Тоха обожал играть мажора и скрывал за симпатичным лицом и похабными шуточками острый, как бритва, ум. Хотя скрыть его невозможно. Будучи гениальным программистом, он давно жил и зарабатывал огромные деньги в Лондоне; семейный бизнес не жаловал - только решал технические задачи - и потому был заклеймен старшими братьями как «Иван-дурак». Впрочем, они его обожали. Как и я.
Парень, увидев меня, замахал рукамии и заорал «Ярааааа», будто я могла его не заметить. Радостно помахала в ответ - соскучилась за два месяца ужасно. Я готова была уже бежать к нему, но меня остановило странное ощущение, будто в правую щеку воткнулось горячее сверло. Нет, я никаких сверл не допускала в своей жизни, оставив это развлечение любителям всех оттенков серого, но именно так я себе это и представляла.
Посмотрела вбок и опешила от давящего, почти черного взгляда, которым в меня впился Павел Сергеевич.
Блин, это он мне?
Под таким взглядом обычно вилки гнуться и магниты к груди прилипают.
Судорожно порылась в памяти - может, по правилам, посторонним нельзя сюда заезжать? Да вроде нет. Или ему не нравится, что у его сотрудников есть личная жизнь? Про Броню говорили, что он пашет сам, как проклятый, и всех вокруг заставляет, вот его и покоробило, что кто-то собирается развлекаться.
Я пожала плечами, вежливо попрощалась и вприпрыжку сбежала со ступенек к раскрывшему объятия парню. В конце концов, я сегодня даже сверхурочно отработала, так что имела полное право на отдых.
И вообще, начальства у меня много, а друг один. Если точнее, три, и эти трое были самым лучшим и важным, что со мной случилось в жизни.
Потому никакие взгляды меня остановить не смогут.
Ярослава
- Ты должна поехать!
Антон сердито смотрел на меня и хмурился, будто не понимая - разве можно отказаться от такой офигительной возможности, как провести два дня за городом в компании людей Х? Впрочем, все его нахмуренные бровки и стиснутые ручки меня не обманывали - он просто сам дал обещание поехать туда, и боялся, что ему будет скучно.
А Яся, значит, человек-и-клоун.
Какая-то ассоциация самых-богатых-успешных-и-нереальных устраивала конференцию - читай «общую попойку» - в наикрутейшем спа - курорте в московской области и Зимины, естественно, были приглашены. И так же естественно меня туда тащили.
А я отбрыкивалась.Мало мне людей в костюмах на работе?Некоторых даже сильно много.
Вздохнула.
Да, заявленные темы были и мне интересны, но, во-первых, ехать туда ранним утром в субботу, сразу после напряженной рабочей недели и корпоратива, представлялось малореальным. Во-вторых, я понимала, что буду выглядеть там белой вороной, точнее, рыжей. И что теперь, прятаться в номере два дня?
С другой стороны, прятаться в шикарном, пятизвездочном номере с огромной кроватью и хрустящими простынями могло оказаться заманчивым...
Антон прочитал, видимо, сомнения на моем лице и усилил напор. Но я тоже знала свое дело:
- Поспишь в дороге.
- Меня укачивает.
- Напьемся.
- Женский алкоголизм, говорят, не лечится.
- Туда привозят лучшего шеф-повара Москвы.
- Для моих любимых блюд лучший шеф-повар не требуется.
- Свежий воздух...
- В запас не надышишься.
- Там, говорят, нереально крутые процедуры.
- Развода?
- И белочки!
Белочки меня, конечно, добили. Я моргнула и посмотрела на друга. Тот на меня. Мы расхохотались и вернулись к кофе с десертами. Набив рот, Тоха пробурчал:
- Ярка, просто мы давно не собирались вместе. Все такие деловые, что я не могу.Там, конечно, будут всякие обязательные встречи и круглые столы, но свободное время - наше.
- Хватит плеваться на меня пирожным - в твоем Лондоне совсем манерам не учат?
На самом деле, я тоже соскучилась.
Трое братьев были самыми близкими мне людьми; фактически, они являлись моей семьей. Да и вообще,если бы не они, меня бы не было - не в том смысле, что я стала какой-то другой, в прямом смысле не было бы. И я обожала каждую минуту, что мы проводили вместе. Правда, предпочитала общаться вдали от шумных сборищ, но в последний год у нас действительно было меньше времени для встреч.
Я вздохнула:
- Хорошо, уговорил. Поеду. И не надо радостно орать. Лучше расскажи, как ты живешь? Про работу твою я и так всё знаю, но что на счет девушек?
- А что девушки? Англичанки в большинстве своем помешаны на учебе, карьере и клубах - то есть либо хотят с тобой переспать, либо перекупить. Русских в Лондоне много, но там тоже полный швах,- Тоха притворно заплакал.
- Ничего, перевернется и на твоей улице грузовик с хорошими девушками - я сделала вид, что жалею его.
- Имей в виду, если не перевернется, я женюсь на тебе.
- Вставай в очередь, младший принц. Перед тобой уже двое.
- С ними я как-нибудь договорюсь. А если нет, то как мы помним из средневековой истории, на трон садились не самые первые по рождению, а самые хитрые и хорошо разбирающиеся в ядах.
Я с наигранным возмущением посмотрела на него, но потом не выдержала и расхохоталась.
