к черту правила приличия, я не заставляла тащить себя сюда. Зато подпрыгнула Вика.
— Ян, ты же должен был быть на работе? — охнула она и мельком взглянула на меня.
Чувствовалось, что парень с таким редким именем ухмыляется.
— Я, конечно, догадывался, что я надоел тебе до чертиков, но все-таки надеялся, что не до такой степени, — он не уходил, я чувствовала его дыхание надо мной.
— Кстати, это мой брат, — мельком, как о чем-то несущественном сказала мне Вика.
— Извините, девочки, что помешал вашему скромному девичнику, я не специально.
На этом моменте моему терпению пришел конец, я вскочила с дивана и, даже не глядя на пришедшего парня, пролетела в коридор, в спешке обулась и выбежала на улицу. Прекрасно понимаю, как выглядит мое поведение. Но не принужденной беседы не получится. Ох, я не ожидала, что так темно…. На заднем плане что-то кричала Вика, но я даже не слушала, мне просто стало плохо. Ну, неужели я много прошу, всего лишь тишины и покоя, я не хочу ни с кем разговаривать, ни с кем дружить, я просто не хочу жить.
Тишина сердца моего любимого… Тишина моего сердца…
— Эй, с тобой все в порядке? — похоже парень выбежал за мной. Я так и не оглянулась, но пришлось остановится.
— Да, — буркнула я себе под нос, но он услышал.
— Может тебя подвезти?
— Не думаю.
— Слушай, я же тебя не съем. Пошли хоть чаем напою или кофе?
Я продолжала молчать, хотелось, чтобы он исчез и мой вечер перестал быть похож на балаган в цирке.
— Хм…цианистого калию?
Именно эти слова вывели меня из коматозного состояния, и я посмотрела на него.
Лучше бы я этого не делала. Лучше бы, не поворачиваясь, ушла.
Это не могло быть правдой, но передо мной стоял не Ян, а он, тот, кого я оплакивала уже полгода, только голос был чужим, а все остальное… волосы, улыбка…
Первое, что захотелось сделать, это бросится в его объятья, целовать такое родное лицо и шептать: «Лешенька, любимый!». Когда я закашлялась, то поняла, что забыла дышать.
— Что? — неужели это мой голос, и неужели я еще не в спасительном обмороке.
— Извини, — сказал Ян, — Я просто не знал, как еще до тебя достучаться, вот и брякнул первое, что пришло в голову.
Прямо в точку. Парень, ты экстрасенс.
— Со мной что-то не так? — вдруг спросил он.
— Почему ты спрашиваешь? — я все-таки определенно не узнаю свой голос.
— Ты смотришь на меня как на привидение.
Опять в точку. Только как объяснить незнакомому парню, мистически похожему на мою погибшую любовь, что даже за его призрак я готова пожертвовать своей жизнью? Для начала я опустила глаза вниз. Не смотреть, нельзя, иначе голова идет кругом. Черт, почему ты так похож на него? Я собралась с силами и ответила:
— Это просто у меня мозги набекрень, не обращай внимания.
Наконец-то у меня хватило сил отвернуться и пойти в сторону остановки.
— Девушка, автобусы в это время не ходят, давай подвезу.
Ага, если я сяду в твою машину, то окончательно свихнусь. Только не это.
— Давай.
Неужели я это сказала? Может, я уже не совсем здорова.
Я сказала свой адрес и сделала вид, что до парня мне нет никакого дела.
Это не могло быть правдой! Это не мог быть он. Но чем больше я рассматривала его, тем больше понимала, что схожу с ума. Я отчаянно цеплялась за здравый рассудок, примечая все несовпадения: голос, манера двигаться. Парень в основном молчал, но тоже поглядывал на меня. Представляю, какое впечатление я произвожу своим поведением! В одно мгновение он пристально посмотрел на меня, и я увидела еще одно отличие: глаза, у него глаза другого цвета. У Леши были голубые глаза, а у Яна они золотисто карие. Слава Богу! Я не сошла с ума. Или уже сошла, потому что мозг отказывался адекватно воспринимать информацию — предо мной сидел Лешка.
— Так и будешь молчать? — спросил он, не отрывая глаз от ночной дороги.
— Меня Лена зовут.
— Ну, слава Богу, а то я подумал, что ты меня испугалась, — парень явно не шутил, это я определила по его вздоху облегчения. Так вот какое было его впечатление обо мне.
