Изобразила мужественное выражение на лице. Ну, насколько это вообще было возможно. Потом передумала и взволнованно всмотрелась в моего будущего мужа - ну если в его планах было все-таки добраться до регистрации:
- Что же нам делать?!
- Мы должны спасти планету! - закричал Паша, не изменяя суровости и бесстрастности. М-да, Оскара ему вряд ли дадут, но мою награду он получить достоин.Хотела уже перебраться к нему на колени - ну и пусть это потом увидит куча народу - как вертолет тряхнуло, а потом он и вовсе начал падать.
Я заверещала.
Вертолет тряхнуло снова, и он начал подниматься. Ушел вбок. Снова резко вниз. В общем, его колбасило так, будто невидимый великан сжимал его в своем кулаке и тряс наподобие маракасов.
Хм,надеюсь это тоже часть розыгрыша. Потому что если нас потрясет еще немного, я либо потребую парашют - и плевать на не слишком здоровый позвоночник.Либо меня просто стошнит.
Наконец, мы начали снижаться.
Я почувствовала себя настоящим коммандос - точнее, подругой коммандос - когда спрыгивала прямо в расставленные руки Броневого и бежала с ним в укрытие, представлявшее собой навес в чистом поле.
Забилась под крышу и с удивлением осмотрелась.Действительно, поле. Точнее, поле с грязью, рвами и колючей проволокой. За ним - лес.
И почему-то мне казалось, что цель наша - в чем бы она ни заключалась - в лесу.Ведь что может быть веселее, чем извалять Ясеньку в грязи, испортив ей свежий маникюр и педикюр?
Уже почти безнадежно я посмотрела на Пашу, который с преувеличенной серьезностью зачерпнул эту самую грязь и нарисовал мне и себе по несколько полосок на щеках, как у десантников.
- Ну что, пошли? - он подмигнул.
- Спасать Землю? - я вздохнула.
- Ага.
- А кто вас потом спасет? Или вы думали, что вам сойдет это с рук?
Паша усмехнулся и на мгновение прижал меня к себе:
- Ну не все ж тебе людей мучить - надо и нам дать возможность развлечься.
И мы пошли.
Точнее, побежали.
Еще точнее, поползли... Ааа, ладно. Мы шли, бежали, ползли, перелазили, уворачивались от пуль - конечно, люди в военной форме мне померещились - ныряли во рвы с холодной черной водой, просачивались между колючей проволокой, забирались на деревянные препятствия, а потом, когда попали, наконец, в лес, изображали из себя обезьян, скачущих по лианам, веревочным лестницам, натянутым над ручьями мостам и вбитым в стволы деревьям. И все это с периодическими криками в рацию «Мы идем!», «На нас напали!», «Я тебя прикрою!» и прочими гневными атрибутами настоящего боевика.
Интересно, они пионерлагерь ограбили пополам с Мосфильмом?
Или «Гонку Героев»?
Наконец, когда я окончательно выдохлась от хохота и физического истощения, лес начал снова редеть и мы попали в небольшое каменное строение. Залетели туда, и я в который раз удивилась.
Хотя казалось бы...
Помещение было полно народу. Причем нормального народу - без камуфляжа и ружей.
- Покормите её. И приведите в порядок, - сказал Паша, отправляя меня на «женскую половину», где уже ждали перекус, стилист, визажист, ванна и куча всяких прибабахов.
- А как же Сфера Зла? - я хихикнула.
- Ну ты же не будешь спасать Землю не накрашенная? - Павел недоуменно заломил бровь.
Кто? Я? Да как такое обо мне можно было подумать?!
Улыбаясь, я отдала себя в руки специалистов - которых, между прочим, сама и выбирала - и попыталась понять, сумели ли они раскрыть и перекупить все мои секреты на свадьбе или хоть что-то удалось утаить?
Меня привели в порядок в десять рук за полтора часа, и провели через какой-то коридор и перекрытия в большой зал, искусно расписанный под древний Египет.
Паша появился с другой стороны, переодетый, в светлом фраке, и на долгую минуту замер, рассматривая мой наряд. Его глаза все больше темнели, а губы беззвучно шевелились, шепча слова восторга.
Надеюсь.
Он пришел в себя только когда почти знакомый голос, усиленный микрофоном, вдруг прогремел над нашей головой.
- Сфера Зла приближается! Мы все погибнем! Погибнем!
- Мы спасем вас! - патетично воскликнула я, даже не пытаясь скрыть улыбку или оторвать взгляд от Паши, чьи глаза тоже смеялись. Я подбежала к нему;он обнял меня и сильно, вжимая в себя, поцеловал.
- Как спасать то надо? - прошептала ему куда-то в район груди.
- Подожди, я так и не понял, чей это любимый фильм?
- Антона.
- Тогда все объясняется.
Что там объяснялось, я не знала, но принялась помогать жениху с воздействием на шикарные амулеты, которые действительно раскрывались от земли, воздуха и огня.
- А... Вода?
- Может расплачешься? - Паша беспомощно осмотрелся.
- И буду дальше спасать Землю не накрашенная?! Ну уж нет!
Я лизнула камень, надеясь, что они были хоть сколько-нибудь чисты и с удовольствием убедилась, что и слюна работает.
Заиграла громкая музыка.
