— Вот мы с моим стариком вчера весь день думали, кто же мог желать зла Светлане, и вспомнили, что приходила к ней одна женщина. Очень злая.
— Искала эта баба Павла! — перебил жену старик. — К Светлане у нее была лишь одна претензия: мол, уводит жениха у ее дочери. А та и без того плохо себя чувствует.
— В общем, эта женщина просила Светлану оставить Павла в покое.
— И даже деньги предлагала!
— А когда Светка не согласилась взять у нее деньги, то та женщина начала угрожать.
— И когда это было? — спросила Мариша.
— Недавно, — покачала головой старуха. — Месяца два или три назад.
Подруги переглянулись. Это был срок, когда Павел как раз появился на Юлькином горизонте.
— Что вы говорите?! — удивились подруги. — И как она выглядела?
— Невысокая, скромно одетая, сутулая, — принялся перечислять старик. — Седая уже. В общем, смотреть не на что.
Ни одна из перечисленных примет никак не подходила к Юлькиной матери. Та была дородной дамой пятидесяти лет, очень тщательно следящей за собой. И скромность в одежде тоже была не ее стихия.
— Значит, где-то одновременно с Юлькой, но уже после Алины у Павла была еще какая-то девушка, — сказала Инна. — Но дело у них до брака не дошло.
— А вдруг дошло? — прошептала Мариша. — Тогда Павел вдобавок ко всему еще и двоеженец.
— А что еще вы можете рассказать про эту женщину? — спросила у стариков Инна. — Может быть, вы знаете, как ее зовут? Или адрес?
— Нет, — покачали головами старики. — Но она была очень расстроена. Она сказала Светлане, что ее дочь собирается покончить с собой, если Павел на ней не женится.
— А что Светлана?
— Она попыталась объяснить той женщине, что если Павел не хочет жениться на ее дочери, то это вовсе не из-за нее, Светланы. Что она тут ни при чем. И Павел живет, как ему хочется.
— И та женщина поверила?
— Нет, — покачал головой старик. — Мне кажется, нет. Она ушла, но напоследок пригрозила, что если Павел все-таки не образумится и ее дочь действительно что-нибудь с собой сделает, то она, хоть с местью не будет очень торопиться, но и не простит. Придет время, и она отомстит. И отомстит страшно!
Подруги снова переглянулись. Подозреваемые, которые имели зуб на Павла и Светлану, множились со страшной силой.
— Но мы к вам вообще-то пришли по другому поводу, — сказала Мариша. — Вы давно знаете Светлану?
Выяснилось, что старики знают Светлану чуть ли не с пеленок.
— И вы не помните, до Павла у Светланы был парень? — спросила Мариша.
— А ведь действительно! — воскликнула старуха. — Был! Рослый такой. Драчун! Его потом за драку и посадили. Они с дружками подкараулили Павла и избили его. Сломали ему там что-то. Но это еще в начале романа Павла со Светкой дело было. То есть давно.
— А вы этого драчуна лично не знаете? — спросила Мариша. — Кто он такой? Где живет? Как зовут?
— Нет. Только имя знаем — Володя.
— Но мне Светка говорила, что он жил где-то неподалеку от нас, — сказала старуха. — Где-то в соседних домах.
— Что ж, спасибо и на том, — сказала Мариша. — А как он выглядел?
— Обыкновенно, — пожала плечами старуха. — Молодой парень, одевался всегда модно. Кожаная куртка, машина у него была красивая. Да и сам он из себя такой видный.
— А приметы у него какие-нибудь особые были? — спросила Инна.
— А из примет у него шрам над бровью был, — ответила старуха. — Тоже небось в драке получил.
— Но гнилой он, я вам скажу, парень, — вступил в разговор дед. — Один на один с Павлом выйти не решился. Дружков, вишь, позвал. А тут их милиция и сцапала. Просто удивительно, до чего Павлу повезло. Если бы не милиция, забили бы его до смерти.
Второй раз за сегодняшний день подруги слышали о везении Павла.
— Лично я что-то не верю в такое везение, когда милицейский патруль прибывает как раз к тому моменту, когда драка в разгаре, да еще и успевает схватить всех ее участников и разобраться потом, кто из драчунов зачинщик, а кто пострадавший, — заметила Мариша, когда подруги вышли от стариков. — И самое главное, успевает вовремя спасти этого пострадавшего, который отделывается всего лишь сломанным ребром.
— Странно это, — кивнула Инна. — Павел наверняка тоже кулаками махал наравне со всеми. А он мужик здоровущий. Тоже кому-то мог сломать что-то там. Но вот его к ответу не притянули. Слушай, где бы нам побольше про эту драку разузнать?
— Насколько мне подсказывает мой жизненный опыт, после драк всех участников доставляют в ближайшее отделение милиции, — сказала Мариша.
Инна с уважением посмотрела на подругу, у которой был такого рода жизненный опыт. И подруги немедленно отправились в ближайшее отделение милиции.
— Нам нужен сотрудник, который бы работал в этом отделении пять лет назад, — безапелляционно заявила молоденькому лейтенантику Мариша.
— И до сих пор работает, — робко добавила Инна.