— Просто я не способна сейчас на общение, — тихо произнесла я.
— Личная драма? — поинтересовался он.
Да кто ты такой, черт тебя подери, что так умело вторгаешься в мою душу! Может я сплю или я попала в параллельный мир, где Лешка вовсе не Лешка, и он жив и здоров?
Видно мой мысленный вопль был слишком громким, потому что Ян неловко извинился, и в машине снова наступила тишина.
Когда мы подъехали к моему дому, он неожиданно приблизил ко мне свое лицо и на одном дыхании выпалил:
— А ты красивая.
Это было слишком для моего изнуренного мозга, сознание начало куда-то уплывать, его лицо превратилось в смазанную маску… Я видела Лешку, любимого, единственного Алешеньку, с его мягкой, все понимающей, улыбкой.
Я не знаю, сколько прошло времени, но очнулась я от медленного осознания, что парень напротив меня не Алексей, и что я до сих пор сижу в его машине и мой взгляд, да и общий вид, оставляют желать лучшего.
Ян был растерян, и я его понимала, но что я могла сделать!
— Прости, — пискнула я и неожиданно разрыдалась, прекрасно понимая, что окончательно и бесповоротно закрепила за собой репутацию сумасшедшей.
— Так, — протянул Ян, — Все понятно, ты не в состоянии адекватно реагировать, да? Что я не так сделал, а?
Я не ответила, ну, что я могу сказать? Я вышла из машины и бегом поднялась к себе в квартиру.
***
Сон, в который я погрузилась, был тяжелым. Где-то к четырем утра у меня поднялась температура и я поняла, что я не работник. В восемь я позвонила на работу, а потом к врачу. Я была рада быть дома. Не нужно будет ничего объяснять любопытной Вике, да и общаться с людьми сейчас хотелось меньше всего. Может через пару дней я забуду, что существует его двойник. Я тут же усмехнулась абсурдной мысли — мне этого не забыть.
Я включила телевизор, впервые за время моего пребывания здесь. Родители вообще оснастили мою квартиру все необходимым, наверняка думая, что решение бытовых проблем облегчит мне жизнь — они ошиблись. Я автоматически щелкала каналы, стараясь ни о чем не думать.
Через час моего унылого времяпровождения раздался звонок в дверь.
Я, наскоро накинув халат на сорочку, пошла открывать.
В дверях стоял Ян. При дневном свете я увидела еще одно отличие: парень был несколько крупнее Лешки. Сумасшествие во мне крепло. Я же ушла, почему ты преследуешь меня?
Наверное, мое лицо выглядело весьма удивленным, так как парень смущенно улыбнулся и начал перетаптываться с ноги на ногу.
— Проходи, — без эмоциональным голосом произнесла я.
Зачем я его пригласила? Зачем растягиваю себе адовы муки? На что надеюсь? Но главный вопрос был зачем он пришел?
Мы прошли в зал, я сел на диван, жестом пригласила присесть его, но Ян продолжал стоять.
— Прости меня за вчерашнюю настырность, — услышала я его голос, — Вика вчера вечером все рассказала мне. Я сожалею…
В этот момент мне показалось, что его сестру я возненавидела. А еще искренне не понимала. Зачем это было нужно? Для чего? Ей про Лешку я рассказала в минуту слабости и дальше пресекала все попытки Вики поговорить на эту тему, четко обозначив, что я не хочу и не буду обсуждать случившееся. Попросила, буквально запретила ей рассказывать об этом кому бы то ни было. В итоге получила то, что совершенно посторонний парень пытается сейчас влезть ко мне в душу, играя то ли в сочувствующего, то ли в психолога, не понятно с какой целью. Хотя, я немного подзабыла, что передо мной особь мужского пола и цель его очевидна — залезть ко мне в постель. Моя циничная сторона характера не видела в этом ничего ужасного, если бы не одно «но». Мне этого было не нужно, а методы, которыми он решил действовать, безумно раздражали.
Вся та темная муть, что была у меня в душе и искала выход уже полгода, всколыхнулась и вылилась в отчаянный гнев. Хотелось топать ногами и кричать от бессилия, хотелось выть от боли и несправедливости жизни, хотелось выгнать этого псевдо сочувствующего и чертовски похожего на Лешку парня. Но прежде, высказать ему все, что кипело и бурлило сейчас во мне.