От того, что он, практически, перестал морщиться, что я утаскиваю у него с тарелки понравившиеся кусочки - он даже перестал предлагать мне заказывать по два одинаковых блюда.
От того, как мы могли валяться на диване, борясь за право посмотреть интересный каждому сериал, и в итоге смотрели оба.
Я была в восторге, что он вечно ведется на мои провокации, и то рычит, то стонет безнадежно, когда я выдаю особенно веселую ересь. А еще он слушал мои эфиры. Во всяком случае, их начало. И соглашался на всякие безумства, вроде парка аттракционов или бегства с работы посреди дня.
Меня умиляло, как он радовался ужинам, которые я готовила самостоятельно. Готовка не была моим коньком, но порой мне хотелось накормитьнас обоих и получалось недурно.
И как выбирал свои костюмы - придирчиво, будто в шкафу висело не тридцать совершенно одинаковых комплектов.
А от своего нового прозвища, сменявшего «ррыжую», когда Павла затапливала нежность, и он не мог выразить её никак по другому - только взглядом, чуть подрагивающими пальцами и протяжным,хриплым «огонек» в мою сторону - я просто таяла.
Но особенно я кайфовала от того, что происходило между нами наедине.
Нечто яркое, порочное и древнее, как сама жизнь.
Никакие события в моей жизни не подготовили меня к тому, что каждый жест может что-то значить. Что стон может стать самой лучшей мелодией на свете. Что мужчина и женщина могут быть вместе без стыда и оглядки - на других, на время дня, на место.
Нет, мы не занимались любовью в примерочных или на заднем сиденьи автомобиля, предпочитая уединение квартиры Павла. Но то, как мы это делали, как изучали друг друга - самые чувствительные места, самые тайные желания - превращало меня в ненасытную самку, готовую отдаваться своему мужчине по первому зову.
Самое удивительное, что я никогда не предполагала, что может быть так. Даже не подозревала об этом.
Почему никто мне не сказал, что это бывает настолько...правильно?
Как существовать.
И настолько естественно, как дышать.
И порой на меня накатывал панический страх, что без этого воздуха я не смогу жить.Уж слишком все было круто.Обычно такое затишье бывает перед бурей.Которая не замедлила разразиться.
- Ты прекрасна! - я в восхищении уставилась на Полину, надевшую на себя самое совершенное из совершенств, невероятное, попросту, самое эффектноеи дорогое платье из этого магазина.
Цвета шампанского, потрясающе смотревшегося с её черными волосами, с воротником стойкой и пусть закрытыми рукавами и спиной, но с узким разрезом спереди чуть ли не до пупка;и простой юбкой в пол из кружева.
В восторге присвистнула и обошла её кругом снова:
- Как у тебя получается выглядеть одновременно скромно, элегантно и сексуально? Вот честно, ради тебя я бы могла стать лес...
- Ярослава! - одернула меня девушка.
- Гриша с ума сойдет, - я лишь пожала плечами, думая о своем, - и в этом платье вам вполне удасться тот танец, что мы запланировали.
- А может не надо?
- Надо. Ты же сама сказала, что целиком доверяешь моему вкусу. Представь какое будет видео и фото!
- Уже представила...
- Мне кажется, или я слышу обреченность в твоем голосе? - я грозно шагнула к подруге.
- Кажется! Кажется! - она засмеялась. - Хорошо. Думаешь, это?
- Однозначно.
Полина кивнула консультанту, которая наблюдала за нами с улыбкой и вдруг повернулась ко мне с непонятным оживлением:
- А давай и на тебя что-нибудь примерим?
- Я уже выбрала платье для твоей свадьбы.
- Нет, - Полина энергично махнула рукой. Как-то странно на нее влиял этот салон,- Я про свадебное.
- М-мм... Зачем?
- Ты что? Никогда это не делала? - она изумленно покачала головой, - Это ж так весело - примерять платья и представлять себя невестой! Когда я была первокурсницей, мы с подругами ходили по таким вот салонам свадебных и вечерних платьев и мерили все, что нам соглашались дать померить, притворяясь, будто мероприятие у нас не сегодня так завтра.
Я вспомнила себя в семнадцать лет: больницы, инвалидная коляска, бесконечные физиопроцедуры и то вспыхивающая, то гаснущая надежда, что все будет хорошо. Я, конечно, понимала, что многое могла упустить, но никогда не думала, что частью этого многого будет такой вот ненастоящий шоппинг.
- Давай, - махнула я рукой, улыбаясь.
Полина с консультантом захлопали в ладоши. Ладно человек-и-подтаявшая-снежная-королева, но чему радуется продавец?
Спустя пять минут я поняла чему.Поставленной сложной задаче.
С моим ростом и цветом волос, а также «харизмой», как вежливо обозвала сотрудница салона мои слабоумие и отвагу, было не так то просто подобрать что-то подходящее.
В платьях тортах я тонула.
В длинных и прямых путалась в подоле.
Роскошно украшенные жемчугом и шитьем наряды довольно странно смотрелись с моей прической, а нежное кружево - с выражением лица.
Полина тоже вошла в азарт и предлагала все новые и новые варианты.