- Доедай свое сладкое и поехали к тебе. Нас ждут великие дела! - произнес парень.
- То есть лучшие моменты слепых прослушиваний «Global Voice»?*
- Ну Ярка, весь момент испортишь!
*«Global Voice» - сборник слепых прослушиваний передачи «Голос» во всех странах.
Павел.
- С вами снова Яся Громик и наше самое бодрое, обалденное, отличное утро! Да, я знаю, что за окном минус двадцать, вы не выспались - как и я - и сейчас собираетесь на работу или уже стоите в пробках, но разве это повод унывать? Ни-за-что! Улыбнитесь прямо сейчас, даже если вам кажется, что вы по дороге в ад: будьте просты, будьте свободны, ведь мы живем один раз и давайте уже взорвем этот город, вместе с AC/DC! «Highway to Hell» на радио Up!
- Выключи.
Водитель моментально подчинился, и Броневой кожей почувствовал его недоумение. Как и тогда, когда сел в машину и попросил его включить радио, которое он никогда не слушал.
Блять, что-то он стал чувствительный.
«Шоссе в ад»? Она издевается? Он не помнил точно, какая концепция была у его радио, но, похоже, госпожа Ярослава Громик - или как там назвал её ухажер? Яррра?! - любую концепцию готова подстроить под себя.
Особенно когда у нее хорошее настроение.
О замечательном настроении наглой мелочи и его причине думать не хотелось. Ему хватило вчерашнего бешенства, когда он увидел, как какой-то долговязый мажор обнимает её и усаживает в свою мажористую яркую машину, чтобы увести хрен знает куда и заняться тем, от чего сейчас пол Москвы слушало тяжелый рок.
А может, ей не понравилось и она поэтому...
Стоп. Павел стиснул зубы.
Он. Не. Будет. Об этом. Думать.
А если будет, то пойдет и выжжет себе ту часть мозга, которая отвечала за пристрастие к рыжему цвету волос. Ну и что, что этого пристрастия раньше не наблюдалось.
В предверии весны у всех могут возникнуть психические отклонения.
Павел прошел к себе - хорошо, что Виктор не слушал утреннее шоу, а то он вряд ли бы сдержался - и сел за стол, полностью и надолго погрузившись в дела, не давая себе и повода подумать о чем то другом.
Стук в дверь отвлек его от просмотра очередного проекта. В кабинет осторожно заглянул Виктор:
- Я хотел вам напомнить, что у вас через пятнадцать минут встреча с Ясей Громик, то есть, я имел в виду...
- Я знаю, кого ты имел в виду.
- Я заказал столик, но если вы не планировали, я позвоню и...
- Нет! - Павел гаркнул так, что Виктор попятился и исчез, тихонько прикрыв дверь
Павел глубоко вздохнул, восстанавливая привычное хладнокровие и встал. Снова сел. Что за бредовые эмоции посещают его последнее время? Ничего, вот он сейчас спокойно пойдет в ресторан, ответит на нужные вопросы - или чем там они собирались заняться - и больше встречаться с этой девушкой у него не будет необходимости.
При мыслях о том, чем они могли бы заняться в ресторане, Павел почувствовал такой прилив возбуждения, что закаменел.
Он выдохнул сквозь стиснутые зубы. Ну уж нет. Он знает, в чем проблема. И никакая реакция не нарушит равновесие в его жизни. И вообще, он занят. Много-много работы. А рыжая ничего, подождет, пусть это немного собьет с нее гонор. Мужчина вышел из кабинета только спустя пол часа и бросил на ходу помощнику:
- Позвони Наталье, назначь ей встречу на девять, сегодня вечером. Пусть едет сразу в мою квартиру. И организуй там ужин.
Виктор закивал, но Броневой уже не обращал на него внимания.
Он с совершенно бесстрастным лицом дошел до лифта, спустился на второй этаж, где располагался ресторан и, не глядя ни на кого, направился к обычному месту, в углу помещения, который всегда оставляли за директорами.
Мужчина ухмыльнулся. Сидит там, нервничает наверное.
Но все его спокойствие сняло как рукой, когда он подошел к столу.
Рыжей за столом не было. Точнее она была, но не совсем за столом. Уронив голову, она спала, уткнувшись лицом в сгиб руки.Спала, твою мать, на встрече с ним! И чем надо было заниматься всю ночь, чтобы задрыхнуть в ресторане в ожидании самого главного начальства?! Не так уж он и опоздал, чтобы вести себя подобным образом.
Да она вообще не умела себя вести, если уж на то пошло!
Несмотря на то, что внешне он оставался невозмутимым, ощущение было такое, что у него сейчас пар из ушей пойдет. Он встал рядом, не обращая внимания на предупредительную хостесс,и громко откашлялся.
Ярослава, понятное дело, подпрыгнула и уставилась на него недоумевающими глазами. На щеке остался след от рукава футболки, а губы чуть припухли, но выглядело все это очень даже... мило.
Павел рассердился и нахмурился. Он увольнял и за меньшую провинность.
- Я заснула? - спросила чуть охрипшим голосом рыжая.
- Да, - он был максимально сух и холоден. Просто айсберг, а не мужик.
- Уволена?
- Что?
- Вы выглядите таким... грозным.