— И что на ней?
— Так кладбище же! — Парень едва не лопался от восторга. — Правда, удобно?
— Очень.
Мы подошли к застеклённой двери, возле которой кто-то аккуратно составил мои кофры, и Конарди вручил мне ключ.
— Добро пожаловать домой леди Вирджиния! — с торжественной и, чего уж там, немного идиотской улыбкой объявил он. — Надеюсь, Литлвиладж и в самом деле станет домом для вас.
— Вы очень любезны.
Ключ легко и бесшумно провернулся в замке, и дверь отворилась.
Пол в небольшом, но светлом коридоре был устелен самоткаными разноцветными половичками. Справа от двери сундук, слева — крючки для верхней одежды, а под ними обувная полка. Вся обстановка напоминала мне охотничий домик отца, куда мы ездили всей семьёй и во дворе которого я однажды повстречала бедолагу медведя-шатуна.
— Очень мило!
Арка в конце коридора была завешана тонкими металлическими цепочками, которые встревоженно зазвенели, стоило нам их потревожить.
Вид кухни заставил меня непроизвольно застонать. И было от чего!
Чьи-то умелые и, не побоюсь этого слова, талантливые руки, идеально разделили это помещение на две части: правая часть была мечтой любой поварихи, но зато левая… За такое рабочее место любой алхимик бы продал дьяволу свою бессмертную душу.
— Кухня общая. Вам придётся делить её с новым алхимиком… — попытался испортить момент очарования Конарди, но я только рукой на него махнула.
— Ерунда какая! В кампусе я кухню с десятком алхимиков делила, а лабораторию вообще с полусотней.
— Домоправительницы нет, — продолжил свои попытки разочаровать меня он.
— Я привыкла сама за собой убирать.
— …А кухарка приходит лишь дважды в неделю.
— На два раза больше, чем я рассчитывала.
— Но в городе вы без труда найдёте себе помощницу по хозяйству, если такая необходимость возникнет, а Джейми Танг…
— Мистер Конарди, — перебила я. — Алан. Поверьте, я давно вышла из того возраста, когда девочка нуждается в няньке. Я справлюсь.
Парень понимающе усмехнулся и махнул влево.
— Что ж. Тогда… лестница на второй этаж — там. Вы осматривайтесь, а я пока найду кого-то, кто поможет поднять вещи наверх.
— А вы?
Я глянула на него, не скрывая насмешки. Кофры у меня, конечно, были немаленькие, но мы с Эршей ведь как-то сумели без посторонней помощи дотащить их до ворот кампуса, где нас дожидался наёмный экипаж.
— А я плечо повредил на прошлой неделе.
Конарди скорчил трагичную мину, похлопал ладонью по своему правому предплечью и с самым честным видом соврал:
— Доктор Бейли категорически запретил мне тяжести поднимать.
— Сочувствую, — хмыкнула я и, не оглядываясь на парня, начала подниматься наверх. — А о кофрах не беспокойтесь. Я справлюсь со всем сама.
На втором этаже было две спальни и уборная. Точнее, одна спальня и одно помещение непонятного назначения, потому что из мебели здесь был только камин, несколько пустых книжных полок и круглый стол на трёх ногах, который пошатнулся и упал от одного лишь моего взгляда.
— Ну, что ж, — пробормотала я. — По крайней мере не придётся далеко ходить за дровами для камина.
Пол был не очень чистый, по углам пыль, стёкла в окнах, судя по их виду, не мыли несколько лет.
— У меня есть работа и прекрасный дом, — напомнила я сама себе. А то что, он нуждается в уборке — это такие мелочи. Я ведь не безрукая. К тому же в спальне идеальная чистота. Хотя это и странно.
Интересно, откуда такая избирательность?
Вещей бывшего жильца в доме не оказалось. Как мне объяснил мистер Конарди, что-то мой предшественник забрал с собой, а остальное работники из ратуши упаковали в коробки и отнесли на склад, где они будут ждать конца лета, а после их продадут с аукциона.
— Вся прибыль пойдёт на благоустройство города в целом и дома некроманта в частности, — заверил меня Конарди.
Сейчас, увидев, в каком состоянии находится вторая из двух моих комнат, я посчитала это более, чем справедливым.
— Ладно, с этим разберёмся позже, — постановила я и вернулась в спальню.
Чем-то она напоминала мою комнату в кампусе. Большая, светлая. Простая, удобная кровать, тумбочка, платяной шкаф, комод, письменный стол у окна, дубовый, надёжный, с лакированной столешницей, множеством ящичков и очень дорогим набором для письма. Точно такой же я получила на день ангела от моего кузена Макса.
— Держи, мелочь, — сказал он, вручая подарок. — Когда будешь записывать свои дьявольски сложные алхимические рецепты, черкни и мне пару строк…
В общем и целом, в новом доме меня всё устраивало. Особенно умилил букетик полевых цветов на подоконнике.
Я спустилась вниз и взяла два кофра поменьше, затем затащила в дом большой. Поднимать его наверх я не собиралась, почти все вещи из него можно было оставить внизу: салфетки, маг-посуда, обычные чашки и тарелки, кое-что из алхимической утвари и разные мелочи…
Так что я не лукавила, когда говорила Конарди, что справлюсь со своими кофрами сама. И я почти закончила с двумя из них, когда снизу меня окликнули.