- Нет, не то... Брючный костюм нельзя, -бормотала консультант, покусывая губу и периодически поворачивая меня то в одну, то в другую сторону, - Короткая и пышная юбка будет конечно уместна, но мне хочется чего-то длинного и нежного... Вот оно!
Мы втроем уставились на что-то типа кружевных светлых шортиков и ворох шифона, прилепленных к нему.
- Очень...харизматично, - выдавила подруга, скрывая смешок.
- Поверьте, это будет бомба! - консультант ничуть не смутилась.
Она потащила меня в примерочную и бойко, не давая рассмотреть себя в зеркало, натянула шорты, кофту с завязками и огромную прозрачную юбку.
- Идеально, - выдохнула восхищенно, - только нужны каблуки и длину подрезать.
Я это свое идеально не успела рассмотреть, как меня уже вытолкнулив центр салона. Полина раскрыла рот и взвизгнула, что на нее было совсем не похоже.
А я взглянула на себя в огромное зеркало и застыла.Я любила красивые вещи и не считала себя уродиной но это было... действительно идеально.
- Даже ваша прическа сюда подходит, - улыбнулась консультант и я оценила её дипломатичность.Обозвать прической небрежно сколотый на затылке пучок с выбившимися морковными прядями - это надо уметь.
- Знаете, а я хочу его купить, - покрутилась я, любуясь, как взметнулась невесомая юбка. Может это и глупо, но мне вдруг захотелось, чтобы в моем шкафу поселилось это чудо. Неповторимое и будто созданное именно для меня.
- Вы собираетесь замуж? - просияла продавец.
- Замуж?! - визгливый голос позади нас заставил всех подпрыгнуть и обернуться. Я застонала чуть ли не в голос. Ведьма -точнее та самая знакомая матери Павла и, судя по одинаковому выражению лица, её юная дочка в поисках выпускного платья, - уставились на нас с жадным любопытством.
Жизнь - боль.
И сплошная непредсказуемость.
Я пожала плечами. Дамочка шагнула ко мне и прошипела:
- Думаю, Наталье будет интересно узнать, насколько далеко ты готова зайти.
Хм, думаю, Наталья и не такое обо мне знает.
Я снова пожала плечами, старательно сдерживая раздражение - портить себе настроение, ссорясь с посторонним для меня человеком я не собиралась.
Не сговариваясь, мы с Полиной быстро переоделись, сунули свои карточки на оплату и попросили сделать доставку - лишь бы поскорее сбежать из магазина, где к новым посетителям уже подступился второй консультант со слащавой улыбкой.
Телефонный звонок раздался вечером.
У Паши случилась однодневная командировка, и по этому поводу я не только пробежалась по магазинам, но и навела порядок в квартире и теперь уютно устроилась с книжкой в любимом кресле.
Я улыбнулась, нажала на прием вызова и приготовилась проворковать какую-нибудь пошлость, как меня ошарашил холодный голос Броневого:
- Я был бы благодарен, если бы ты ни с кем не обсуждала нашу личную жизнь...
Эм.
Это он о чем? Перебрала в памяти все что может использовано против меня, но ничего не обнаружила кроме утреннего шоппинга. Интересно, как надо было извратить ситуацию, чтобы вызвать такую реакцию?
Я снова открыла рот, чтобы ответить, но мне снова не дали:
- Не слишком приятно объяснять собственной матери, что я не пригласил её на свадьбу потому, что и не собирался жениться.
Я закрыла рот.
Подышала в трубку.
Хотела рассказать, что произошло, но тут же поняла - не буду. Если он вдруг решил прикинуться идиотом и поверить в странный бред, который ему донесли, кто я такая, чтобы мешать?
К тому же его «не собирался жениться» больно резануло.Резанула, запекло и растеклось неприятной дрожью по животу.
Конечно, я понимала, что рано думать о серьезности наших отношений, но я же девочка.Я думала.И систематически заставляла себя отбрасывать мысли о будущем, поскольку оно было слишком иллюзорно.
А Павел, как выяснилось, не просто не думал, но просто не хотел.
Настроение упало и забилось в агонии на паркете, который я выбирала с такой любовью. Запачкает ведь...
- В общем, Ярослава, не хочу, чтобы между нами не было недопонимания. Я...
Черт.Он сейчас это скажет.Что лучше съест перед ЗАГСом свой паспорт.Я не готова была это слушать ивыпалила:
- Никакого недопонимания! У твоей матери разыгралось воображение. Ни за какой муж я не собираюсь. Ха-ха! Глупости какие, чтобы я и замуж...- речь была несколько визгливой, но мне было все равно.
Повизжу и перестану.
А потом поплачу.И тоже перестану.
В телефоне повисло молчание, а потом еще более холодный голос Броневого произнес:
- Как хочешь...Собственно я звонил...Ты помнишь, что завтра вечером у моего деда день рождения и мы... приглашены?
- Конечно, - я энергично кивнула, будто он мог меня видеть. Даже слишком энергично - шея от такого рывка тут же разболелась.
- Заеду за тобой в пять вечера. И Ярослава...Надень пожалуйста что-нибудь... не слишком яркое. Дед весьма консервативен и...
Я посмотрела на свое настроение.