– Как это?
– А вот так!
– Так у меня алиби, товарищ полковник.
– Алиби у него! Кому оно нужно, не смеши меня! Короче… У меня людей нет. У соседнего РОВД тоже. Все идут по следу банды грабителей. Не до твоей тещи им. А тут еще это заявление… Сам, Карпов, давай сам. Я уже созвонился с начальником соседнего РОВД, они пока ничего предпринимать не станут, даже допрос отложили на неопределенное время. Так что пользуйся всеобщей добротой и… Оформляй отпуск, короче, и ищи убивца. Но еженедельно станешь передо мной отчитываться о проделанной работе. Потому что мне о ней придется отчитываться тоже. Все, ступай в отдел кадров и оформляй отпуск! Да, и помни, Карпов, если не найдешь убийцу собственной тещи, тебя придется уволить, потому как… Потому как они с тебя живьем не слезут. Все, будь здоров.
Первым его порывом было тут же поехать к Светке на работу и надавать нахалке по мордасьям за ложь, за клевету, за месть мелкую. Вовремя опомнился и остановился. Ничего его нервический порыв не изменит, только испортит все.
Искать надо убийцу, а как? Где? И как можно одновременно заниматься расследованием сразу двух убийств? Они же вчера с вечера с Кристиной разработали и составили подробный план того, как станут искать убийц ее подруги, а тут он со своими проблемами поломает ей все планы. У знакомых оперов помощи просить бесполезно, дел по самую макушку. А им с Кристиной вдвоем не справиться. Да и не мастак он по чужим следам распутывать. А тут и следов-то нет.
Что он знает о смерти своей тещи из протокола осмотра места происшествия? Да почти ничего! Смерть наступила приблизительно между семью и восемью часами вечера. От обильной кровопотери, вызванной сильным ударом тяжелым тупым предметом по голове. Кого-то впустила его теща к себе в квартиру, потому что на замке ни единого следа взлома, и тот, кого она впустила, ударил ее. Вот, собственно, и все.
И кого искать? То есть кого Наталья Ивановна могла впустить к себе в квартиру?
Дочь свою Светку – раз. Но та была дома с сыном и никуда не выходила в воскресный день.
Зятя своего – два. Но тот точно знает, что не заходил.
Кого-то из соседей – три.
Вот тут стоило как следует поработать над кандидатурами. Кристина отпадала по многим причинам и даже не потому, что ее дома не было на тот момент. Она просто не могла это сделать по определению, и все!
Был некто Геннадий, с которым Карпов столкнулся в тот вечер возле подъезда и который повел себя довольно-таки странно. Был еще один мужик, который жил где-то на верхних этажах и, по утверждениям Кристины, недавно освободился из мест заключения. Еще студент имелся, жил с матерью и бабушкой, но тихий будто бы парень, а там кто знает.
И все! Больше мужчин в их подъезде не проживало. А женщина с такой силой ударить бы не смогла. Это уже утверждения эксперта. Так что, хорошенько поработав над кандидатурами, Карпов, глядишь, да и вышел бы на кого-то.
Но времени, времени было в обрез! Он же дал слово Кристине разобраться в причинах смерти ее подруги. А там дел – поле непаханое! Все очень странно, мутно и страшно.
Кому понадобилось похищать и пытать бедную девушку? Что-то хотели узнать, заставить что-то сделать? Или, быть может, та стала жертвой жестокого маньяка? Так не зафиксировано вроде подобных преступлений ни у них в городе, ни в районе. И к тому же Кристина утверждает, что Сима намеревалась в тот день встретиться с парнем, с которым познакомилась на утренней пробежке. Парень будто бы невероятно хорош собой, с атлетической фигурой и прекрасно вылепленными скулами.
Кто этот парень? Откуда он появился в поле зрения Симы?
Ага! Тут же вспомнилось Карпову. На беговую дорожку, мало предназначенную для того, чтобы по ней в ранний час бегали одинокие девушки, – слишком уж в зловещем и заброшенном месте та пролегала, Симу будто бы заслал ее коллега и сосед по кабинету – Маркин Константин, тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения. Будто бы он, зная любовь Серафимы к романтическим встречам и знакомствам, рассказал ей, что по этой самой дорожке ранними утрами пробегает группа легкоатлетов. Будто бы тренируются они там. Почему не на стадионе? Потому что там слишком людно.
Объяснение маловразумительное. И самой Кристине, а затем и Карпову оно совсем не понравилось. И каждый сделал в своей записной книжке пометку: узнать, проводились ли каким-нибудь спортивным обществом или клубом тренировки в данном районе.
Пунктом первым, конечно же, шел Константин Маркин. С ним вообще удивительная история приключилась. Он будто бы пропал! И пропал сразу после того, как Серафима не явилась поутру в понедельник на работу. Ему кто-то позвонил, и он, в спешном порядке оформив отпуск, растворился. Никто из родственников не знал, где теперь Костя.
– Могли и врать, – пробубнил себе под нос Карпов.
Он сидел в своей машине уже минут двадцать и все медлил, не зная, куда теперь податься.
Начать заниматься собственной судьбой?
