– Поздравляю, подруга! Вот это повод, вот так сюрприз!
Я была ошеломлена новостью.
– За это надо выпить.
Татьяна подхватила бутылку. Суетливые движения, украдкой брошенные взгляды на Иркин плоский живот выдавали внутреннее волнение.
– Какой срок?
Таня опрокинула стакан, не чокаясь.
– Шесть недель.
– Кто папа?
– Сергей Станиславович, конечно.
Ирина смутилась, а я демонстративно покашляла. Что за нелепый допрос? Где радость за подругу?
Татьяна нервничала так, будто это ей в кабинете УЗИ внезапно сообщили о беременности.
– Он знает?
– Конечно.
– И как отреагировал?
– Лучше, чем ты.
– Значит, обрадовался.
Мы смотрели с Ириной, как Таня наливала себе уже третью рюмку.
– Мы летим на Мальдивы в следующем месяце. Уже куплены билеты.
– Вот это да! Ирка, поздравляю!
Я радовалась за подругу от души. Вскочила с табуретки и кинулась обниматься.
– Свадьба будет?
Таня продолжала сыпать вопросами.
– Нет, решили не собирать гостей. Распишемся и улетим в тот же день.
– Ира, а как же платье и фото на память?
Я была неисправимым романтиком.
– Платье уже было, фотки с путешествия привезем.
Ирина сияла.
Таня вела себя как прокурор на допросе.
– А дети? Они знают?
– Сережу знают и любят. Настя спрашивала, может она называть его папой?
– И он, конечно же, не против?
– Не против. Если Олег подпишет необходимые бумаги, то Сережа после нашего возвращения детей усыновит. Говорит, что вся наша семья должна быть на одной фамилии. Я считаю, это правильно.
– А ты молодец, не теряешься. Способная ученица.
Татьяна ухмыльнулась:
– Зачем ты так? Я просто люблю его, а он меня.
– По-моему, тебе хватит.
Я забрала у Таньки бутылку и постаралась перевести разговор на отвлеченную тему.
Уже в такси Таньку развезло окончательно, и задушенные годами обиды прорвали броню – хорошо замаскированный образ счастливой женщины. Мы сидели на заднем сиденье, и она, уткнувшись мне в плечо, разрыдалась.
– Всю жизнь я ваши судьбы устраиваю, а у самой дыра в сердце. Ирка замуж выходит, ждет ребенка от любимого мужчины. Это моя мечта была, слышишь? У нее двое уже есть, куда ей третьего? А у меня нет ни одного! У меня нет детей, слышишь?
Она плакала навзрыд.
– Тань…
Я не знала, что сказать. Гладила ее по голове и лихорадочно подбирала слова. Это было так неожиданно, как гром среди ясного неба. Танька и слезы. Несовместимые вещи.
– Я всю жизнь тебе завидовала, – продолжала голосить она, – и Ирке тоже. У тебя мужики какие были: что Славик, что Михаил. Любят тебя мужики, Меркулова, а меня боятся.
– Ну что ты говоришь, – я гладила ее волосы и говорила ласково, – Николай тебя обожает, и ты еще родишь…
– А я его не люблю!
Она подняла зареванные глаза, и я увидела в них, какова может быть на самом деле правда жизни.
– Ты знаешь, что такое жить с нелюбимым? Притворяться, играть роль? Ты со Славкой сколько прожила, когда поняла, что нет больше чувств? Месяц, два? А я восемь лет так живу, слышишь? Восемь лет!
Она зарыдала вновь. Я поцеловала ее в макушку.
– Танюш, ты еще встретишь своего любимого, и у вас будут детки.
– Только лечить меня не надо.
Она резко выпрямилась и вытерла нос.
– Я сама разберусь со своей жизнью.
– Конечно, разберешься.
Я улыбалась и продолжала говорить ласково, по-детски. Татьяна напряглась и отодвинулась.
– Спорим, через год я рожу ребенка?
– Я тебе верю и спорить не буду.
– Ладно, замяли.
Она уткнулась в окно. Остаток пути мы ехали молча.
Для Татьяны ребенок стал идеей фикс, целью номер один, для достижения которой все средства хороши. И если Татьяна что-то задумала, поверьте, она этого добьется. Любым способом в строго установленный срок. Всегда. Поиск мужчины, которого Таня собиралась полюбить, наверняка уже начался. Оставалось понять, что она будет делать с нынешним супругом? Скажет, что ждет ребенка от него? Наверное, это единственный беспроигрышный вариант. Хотя Татьяну предугадать нельзя. Она настоящий ураган. Непредсказуемый и опасный.
Алкоголь давал ей возможность забыться на время, отодвинуть мысли о ребенке и расслабиться. Поэтому в последнее время она так налегала на спиртное. Есть такой психологический прием. Если мы чего-то не получаем, начинаем себя жалеть, находим разрядку накопившейся нереализованной энергии в чем-то другом. Чаще всего это алкоголь. Чаще всего этим грешат мужчины. Мужчины-неудачники. Иногда – женщины. Женщины-неудачницы. Я имею в виду регулярные употребления. Неудачники – это люди, у которых длинный список обид на свою жизнь. Что она не так сложилась. Неудовлетворенность собственной жизнью толкает людей на поиски искажения реальности. Это один из самых сильных страхов – увидеть свою жизнь в реальном времени. Что тебе пятьдесят четыре, к примеру, ты лысый, заурядный, храпишь во сне рядом со своей женой-сокурсницей на старом, подаренном на свадьбу диване. Ты не стал космонавтом, как мечтал в детстве, у тебя нет мотоцикла и своей рок-группы, о которой мечтал в юности. Ты не путешествовал дальше Любимовки, в которой живет теща, и твои физкультурные возможности проверяются два раза в год вскапыванием ее бескрайнего огорода. Ты неудачник, и тебе в это поверить сложно. Ты покупаешь бутылку и вместе с товарищами под разговоры о превратностях судьбы и обсуждений зарплат футболистов ее опустошаешь. Чувствуешь моральное удовлетворение, пусть кратковременное, но оно есть.