Лейтенант посмотрел на подруг с некоторой тоской во взгляде. У него была куча других дел и бумаг, требующих заполнения, а его отвлекали по пустякам какие-то досужие девицы. Подруги все это поняли и, чтобы скрасить парню жизнь, пока он будет думать над их вопросом, ласково ему заулыбались. Лейтенант при виде улыбающихся девушек неожиданно почувствовал, что не все в его жизни так уж тяжко. И безрадостно. И что бы там ни говорили и ни писали в прессе, а он и его коллеги стояли и стоять будут на страже закона. И порядка в обществе.
— И как насчет вашего коллеги? — напомнила ему Мариша.
— Пять лет? — задумчиво повторил лейтенант. — Думаю, что майор Сорокин вам подойдет. Не знаю только, в отделении ли он сейчас.
— Так узнайте! — потребовала Мариша. — Он нам очень нужен.
Лейтенант секунду поколебался, но потом все же протянул руку и взял трубку.
— Женька, а где у нас Сорокин? Ах, в актовом зале? Ладно, тут к нему две девушки пришли. Не знаю, по какому делу. Ну, примет он их? Спасибо.
После этого лейтенант положил трубку и сказал:
— Поднимитесь на второй этаж, девушки. Сорокин поговорит с вами в актовом зале.
Подруги поднялись на второй этаж и сразу же уперлись носом в дверь с надписью «Актовый зал». Они толкнули тяжелую деревянную дверь и вошли внутрь. Там сидел мужчина лет тридцати пяти с нездоровым цветом лица и быстро писал что-то на листах бумаги.
— Что у вас случилось? — не отрываясь от своих бумаг, спросил он у подруг.
— Драка, — сказала Мариша. — Вы ведь работали в этом отделении пять лет назад?
— Да, работал, — недоуменно взглянул на девушек майор Сорокин. — А при чем тут это? Когда произошла драка?
— Я же вам и говорю, — терпеливо пояснила ему Мариша. — Пять лет назад.
Сорокин опасливо отодвинулся подальше от надвигающейся на него Мариши и спросил:
— А что вы от меня-то хотите?
— Узнать подробности той драки, — сказала Мариша. — Вы ведь помните?
Сорокин окончательно понял, что имеет дело с явно ненормальной особой, и решил на всякий случай держать себя в руках и не кричать. А то кто ее знает, вдруг набросится да еще и укусит. Вон зубы как оскалила.
— Откуда же я могу все это помнить? — мягко спросил он у Мариши, совершенно не оценив ее самой лучшей улыбки. — У нас за день бывает до десяти драк. А вы говорите о какой-то одной, которая случилась пять лет назад. Да мы и дело уже давно в суд сдали.
— Но вы постарайтесь все же припомнить. В суд мы, конечно, тоже сходим. Но сейчас суд закрыт, а вы-то тут. — И Мариша снова улыбнулась.
— Да, я тут, — печально признал очевидный факт Сорокин. — И что? Я обычный человек, не могу помнить всего, что случилось криминального в моей практике.
— Так вот мы вам и напомним! Эта драка случилась пять лет назад. Возле кирпичного дома на перекрестке Светлановского и Тореза, — начала излагать подробности Мариша. — Там он один, вы не можете перепутать.
— Я знаю этот дом, — кивнул головой Сорокин. — И что? Кто были участниками драки?
— Это мы и хотели у вас узнать, — начиная терять терпение, повысила голос Мариша. — Пострадавший был Павел Аистов. Ему в драке сломали ребро. А одному вашему милиционеру драчуны сломали нос.
— Все! — неожиданно воскликнул майор. — Я вспомнил эту драку! Можете не продолжать.
— В самом деле? — удивилась Мариша. — Вы уверены?
— Еще бы, — энергично кивнул майор. — Потому что нос сломали именно мне. Так что я очень хорошо запомнил и саму драку, и ее участников.
— Надо же, — удивилась Мариша. — А совсем не видно, что нос когда-то был сломан.
— Пришлось делать пластическую операцию, — с гордостью сказал Сорокин. — Теперь и следа не осталось, кроме вот маленького шрама.
Подругам пришлось полюбоваться на шрам, и после этого между ними и Сорокиным наконец установились теплые, почти дружеские отношения.
— Но зачем вам знать про участников той драки? — спросил у девушек майор.
Подруги переглянулись и решили выложить ему свои печали. И о том, что Ангелина пропала, и что квартира у нее, во всяком случае, пол, в пятнах крови, и что Павел сбежал. И что Ангелине угрожала какая-то странная седая женщина, и что бывший жених Ангелины-Светланы, должно быть, уже вернулся из мест заключения и теперь жаждет мести. Майор слушал и мрачнел с каждой минутой.
— Да, — наконец сказал он. — Я помню эту историю. В тот вечер в наш участок позвонила какая-то девушка и, рыдая, сказала, что готовится убийство. Она сказала, что ее бывший жених не хочет уступать своих прав на нее. И сегодня ночью, как ей удалось случайно узнать, он и его дружки будут поджидать счастливого соперника возле ее дома. И что ее бывший жених в драке становится совсем бешеным, и она боится, что он убьет ее новую любовь — Павла.
— Павла?! — воскликнули девушки.
— Да, пострадавшего звали Павел, — кивнул головой майор. — Это я почему-то хорошо запомнил. Ну, убийство там готовилось или не убийство, а драка — уже все равно непорядок. Поэтому мы с ребятами узнали адрес, по которому проживала эта девушка, и ее имя. А потом заблаго