И последнее, что я помню, так это какие-то доски и мусор, которым яв них кидалась; а потом кучу народу, появившуюся будто из ниоткуда. И когда я увидела Пашу с Темой, организм, державшийся на пределе сил, отказал.
Так что пришла я в себя только в больнице.
Чистая, укутанная и обколотая витаминами.
Правда, как пришла, так тут же захотелось и уйти - возле меня сидел Броневой и неотрывно смотрел своими серыми глазищами, под которыми залегли глубокие тени. Его тело было напряжено и будто искрило током, а черты лица заострились настолько, что выражение «порезаться о скулы» даже мне не казалось теперь верхом безграмотности.
- Так и заикой сделаться можно, - прохрипела я, наблюдая, как расслабляется мой мужчина, убеждаясь, что я умею моргать и говорить. - Ты выглядишь как маньяк.
- А ты, как моя жертва, - парировал он на первый взгляд спокойным голосом, за которым я услышала столько страха, боли и невысказанной радости, что горло перехватило удушливым спазмом, а на глаза навернулись слезы.
Броневой тут же встрепенулся:
- Что-то болит?!
- Угу.
- Где?!
Я поморщилась от этого вопля, лукаво подмигнула и протянула томным - надеюсь - голосом:
- Доктор, у меня болит все тело. Не могли бы вы осмотреть меня?
- Р-рыжая... - закатил Паша глаза, а потом подался вперед, встал на колени возле кровати и посмотрел прямо в глаза и вздохнул.- Я... Больше так не делай, хорошо?
- Хорошо.
Ну а что еще я могла сказать?
Он удовлетворенно вздохнул и положил голову мне на живот.
А я снова уснула, поглаживая его короткий ежик чуть подрагивающими пальцами.
Спустя три недели мы собирались в отпуск.
Точнее, собиралась я. Носилась по своей квартире и скидывала в чемодан все, что могло нам понадобится.
Хорошо, что опыт у меня в путешествиях был огромный, и тупить под пристальным взглядом Броневого не приходилось.
Плохо, что он мне не сказал,куда мы едем. Причем у меня сложилось впечатление, что не сюрприза ради, а потому что не хотел, чтобы кто-то вообще узнал, где мы окажемся. Только буркнул «зимнее не бери».
Было бы странно брать зимнее куда бы там ни было, с учетом того, что май на дворе.
Хотя экспедиция на Северный Полюс...
- Паш, а купальник? - я застыла с очередной порцией вещей над раскрытым нутром своего любимого ярко-красного «американского туриста» с кучей наклеек на пузатых боках.
- Если тебе чего-то вдруг не хватит, купим на месте, - он был непробиваем.
Я вздохнула и кинула таки пару купальников. В любом случае, даже если это не море, в пятизвездочных отелях всегда есть внутренний бассейн.
Сгоняла за дорожной аптечкой, потом подумала, утрамбовала пару книг, которые лежали у меня возле кровати - в последнее время читать их не было времени - и задумчиво застыла посреди комнаты.
Что же еще я забыла?
По большому счету Паша прав - все можно купить на месте, а паспорт я ему уже отдала.
Снова посмотрела на сидящего на диване мужчину, пытаясь проникнуть ему в голову.И снова у меня это не получилось.Последние дни он сделался совсем молчаливым и напряженным.
То есть он и раньше, конечно, не пытался поразить меня своим обаянием и веселыми рассказами обо всем на свете, но эти дни его задумчивость, глубокий, проникающий мне под кожу взгляд и легкая отрешенность придавали ситуации совсем неоднозначный ореол. В сочетании с тем, что он вдруг начал работать двадцать пять часов в сутки, прерываясь на сон, где прижимал меня наподобие зайки - обнимашки - кстати, только на сон, несмотря на все мои попытки совершить над ним акт насилия - это действительно выглядело странновато.
И нервировало даже меня.
Я уж не говорю про холдинг, который в полном составе ждал, когда же мы, наконец, уедем и можно будет вздохнуть.
- Увези ты его отсюда, - прошептал мне Виктор вчера за чашкой кофе, на которую сам же и пригласился неожиданно.
- Что, совсем плохо? - посочувствовала я.
- Скоро электричество можно будет к нему подключать, так искрит, - посетовал лорд. - Мы за эти недели сделали столько, что следующий год вообще можно будет не работать.
- Это вряд ли, - я вздохнула. Угораздило же влюбиться в трудоголика.
- Вряд ли, - уныло согласился Витя. Его угораздило тоже, в какой-то мере, влюбиться. Так что выбора у нас не было.
- Скажешь, куда мы едем? - сделала я слабую попытку.
- Нет.
- А коньячку?
- Нет.
- А пожалеть Ясеньку?
- А пожалеть Витеньку?
Я вздохнула и кивнула. Витеньку было действительно жалко. Кажется, он весил уже вдвое меньше, чем месяц назад.
Ничего, вот исчезнем -мы на недельку - за это время все отъедятся и подлечат нервы.
- Ярослава? - вопросительный голос Броневого, все так же неподвижно сидевшего на диване, вывел меня из задумчивости.
Я вздохнула, подошла, уселась к нему на колени и уткнулась лбом в плечо.
- Все нормально? - чуть дрогнувший голос мужчины заставил меня удивленно поднять голову.
