- Отправь это, - Павел отдал помощнику птичку и улыбнулся.
Лорд вздрогнул и чуть побледнел, глядя на лицо начальства, а Броневой, чисто ради эксперимента, улыбнулся еще шире.
Ух, какой эффект.
- П-павел С-сергеевич, а кому отправить?
Мужчина недоуменно поднял одну бровь.
- Ясно-ясно, - пробормотал помощник и внимательно посмотрел на шкатулку, будто надеясь проникнуть рентгеновским зрением сквозь дерево. А потом неожиданно брякнул, - Сами выбирали?
- Виктор!
- Простите. Э...что-нибудь еще?
- Ничего. Хотя, - Павлу пришла в голову одна мысль, и он чуть не хихикнул. Но сдержал себя - смерть Виктора посреди рабочего дня, да еще и в его кабинете выглядела бы подозрительно - Действительно есть кое-что. Вывези из моей спальни кровать и сожги её.
- К-кровать?
- Да.
- Сжечь?
- У тебя ухудшился слух? Или нравится повторять за мной незнакомые слова?
- Простите... значит, сжечь кровать.
- И сфотографировать. Ну, итог сожжения.
- Ну конечно. Как же без сфотографировать, - голос Виктора сделался деловым и немного истеричным. Броневому вдруг подумалось, что он теперь знает, что чувствует Ярослава, общаясь с людьми. Приятное чувство. Но он не зря держался за своего помощника. Тот быстро пришел в себя и уточнил, - Правильно ли я понимаю, что вам нужна также...новая кровать?
- Правильно. И как можно скорее.
- Будет сделано, Павел Сергеевич. И...я собственно сообщить, что там подошел Дарнецкий с командой, вы готовы их принять?
- Конечно. И принеси нам всем кофе.
Павел поприветствовал пришедших и занялся делами. Они настолько погрузились в детальное обсуждение, что подпрыгнули, когда дверь резко распахнулась и на пороге появилась взбешенная Ярослава, несущая впереди себя весьма знакомую коробочку, словно олимпийский огонь.
- Даже не думай что ты можешь поступать со мной, как со своими рыбинами! - возопила она и проинформировала всех, что требует объяснений.
Хорошо, что не сатисфакции.
Броневой застонал. Он редко приходил в замешательство, но это был именно тот случай. И, хотя это у него были переговоры, выставить сейчас рыжую означало навлечь на себя гнев богов.
Он осторожно посмотрел на четверых мужчин:
- Мы же, кажется, решили практически все, что хотели?
Дарнецкий, неожиданно, пришел ему на помощь:
- Думаю, да, - глаза пожилого мужчины смеялись - Если у меня или моих юристов возникнут какие вопросы, мы с вами свяжемся.
- В любое время, - вздохнул Павел и, дождавшись, когда все выйдут, подошел к девушке, так и застывшей негодующим изваянием у двери. Ярослава выглядела теперь совершенно несчастной.
Может, Броневому стоило её пришибить, но гораздо больше хотелось обнять и простить. Что он, собственно, и сделал. Напряженное тельце дрогнуло и расслабилось. И даже рука, сжимавшая подарок, опустилась.
- А теперь объясни, почему ты врываешься в мой кабинет во время переговоров, как бешеная няшка?
Тело расслабилось еще сильнее. Рыжая хмыкнула:
- Бешеная няшка?
- Так это и выглядело.
- А знаешь, как выглядел твой подарок?
- Как?
- Прощанием! - Ярослава отстранилась, привычно задрала голову и сердито посмотрела на него - Таким же, как с твоими бывшими!
- И откуда у тебя такие глубокие познания в отношении моих... бывших?
- Птичка напела, - сердито буркнула нахалка и снова уткнулась ему в грудь.
- Колибри? - Павел уже почти улыбался. Его собственная птичка поерзала, поудобнее устраиваясь и жалостливо проныла:
- Я совсем дура, да?
- Есть немного, - он сжал её чуть сильнее - Но мне следовало подумать, что ты можешь сделать скоропалительные выводы. Я всего лишь хотел тебя порадовать, потому что совсем не мог уделить времени... Но раз тебе не нравится, - он попытался забрать коробочку.
- Нравится, - сварливо объявило его личное чудовище и спрятало руку за спину.
- Это хорошо. Потому что я сам выбирал.
- Правда?
- Правда.
Ярослава судорожно вздохнула, а Павел напрягся. Плачет, что ли? Он терпеть не мог женские слезы и совсем не знал, что делают в таких случаях.Выдают платок? Простынь? Ключи от новой машины?
Но рыжая быстро пришла в себя и снова посмотрела на него:
- Просто после визита твоих родителей...
- И за это тоже прости.
- Ты знал?
- Мне они также нанесли визит. Но я лишь закончил начатое тобой дело.
- Как?
- Послал их подальше.
- Правда?
- Правда.
Зеленые глаза радостно сверкнули, но лицо Ярославы тут же сделалось виноватым:
- Черт... Я ничего тебе не испортила?
- Только репутацию.
Девушка напряглась:
- Репутацию?
- Ну да. Все были уверены, что под доспехами скрываются только мозги. А теперь пойдут слухи, что у меня...
- Есть еще чле....
- Ррыжая! - не дал закончить ей Павел - Вообще то, я хотел сказать сердце и чувства!