— Мисс Лэнгтон, вы наверху? Могу я подняться?
Я выскочила из спальни и, подхватив юбки, поспешила вниз. Не знаю, кому я там понадобилась, но наверх в этом доме подниматься имеет право только один человек. И этот человек — я.
В коридоре, не решаясь войти в кухню топтался мальчика. По виду ему было не больше двенадцати лет. Он был босым, в штанах до середины икр и в простой холщовой рубахе. Иссиня-чёрные волосы его были собраны в небрежный хвост на затылке, а широкие скулы и разрез глаз вполне свидетельствовали о том, что по крайней мере один из его родителей был выходцем с востока.
— Привет, ты кто такой?
— Джейми Танг, — ответил он. — Меня мистер Конарди прислал помочь вам с вещами. Этот что ли сундук надобно наверх затащить?
Этот помощник влез бы в мой кофр с головой, ещё бы и место осталось. Поэтому я покачала головой.
— Нет, Джейми, в этом деле помощники мне не нужны. Но я буду тебе крайне признательна, если ты согласишься сходить со мной за покупками. И ещё. Ты не знаешь, есть ли тут где-нибудь ведро и швабра? Наверху ужасная грязь.
— Где гряз-то? — возмутился мальчишка. — Я сам всё давеча убрал. Даже окна помыл, хоть и не люблю это дело, и шторки свежие повесил…
— Цветы тоже ты принёс?
— Да, — проворчал он, внезапно покраснев. — Дед сказал, что женщинам такое нравится, вот я и…
— Мне и в правду понравилось. Спасибо, Джейми. И спальню ты убрал очень хорошо! Но… Не подумай, что я жалуюсь, только во второй комнате такой ужасный бардак…
— В зомбируме что ли? — изумился он. — А зачем там убираться? Всё равно ж упыри нагадят.
— Прости, зомби… что? Ваш некромант… как его?
— Мистер Мёрфи.
— Да, он. Он держал нежить в доме? Рядом со своей спальной?
Судя по тому, как Джейми глянул на меня, ничего предосудительного в действиях моего предшественника он не видел.
— Ну, не в спальне же он их должен был держать…
Тут я даже не нашла, что возразить.
— Ладно, об этом позже, — пробормотала я. — Так ты поможешь мне с покупками?
— Только сначала принесу всё для уборки… Мыть полы в зомбируме… Прав был дед, никогда не знаешь, что этим женщинам в голову придёт…
В Литлвиладже было целых три хозяйственных лавки, кондитерская, бакалейная, мясников было двое, а к молочнику мой адрес Джейми записал, как только узнал дату моего приезда.
— Вообще-то, покупки лучше всего делать на рынке, — заметил Джейми. — Там намного дешевле. Овощи, фрукты, свежая рыба. Иногда дичь… Но сегодня уже поздно. Они к обеду всё продают и разъезжаются по домам.
— Я учту это. Спасибо.
— Куда сначала? В хозяйственную или в бакалею?.. Бакалея ближе, и если вам нужно мыло там, спички и всякая мелочь, то можно обойтись лишь ею одной…
Парень указал на лавку в конце улицы. Обычный магазинчик, по обыкновению маленьких городов занимавший весь первый этаж двухэтажного дома. В витринных окнах лежал товар. Над дверями красовалась новенькая вывеска «Саттон и Саттон». С обеих сторон от крыльца благоухали лавандовые клумбы.
— Отличная идея!
— К тому же Фил Саттон, может, и угрюмый молчун, — продолжил рассказывать Джейми, — но терпеть не может сплетников. А ещё он приезжий, что вас не может не радовать.
Я улыбнулась. В этом солнечном городе, наполненном запахом лаванды и ленивым жужжанием пчёл отчего-то постоянно хотелось улыбаться.
— Почему это?
— Вся его родня живёт и умирает в Бигтауне. А в Литлвиладже у него только лавка и пока ни одного покойника…
— О!
Очень хотелось спросить, почему эта новость должна меня радовать. Я, может быть, и получила образование алхимика, но при этом не была полным профаном в некромантии. И готова завещать своё тело на опыты некромантам-первокурсникам, если ошибаюсь, но покойники — это последнее, чего стоит бояться магу смерти.
Получил тело, провёл обряд, проследил за тем, чтобы мертвеца предали земле, воде или огню — и всё. Конец. На кладбище, которое хорошо и правильно чистят, о покойниках можно не вспоминать.
— По крайней мере так всегда говорил мистер Мёрфи.
— О… Ну, если он так говорил, тогда, конечно… Кстати, ты не знаешь, что именно мистер Мёрфи делал с нежитью в зомбируме?
Джейми глянул на меня с жалостью и ответил:
— Приводил в надлежащий вид.
— О…
— Мисс Вирджиния!
— Что?
— Может, мы всё же зайдём в лавку? Филу всё равно, даже если мы простоим на пороге ещё четверть часа, но у миссис Пуф, старушки, которая живёт в доме через дорогу, есть подзорная труба. Говорят, она была шпионкой и умеет читать по губам. Не знаю, правда ли, но народ отчего-то верит всем байкам, которые миссис Пуф пытается выдать за правду.
— О! — в третий раз повторила я и, схватив парня за руку, втащила его внутрь бакалейной лавки. У меня ещё будет время расспросить его о зомбируме. За плотно задёрнутыми шторами, вдали от подзорных труб и любопытных подружек…