- Конечно. Просто немного переживаю. Мы ведь впервые будем вместе двадцать четыре часа в сутки так долго, а вдруг я тебе не понравлюсь? Может я носки разбрасываю, или долго торчу в туалете или...
- Нет.
- Что нет?
- Мне все понравится.
- Ты уверен? - сощурившись, я посмотрела на Пашу, но тот отвел взгляд.
Да что с ним происходит такое?
Я нахмурилась.
Проблемы в холдинге? Смертельное проклятье? Неожиданно обнаруженный договор, согласно которому он должен жениться на дочери короля?
Он сидел весь из себя потерянный и нахохлившийся, и меня просто затопило щемящей нежностью и желанием сделать что-нибудь, отчего он станет хоть чуточку счастливее.
И пусть я не была стопроцентно уверена, что мои действия это действительно то, что нужно, но я привыкла доверять своим порывам.Развернулась поудобнее, обхватила ладонями его щеки, посмотрела прямо в глаза и тихонько прошептала в губы:
- Я люблю тебя.
И тут же поцеловала.
Хм, кажется впервые я целовала мужчину, который ну никак не отвечал на поцелуй.
И даже не шевелился.Надеюсь, от шока. Точнее, надеюсь,от приятного.
Я уж было планировала остановиться, как вдруг мне ответили. Да еще так, что я едва сознание не потеряла от накрывшей волны страсти.
Меня целовали, покусывали, мяли, прижимали до хруста костей, теребили, гладили, стягивали одежду, хватали за все что можно и в итоге завалили на все тот же диван, глядя безумным взглядом:
- Я должен был сказать это первым, - прорычал Броневой в перерыве между крышесносящими поцелуями.
- Ты был слишком...занят? - прошептала прерывающимся голосом и тут же застонала, поскольку он нашел весьма чувствительное местечко.
- Я потому и был занят, что...
- Страшно было?
- Угу, - он смутился и раздел меня окончательно, - А доктор...?
- Никогда ничего и не запрещал, - я нежно провела по чуть колючей щеке и погладила грудь в расстегнутой рубашке.
Паша прерывисто вздохнул, стянул рубашку и сделал наконец то, чего я давно ждала.
А потом и сказал то, чего я не ждала, но весьма надеялась.
- Я люблю тебя, - прошептал он мне на ухо едва слышно.
Я счастливо улыбнулась и окончательно потеряла связь с действительностью.
Я уже успела соскучиться.
По тому, как он старался приспособиться под наши размеры и не раздавить своим мощным телом.
По его рукам, губам, уверенным движениям.
По почти звериной потребности оказаться на мне, во мне, со мной настолько близко, что мог бы - раскатал тонким слоем по коже.
По глазам, темнеющим от страсти; и по хриплым, рваным вдохам перед пиком.
По сдавленному стону, переходящему в рык, который только усиливал мое удовольствие.
И по чувству эйфории, которое охватывало меня каждый раз после,и я лежала, улыбаясь как идиотка.
- У тебя отвратительный диван.
Хм, кое-кто отдышался раньше меня.
- Я покупала его не для...утех, - философски произнесла куда-то в потолок. На самом деле, он сейчас мог говорить мне все, что угодно - вряд ли бы меня что-то могло задеть. Я все еще пребывала под впечатлением от наших признаний и смаковала их про себя.
- Мой диван лучше, - напряженно продолжал гнуть свою линию Броневой.
- Да я и не возражаю, - его «люблю тебя» было таким теплым и сладким, что...
- Поэтому тебе следует переехать ко мне, - почти раздраженный голос мужчины вытащил меня, наконец, из моих грез.
Между прочим, о нем же.
- Мне стоит переехать к тебе, потому что на твоем диване лучше заниматься любовью? - я в полном недоумении посмотрела на Пашу, который в ответ только поджал губы. - Ну, я ведь и так практически живу с тобой и...
- Не так.
- Что не так?
- Все не так! А, черт с ним, сейчас...
Он вдруг резко встал и направился к двери квартиры.
С учетом того, что он был совершенно раздет, смотрела я на это действо с весьма ощутимым интересом.
Высокий, широкоплечий, мускулистый. Ягодицы эффектно двигались когда...
Опс. Кажется, я сказала это вслух.
- Р-рыжая! - он уже повернулся и буравил меня взглядом.
- Увлеклась, - я хихикнула и облизнулась, - Ты такой...большой.
Паша лишь закатил глаза.
Тут я заметила, что в руках у него пиджак. Интересно, он им махать будет, как тореадор?
С любопытством я уселась на диване и внимательно посмотрела на мужчину, который умостился рядом со мной. Снова встал, а потом и вовсе опустился на пол возле дивана. Глубоко вздохнул и сердито буркнул:
- Вообще-то, я планировал сделать это по-другому. Заказал ресторан по приезду и...Я не должен был быть...
- Голым? - вырвалось у меня чуть пискляво.
Нервное напряжение, что им владело, передалось и мне.Это было похоже на...
Черт.
Я облизнула губы.
- Ярослава... - Броневой махнул рукой, глубоко вздохнул и посмотрел мне в глаза. - Ты...я...Ты выйдешь за меня?
И протянул мне коробочку.