Опрашивать соседей своей убитой тещи? Так станут ли они с ним разговаривать? Полномочиями-то его негласно будто бы и снабдили, но…
Но тут следовало хорошо подготовиться. Для начала навести справки о каждом: и о Геннадии, и о бывшем заключенном, и о тихом студенте. Потом потихоньку узнать об имеющемся у каждого алиби. И только потом, вооружившись информацией, являться к ним на порог.
Расследовать убийство Серафимы? Там тоже с бухты-барахты не станешь действовать. Нужно, чтобы Кристина для начала узнала у оперативников, что им вообще известно? Что дал осмотр места, где обнаружили истерзанный труп девушки? Кто его нашел? Когда? Имелись ли люди, которые видели хоть что-то или кого-то? И уж когда все выяснится, тогда уж можно пробивать номера телефонов Симы и исчезнувшего Константина. А потом вплотную заняться матерью Симы.
– Но она же мать! – робко возразила вчера Кристина. – Разве можно подозревать ее?!
– Она где жила до смерти дочери? – прищурился Карпов в ответ на ее восклицание. – Правильно, по съемным углам. И настойчиво пыталась просочиться на жилплощадь дочери. Дочь была против. А теперь что мы имеем, после ее смерти? То, что жилплощадь освободилась, и матушка, как там ее?
– Тетя Лена, – подсказала Кристина.
– Вот-вот, тетя Лена теперь там поселилась. И как ты говоришь, вела себя на похоронах дочери? Весьма вызывающе и ничуть не походила на убитую горем мать! Ее со счетов сбрасывать не стоит.
– Но это же нелепо и чудовищно! Она же не могла знать наверняка! Вдруг Сима завещание оставила, в котором ее не упомянула?
– Кристиночка, меня поражает твоя наивность. – Он погладил ее по осунувшимся встопорщенным плечикам. – Кто в двадцать пять – тридцать лет думает о завещании? Только тяжело больной человек. А если девушка полна жизненной энергии и сил, заставишь ее бежать к нотариусу? Думаю, нет. Логично?
– Логично…
И они одновременно вписали в свои записные книжечки еще по пунктику. И набралось таких пунктов немало. А тут теперь и у него своя страничка появилась. Искать приказано убийцу, иначе несдобровать. Полковник ясно дал понять: не найдет убийцу Карпов, следаки в него вцепятся. Тем более что марающее его с головы до пят заявление от жены имеется.
– Тьфу ты, гадина! – выругался в сердцах Глеб и завел машину.
Приспичило ей именно сейчас! Не могла подождать, пока они с Кристиной со смертью Симы не разберутся. Хотя, узнай Светка о его намерениях помогать девушке, она свои гнусные порывы удвоила бы.
Отъехать Глеб не успел, лишь колеса выкрутил, чтобы не задеть бампер машины полковника. И только подумал, что именно такого счастливого стечения обстоятельств, в кавычках, ему до полной радости не хватало, как зазвонил мобильный.
Номер оказался подавленным, он раньше никогда по таким номерам не отвечал, но сегодня решил изменить своим правилам. Теперь у него все шло не по правилам, все!
– Слушаю. – Он рассеянно глянул на себя в зеркало заднего вида, вид был усталый и немного растерянный, но было от чего. – Слушаю вас!
– Глеб, извини, что беспокою, – пробубнил незнакомый Карпову голос. – Про заявление своей жены на тебя уже знаешь?
– Допустим, а кто звонит-то вообще?
Почему-то сразу подумалось о Жорже, которому Светлана наверняка донесла о своих мстительных деяниях. И он теперь начнет издеваться над ним и подшучивать. Спине сделалось жарко, а кулаки зачесались. Ох, и отделал бы он эту сладкую парочку, дали бы ему волю.
И еще вдогонку подумал, а знала или нет Жоржа Наталья Ивановна? Если подолгу при закрытых дверях кухни рассуждала о нем со своей дочерью. Знакомила их Светка или нет? А если знакомила, то…
То ведь и ему могла открыть Наталья Ивановна дверь в тот вечер! Он пришел, а она открыла. Почему нет?
Но это был не Жорж, в смысле, звонил не он.
Карпову звонил начальник убойного отдела того самого РОВД, который занимался убийством его тещи и откуда пришел запрос на характеристику на Карпова. Представился Симаковым Игорем Сергеевичем, долго и нудно тянул про свое незавидное положение, обязывающее его реагировать на заявления граждан. Сам бы он ни в жисть…
– Я не понял, Игорь, ты извиняешься, что ли? – перебил его Карпов, решив особо не церемониться с человеком, задумавшим посадить его в недалеком будущем.
– Ну… Можно сказать и так, – вздохнул тот виновато. – Работа такая. А баба у тебя, Глеб, порядочная сука. Уж прости!
– Прощаю, – ухмыльнулся Карпов. – Целиком и полностью поддерживаю, хотя она и мать моего сына. Чего звонишь-то? Допрашивать меня собрался? Так мой полкан вроде сказал, что с этим решили повременить?
– Никаких допросов, боже упаси! – не очень убедительно запротестовал Симаков. – Поговорить хотел.
– Прямо сейчас? – спросил Карпов, и внутри тут же предательски заныло.
Вот скажет ему сейчас утвердительное «да», Карпов явится туда, а ему на руки браслеты и в камеру до выяснений. И некому станет помогать Кристине и защищать ее. Ведь если представить, что в их подъезде живет, затаившись, убийца, то где гарантия, что и ей не угрожает опасность?