А Паша подхватил меня на руки и встал в середину зала, куда тут же ударил сноп света.
Стены затряслись. Я зажмурилась и приникла к Паше посильнее. Потому что затряслись в прямом смысле! А потом и вовсе развалились, потому что зал оказался вполне себе бутафорским, деревянным.
Все тот же усиленный голос - понятно, Артем - произнес:
- Приветствуем Пятый элемент - Любовь!
Я открыла глаза, и у меня упала челюсть.
Мы стояли посреди деревянного развалившегося ящика, который находился на краю той самой лужайки того самого отеля, что и был заказан!
И аплодировавшие гости были нашими гостями на нашей свадьбе!
Я смутно припомнила, что загородный отель действительно находился неподалеку от леса, и к его заднему двору, где и проводились свадьбы, вели какие-то строения, и восхищенно присвистнула, с удовольствием осматриваясь.
На огромном экране догорали последние кадры «уничтожения Сферы Зла». Гости в светлых нарядах улыбались и громко хлопали.Все вокруг было в белоснежных цветах, шарах и гирляндах. С деревьев свисали белые бумажные фонари и, а небольшой ветерок шевелил полотна ткани.
Оркестр наигрывал легкую песенку, но вот уже музыка сменилась.
Я целую твои глаза
И благодарю Бога за то, что мы вместе.
Я просто хочу, чтобы этот миг длился вечно,
Вечно.
Я не хочу пропустить ни одну улыбку,
Я не хочу пропустить ни один поцелуй,
Я просто хочу быть с тобой,
Здесь, вот так, как сейчас.
Я просто хочу, чтобы ты была рядом,
И я мог чувствовать, как бьются наши сердца
Под песню группы «Аэросмит» Паша медленно понес меня к арке по усыпанной лепестками дорожке, а гости стали рассаживаться на свои места.
Наконец, мы добрались до регистратора, и когда я услышала первую фразу:«Мы собрались здесь, чтобы...» поняла, что в общем-то легко могла использовать в качестве воды слезы.
Принимать поздравления было удивительно приятно.
Вряд ли кто-то на свадьбе позволил бы себе сказать что-то плохое о невесте или женихе, потому даже родственники Паши, пусть и несколько напряженно, желали нам счастья, любви и множества детей.
Меня так и подмывало высказаться, что все это будет только если они заплатят «соразмерно», но я сдержалась.
В конце концов, замуж я выходила за Пашу, а не за них. И он своим поведением в последний месяц четко дал понять кто для него важнее, и какие санкции будут применены к тем, кто пытается ему помешать.
Потому если первое время мое окончательное укоренение в Пашиной жизни его мама, отец, тетя и еще парочка недовольных старательно игнорировали, то потом все-таки решили действовать более разумно.
И, стиснув зубы, принялись мне симпатизировать. А с учетом того, что симпатия приходила аж из Лондона, меня все устраивало.
Вот деда Броневого я искренне была рада видеть. Мы уже несколько раз приезжали к тому в гости, и мне импонировала его эрудиция и замечательно философское отношение к жизни.
- И как это, выйти замуж за капиталиста? - прошептал он мне на ухо, чуть приобняв.
- Дорого и богато, - хихикнула я, - Как видите, и на вертолетах летаем, и артефакты облизываем, что мороженое.
Мужчина хохотнул и поцеловал меня в щеку:
- Я очень рад, что именно ты появилась в жизни Паши. В нашей жизни. Береги её, - обратился он к внуку, - Потому что если не убережешь...
- В очередь, - деланно-утомленно скривился мой муж - офигеть! муж! звучит то как! - Зимины уже прислали письма с вырезанными буквами с угрозами.
- Кто? Мы?! - искренне изумился стоявший рядом Артем, - Да мы разве можем...
- Можете! - сказали мы с Пашей хором и, переглянувшись, расхохотались.
Свадьба шла своим чередом.
Играл ненавязчивый мотив; фотографы и операторы снимали, официанты упорно обходили гостей с подносами с легкими закусками и бокалами с шампанским, правда, периодически бокалы роняли, но никто на это не обращал внимания.
И когда я убедилась, что все в достаточной мере наобщались, расслабились и развеселились от волшебных пузырьков, и уже даже хотели сесть за стол, подала условный знак дирижеру.
Контрабас, саксофон и скрипка мгновенно захлебнулись, а на передний план выскочил волосатый парень в наколках с электрогитарой, чтобы резко вдарить по струнам, что заставило окружающих вздрогнуть.
Тут же к нему присоединился синтезатор, барабан и высоченная девица в кожаных шортах хриплым голосом выдохнула в микрофон, окончательно привлекая всеобщее внимание:
This aint song for the broken-hearted
....
No silent prayer for the faith-departed
...
Мотив и знакомые слова самой заводной песни Бон Джови «Это моя жизнь» заставили всех сначала улыбнуться, а затем и начать пританцовывать:
Это песня не для разбитых сердец,
Не безмолвная молитва для павших духом.
Я не собираюсь быть просто лицом в толпе,
Ты услышишь мой голос, когда я громко прокричу...
И она действительно заорала: «Its my life, Its now or never...»
И на этом припеве официанты вдруг отбросили подносы и начали исполнять свой собственный, чуть безумный танец, подпевая профессиональными голосами вслед за солисткой: