— Я был на улице. Спросил какую-то женщину, а она сказала, что его забрали Карсонсы.
Учитель почесал бороду выпачканными в краске пальцами.
— Это другой Артур.
Грег потянул Артура за руку.
— Понятно. Что ж. Давай-ка доставим тебя домой.
Они зашагали к дому. Становиться отцом Грег вовсе не планировал. Просто однажды приехал в Лондон на международную конференцию по новым космическим технологиям, познакомился с Хэлом и влюбился. Сам он работал инженером-механиком в корпорации «Новые рубежи», а Хэл владел кейтеринговой компанией, отвечавшей за питание участников конференции. На третьем свидании Хэл рассказал ему о Рейчел и Элизе. Сперму свою он уже заморозил.
— Это большая ответственность, — сказал Грег.
— На мне будет только развлекательная часть, — рассмеялся Хэл. — Дядюшка Тортик.
Но вот со смерти Рейчел минуло уже два года, и все это время Хэл был на подхвате у Элизы, а Грег старался его поддерживать. Не возражал, когда Хэл, Элиза и Артур ездили вместе в отпуск, не жаловался, когда бизнес Хэла стал приносить меньше прибыли из-за его постоянных отлучек. Они даже договорились взять на себя большую финансовую ответственность за мальчика и подписали все необходимые бумаги на случай, если с Элизой что-то случится. В теории Грег ничего не имел против родительства. Смущала его только практика.
— Что это за другой Артур? — Ему представилась точная копия мальчика, только подстрижен этот двойник был покороче.
— Большой, — скривился Артур. Видимо, быть Маленьким Артуром на детской площадке было не слишком сладко.
На пути им встретился небольшой магазинчик.
— Голоден?
Артур кивнул.
Подойдя к прилавку со сладостями, они принялись разглядывать многочисленные упаковки.
— Шоколад или чипсы. Конфеты не хочу.
— А попить?
— Сок.
Теперь, когда они обозначили некоторые границы, Грег немного расслабился. Себе он взял шоколадный батончик.
Выйдя из магазина, они распечатали сладости. Грег воткнул трубочку в пакетик, и на тротуар брызнули капли яблочного сока.
— Глупая коробка, — подражая уже почти не различимому акценту Грега, сказал Артур, — глу-у-упая.
— Ага, — рассмеялся Грег. Он и забыл, каким пацан бывает забавным. — Хотя глупый тут скорее я.
Артур резко остановился.
— Никогда не называй себя глупым, Грег. Мне так мамуля говорила.
— Все верно.
Он взял мальчика за руку, они перешли дорогу и дальше двинулись по бульвару. Грег любил тут гулять. По обеим сторонам аллеи высились большие дома с высокими створчатыми окнами и темными блестящими парадными дверями. Если они с Хэлом когда-нибудь все же решатся на переезд, он хотел бы поселиться в одном из таких зданий. В доме с историей. Чтобы бывшие однокурсники, приехав в гости, говорили: «Ничего себе, Грег. Да ты совсем британцем заделался».
В общем-то, почти так и было. Он обзавелся британским паспортом, британским мужем, выучился говорить «башмаки» вместо «ботинки», «хвост» вместо «очередь», не забывал просить счет в ресторане. Потребовалось всего-то семь лет — вся жизнь этого мальчика, — чтобы вырастить в себе эту новую идентичность. Теперь даже собственная мать путала его с Хэлом, когда звонила им домой. А с тех пор, как умер отец, это случалось довольно часто.
Они шли по бульвару. Артур жевал шоколад, а проглотив кусочек, каждый раз прикладывался к пакетику сока. Хэл подобную еду не одобрял, но Грег сам вырос на шоколадных ломтиках, бутербродах с колбасой и прочей фигне из школьного буфета. И считал, что ограничивать детей вредно.
— Что может понимать в здоровом питании человек, который любит сыр из консервной банки? — фыркал Хэл.
— Глупый.
Артур, неторопливо ковылявший по тротуару, поднял на него глаза.
— Что еще тебе мамуля говорит? — спросил Грег.
— Она ничего не говорит. Она умерла.
Он так и не запомнил, что мамуля — это Рейчел, а Элиза — мама.
— Точно. Значит, она не говорила, что я глупый?
— Правильно, Грег.
— Ох, пацан, ты меня с ума сведешь.
Через несколько месяцев после того, как Рейчел забеременела, они устроили праздничный ужин по случаю переезда Грега в Лондон.
— По-моему, ты очень смелый, — сказала Элиза. — Решиться переехать к Хэлу, хотя ты так мало его знаешь…
— Или везучий, — вставил Хэл.
— Я всего лишь сел в самолет, — покачал головой Грег. — А вы вынашиваете его ДНК.
Хэл рассмеялся:
— Им повезло еще больше.
Они выпили за генетическую лотерею, и Элиза спросила, как Грег относится к тому, что Хэл станет отцом.
— Я вообще-то детьми обзаводиться не собирался, — ответил Грег. — Так что за всех вас я очень счастлив, но сам к подгузникам и близко не подойду.
Рейчел положила руку ему на колено.
— Да не дергайся ты. Вы, ребята, для нас просто РИТЭГ.
— Просто что?
— Рейчел совсем помешалась на космических кораблях с тех пор, как познакомилась с настоящим ракетостроителем, — пояснила Элиза.