- То есть, у тебя чувства? - кажется, девушка теперь выглядела совершенно счастливой.
Павел закатил глаза и снова прижал её голову к груди. Стоять так, как ни странно, было приятно. Даже слишком. Несмотря на общую встрепанность, рыжая обладала всеми необходимыми формами, которые сейчас активно прижимала к нему, демонстрируя покорность и...
- Так что, - продолжила провокаторша елейным голоском - Теперь меня ждет наказание? - И забралась свободной рукой ему под пиджак, погладив по спине.
Да она издевается!
Мужчина шумно вдохнул.
Кажется, пора заканчивать с ожиданием.
Правда, у него теперь нет кровати, а успеют ли сегодня привезти новую, он не знал. Но у него есть еще гостевая спальня, диван в гостиной, кушетка, ковер перед камином и... В общем, при мысли о том, сколько мест для наказания в его квартире - хм, может не так уж и плох был дизайнер? - в крови вспыхнуло пламя, а он сам весь окаменел.
Полностью.
Маленькая нахалка довольно хмыкнула и прижалась еще сильнее.
Может черт с ней, с квартирой?
Осторожный стук в дверь прервал его совсем не рабочие желания:
- Павел Сергеевич, - Виктор был предельно корректен и не поднимал взгляда, - у вас встреча в конференц зале. Но я могу передать, что...
- Нет, - мужчина отрицательно мотнул головой - Я сейчас подойду.
Он оторвался от Ярославы, наклонился, взял её за подбородок и посмотрел прямо в глаза:
- Ничего не планируй на вечер.
Дождался кивка и вышел из кабинета.
Глава 15.
Ярослава
Вот ду-ура...
Я уронила лицо на стол в своем кабинете - благо здесь, кроме меня, как всегда, никого не было - и замерла. Нет, ну надо же: сама придумала, сама обиделась, еще и сама с собой поговорила. Осталось только за себя выйти замуж и развестись.
Может, стоило узнать у Виктора, что за переговоры я прервала? И исправить ситуацию?
Представила, как буду её исправлять, и тут же покачала головой - хватит Яся, пусть хоть те люди живут спокойно, раз Павлу это не грозит.
Я осторожно открыла коробочку, которую так и не выпустила из рук, и счастливо улыбнулась. Колибри. И специально для меня. Маленькая юркая птичка, способная достать своим хоботком и сожрать даже самую удаленную сердцевину цветка.
Угу, или мозга.
Немного повертела брошку в руках и, все еще глупо улыбаясь, пристроила на лацкан джинсового пиджака. А потом всерьез взялась за работу, периодически скашивая глаза на колибри. И зависала,вспоминая, как напрягся Павел всем телом, когда говорил про вечер.
Ладно, кому я вру. Я совсем не могла работать.
Спустя пару часов телефон тренькнул, принимая входящее сообщение; я нажала на уведомление и с любопытством уставилась на экран.
На экране было...
Хм, а что, собственно, там было?
Жена Лота? Предупреждение, чтобы я не лезла не в свое дело? Или...
Я увеличила фотографию и почувствовала, как моя челюсть падает на стол, туда,где уже полежало мое лицо. В куче пепла и обугленных деревяшек угадывалась спинка и ножки того, что было когда-то белой кроватью. У меня вырвался истеричный смешок, а пальцы сами набрали сообщение: «И что бы ты делал, если бы кровать оказалась не деревянная?»
Ответ, без единого смайла, пришел через минуту: «У моего знакомого есть плавильный цех».
И тут же еще одно сообщение: «Ты ела?»
«Нет».
«Тогда, сначала ужин. Зайду за тобой через двадцать минут».
Сначала?
Я сглотнула и вскочила.
Посмотрела на часы. Потом на себя - в зеркало - и снова на часы. В зеркале отразилась чуть бледная растрепанная девушка в широкой юбке, футболке и мягком пиджаке, с искусанными губами и лихорадочно сверкающими глазами. В голове было примерно то же самое, что и на ней; мысли путались и неслись в разные стороны.
Я покачала головой. Никогда не придавала большого значения физической стороне отношений - да, это было вполне приятно, но не более того. Но сегодня меня ощутимо трясло.
Потому что с Броневым точно будет по-другому. Так же, как было по - другому и всё остальное.
Запредельно близко.
Вздохнула, даже не пытаясь сделать что-то с собой или с бумагами, и уселась на подоконник, глядя на улицу. Так и застал меня Павел - смотрящую в окно и бездумно - но хотя бы не безумно - улыбающуюся.
Мужчина выглядел совершенно неуместно в крохотной захламленной комнатке. Но мне было приятно, что он пришел. Не знаю почему, но приятно. Павел, неловко развернувшись и пытаясь не снести при этом половину мебели, помог мне накинуть тонкое пальто и чуть прижал к себе. Его привычно суровый взгляд потеплел, когда он увидел брошку у меня на груди.
Так мы и вышли - со мной, притиснутой к боку Великого и Неотвратимого и сверкающей птахой, которую я прикрывала рукой, будто боясь, что она улетит.
В лифт кроме нас и охранника пробрался еще и Виктор. Похоже, кому то стало сильно наплевать на личные границы - это меня охрана как-то просветила, что Броневой не ездил ни с кем в лифтах.