Точно так же и с женщинами. Только, помимо несостоявшихся планов на будущее, к их списку примешивается дополнительный груз – возраст. Понимая, что время вспять не повернуть и ей никогда не быть такой, как в двадцать, женщина впадает в отчаяние. Морщины, серый цвет лица, намеченный второй подбородок – разве об этом она мечтала в пятнадцать? Да даже в тридцать три у нее была гладкая кожа и тонкая талия. Казалось, вся жизнь еще впереди. Еще чуть-чуть стоит подождать и немного потерпеть, и все обязательно сбудется. Муж образумится, дети поумнеют, зарплата увеличится, и все будет хорошо. Никто не задумывается о том, что это огромный ежедневный труд. Каторжный, если хотите. Без выходных и праздников. Чтоб семья была крепкой, дети думающими, муж верным, а работа приносила деньги и удовольствие – для всего этого надо вкладывать, вкладывать и вкладывать. Силы, время, любовь, желание. Но мы хотим всего и сразу. Или хотим не сразу, но живем, как умеем, и ждем. А когда получаем к пятидесяти годам непримечательную реальность, впадаем в анабиоз. Либо в панику. Потому что нас не научили адекватно воспринимать время, ценить его и качественно распределять. Потому что люди боятся правды и готовы выдумывать небылицы, лишь бы приукрасить действительность.
По принципу искажения реальности и страха слышать или видеть настоящую правду ловеласы и казановы маскируют свои комплексы сменой сексуальных партнерш. Размер, рост, время, внешность – в этом все дело. В неумении. Вместо того чтобы научиться науке любви, мужчина предпочитает сменить ту, которой было с ним «не очень», на следующую. А вдруг? Вдруг с этой женщиной его воображаемая картинка совпадет в настоящем времени? Таким же образом подмены понятий мамаши вымещают неудовлетворенность, отрываясь на детей, а отчаянные труженицы производства компенсируют отсутствие любви тягой к работе. Примеров множество.
Не знаю, что на меня подействовало. Наверное, эти разговоры про детей. Последнее время их стало слишком много в моей жизни. Одним словом, я задумалась о потомстве. С кем? Зачем? Когда? Сколько? Эти мысли терзали сознание, прорывались в сны и морочили голову своей настойчивостью с утра до вечера. Не знаю, может, так просыпается пресловутый материнский инстинкт?
– Таня, – я позвонила первой, – прикинь, мне твоя затея покоя не дает. Я тоже думаю о детях.
Я говорила легко, беззаботно, чтоб казалось, будто поддерживаю подругу, не обременяя себя такими мыслями на самом деле.
– Я даже придумала имя будущему ребенку. Это будет девочка Евочка. Нравится?
– Николая посадили.
– Что???
Я чуть не выронила мобильный. Блин, не вовремя я с наследниками.
– Как? Что случилось?
– Взяли с поличным. Наркота.
– Тань, ты шутишь? Николай был связан с наркотиками?
– Кто его знает, – она вздохнула, – я в его бизнес не лезла, ты знаешь.
– Как это случилось?
– Рассказывать долго не буду, сама не знаю. В офисе вчера обыск был, по наводке, скорее всего. К Николаю вчера не пустили, собираюсь сегодня вместе с адвокатом. Подробности при личной встрече.
Она отключилась.
Я села на пол и разрыдалась. Не потому, что мне было жаль Николая, не потому, что я не могла сейчас помочь чем-то подруге, а просто так. Наверное, что-то во мне переполнилось. Есть такая секретная кнопочка в женском организме, когда он наполняется терпением, эмоциями невысказанными или каким-то еще неудовлетворением, она срабатывает. Отжимается, отщелкивает, как пружинка. И тогда женщина либо рыдает (легкая форма), либо заболевает (тяжелая форма).
В момент моих жутких рыданий зазвонил телефон. Я не собиралась отвечать и даже смотреть в его сторону. Но он настойчиво звал обратить на себя внимание. Заплаканными глазами я взглянула на экран мобильного. Это был Миша. Наши отношения развивались стремительно и, по моей логике, должны были перейти в фазу совместного проживания на одной территории. Но от него активных предложений не поступало. Я не напрашивалась. Хотя умом понимала, что за это время, что мы знакомы, люди определяются. Они либо хотят быть вместе и начинают съезжаться и пробовать «семейную жизнь» на вкус, либо разбегаются. У нас все зависло на стадии свиданий. Когда мужчина свою девушку выуживает из дома, проводит с ней какое-то время, но потом домой и возвращает. Эта мысль мне не сегодня пришла в голову, не в момент его звонка. Она как занудливый дятел сверлила мозг с регулярной периодичностью. Но я гнала ее. Всегда. Обжегшись слитием душ и тел в предыдущих отношениях, ошибок повторять не хотелось. Мне сейчас хорошо, и ставим точку. Наслаждаемся моментом. Не забегаем наперед. Многие месяцы подобный контроль мыслей помогал мне чувствовать себя счастливой. Быть «здесь и сейчас» – самая сложная задача. Освоить ее, применить, проживать осознанно каждый день и каждую минуту дается не каждому. Не думать о прошлом и не забегать наперед – значит победить свои страхи.