— Радиоизотопный термоэлектрический генератор, — напомнила Рейчел.
— Генераторы вообще-то не моя область. Я занимаюсь посадочными устройствами.
— Клево, — отозвалась Рейчел. — В общем, вы будете дополнительным источником энергии. Но только на случай непредвиденных обстоятельств.
Когда Грег с Артуром пришли, в квартире было тепло, но Грег все равно разжег газовый камин. Он так и не привык к британской погоде. Здесь, в Лондоне, в стенах домов гнездился холод, даже когда на улице ярко светило солнце. И то, что жили они в перестроенном из склада лофте с неоштукатуренными кирпичными стенами и просторной кухней, где Хэл мог работать, ситуации не улучшало.
— Хочешь, поиграем в какую-нибудь математическую игру?
Артур покосился на компьютер.
— Я забыл правила.
— Разберемся как-нибудь.
Грег придвинул к столу еще один стул и помог Артуру залогиниться. Приятно было что-то делать наперекор Элизе. Она строго регламентировала время, которое мальчик проводил перед экраном, но против домашней работы ей нечего было возразить.
— Что это? — Артур ткнул пальцем в экран.
Там появилась тарелка с розовыми и зелеными шариками. Ниже помещались кнопки «Вероятно», «Маловероятно», «Возможно» и «Никогда».
— Я бы сказал «Очень трудно», — заметил Грег. — Хоть один с тарелки обязательно скатится.
— Тут написано: «Какова вероятность, что вы возьмете зеленый шарик?»
— Маловероятно.
— Это математический вопрос, Грег.
— В мое время математика была другой.
— Это же твоя работа.
— Обязательно сообщу тебе, когда мы отправим тарелку с шариками в космос. Что хочешь на ужин?
— Что-нибудь, что папа приготовил.
— Хорошо.
Грег отошел к холодильнику и нашел контейнер с едой для Артура. Выбрал тыквенные клецки с горохом и пюре из шалфея. Быть отчимом означало уметь подогревать любовь других. Не то чтобы Грег не любил Артура, просто рядом с Элизой, Хэлом и призраком Рейчел для него почти не оставалось места.
После ужина Грег усадил Артура плескаться в ванну, а сам устроился рядом на полу. Он очень устал физически, сильнее, чем после спортзала, словно краткие моменты, когда требовалось заниматься мальчиком, требовали от него сильнейшего напряжения мышц. «А может, — размышлял он, собирая с пола разбросанную одежду, — все дело в умении жертвовать собой».
— Человек может жить в космосе? — Из-за края ванны показалась голова мальчика во фланелевой шапочке.
— Так мы в нем и живем. Планета, на которой мы находимся, прямо сейчас вращается в космосе.
— А как насчет других планет? Там люди могут жить?
— Могут, если условия им подходят.
Артур сдвинул брови.
— Нам нужна атмосфера, — объяснил Грег, очки запотели от клубившегося в ванной пара. — Кислород, вода, правильная температура. Чтобы было не слишком жарко и не слишком холодно.
— В самый раз.
— Угу.
Голова исчезла. Грег взял полотенце и наклонился над ванной.
— Вылезай, пока не сморщился, как черносливина.
Мальчик лежал под водой с открытыми глазами. Он улыбнулся Грегу и выдул носом несколько пузырей. Грег подождал, пока он вылезет.
— Тогда я мог бы жить и под водой. Только атмосфера нужна.
— Верно. — Грег завернул его в полотенце. — Как в подводной лодке.
— Значит, люди могут жить где угодно?
— Везде, где для них есть подходящие условия. Но они должны быть в самый раз. Как стульчик, миска и кроватка в той сказке.
— Про Златовласку и трех медведей?
— Точно. — Грег вытер Артуру волосы краем полотенца.
— Тогда получается, что и моя мамуля сейчас где-то живет.
— Может, и так.
— Отнеси меня.
Грег поднял на руки теплый сверток и понес в спальню. Мальчик упирался подбородком ему в плечо, влажные волосы терлись о его щеку. Грег отметил, какой он стал тяжеленький. В комнате он опустил Артура на кровать и полез под подушку за пижамой. Артур лежал, не шевелясь, и смотрел на Грега.
— Я думаю, она в космосе.
— Надевай пижаму, а я пока принесу тебе что-то вкусное.
— Пряники?
— Банан. — Грег направился к выходу.
— И пряники.
— Ладно, один пряник.
— Говори лучше «коврижки»! — крикнул Артур ему вслед.
— Сам ты коврижка, — отозвался Грег.
В кухне он, взяв салфетку, положил банан на тарелку и попытался представить, как все то же самое делает для него отец. Набирает ванну, обнимает, приносит вкусности. Он положил рядом с бананом две коврижки, но потом передумал и убрал одну обратно в пакет. «Вот в чем проблема, — подумал он, — вот почему отец не желал лезть в это. Стоит расслабиться, и вот ты уже кладешь все пряники в одну тарелку».
Когда вернулся Хэл, Грег спал на диване под бурчание телевизора.
— Тяжелый день? — Хэл поцеловал его в ухо и присел рядом.
— Да ничего особенного. Отправил женщину на Луну. Воспитал сироту. — Грег потянулся. — Который час?