– Милада! – позвал граф, прежде чем открыть дверь. – Все нормально?
– Да, мы готовы. Все хорошо.
Первым вошел сан Венте, на какой-то миг я потерялась за его плечами, но потом разглядела весьма уютную комнату в бежево-лиловых тонах. Большие окна были занавешены тюлем, а на полу, так же как и на широкой кровати, лежало множество подушек. Княгиня Виталлески стояла у стены и держала за руку незнакомую мне женщину. Та смотрела настороженно, но с плохо скрываемым любопытством.
– Все хорошо, – повторила княгиня. – Ночь сегодня была тихая, она спала спокойно и проснулась в прекрасном настроении. Правда, милая?
Женщина кивнула и потянулась к сан Венте.
– Грег, – хрипло шепнула она.
Он подошел и, взяв ее руку, поднес к губам.
– Здравствуй, Далила.
В глазах мужчины сквозили забота и сожаление, он спокойно смотрел, как незнакомка прикоснулась к его щеке, чуть-чуть погладила и вдруг чихнула.
– Будь здорова, – тут же ответил он. – Не заболела? Не холодно?
– Нет, даже жарко…
– Это от зелий.
– Они вкусные. Намного вкуснее, чем те, что были раньше. Новый рецепт? – женщина покосилась на меня. – А кого ты привел? Кто это?
– Познакомься, – сан Венте поманил меня, позволяя подойти ближе, – это Эрина, моя новая супруга. А это Далила Вайон, она живет здесь и никогда не покидает башню.
Я едва нашла в себе силы, чтобы вежливо поздороваться.
Далила Вайон! Графиня номер два, та, что сошла с ума, о боги, но это значит…
– Твоя жена жива, – я изумленно повернулась к Виталлески, словно ища поддержку, – жива!
– Конечно жива. – Сан Венте отпустил руку женщины и, приобняв меня за плечи, притянул ближе. – А теперь идем отсюда, она не всегда может спокойно вынести большое скопление народу.
Он буквально насильно вывел меня из башни и, только оказавшись в коридоре, немного расслабился.
– Она жива, я ее не убивал. Но поверь, сумасшествие иногда хуже смерти.
– А брак? – Мой мозг старался быстро переработать информацию, подстраиваясь под новые известия. – Как же брак?
– А что брак?
– Развод невозможен!
– Мы не давали друг другу клятв, если ты об этом, – он пожал плечами, – союз с Далилой всегда был фиктивным.
– Понятно, ты развелся с ней сразу же…
– Нет, – прервал он. – Не надо думать обо мне хуже, чем я есть. Сначала мы развелись, а потом она сошла с ума. Это родовой недуг, она предполагала, что когда-нибудь подобное случится, просто не знала точных сроков.
– Но почему тут? – Я обернулась на дверь. Для молодой женщины эта башня стала темницей.
– А куда ей деваться? Снять недуг невозможно, а для поддержания более-менее вменяемого состояния нужны зелья. В лечебницах ей не помогут.
– Отправь домой.
– Эрина, она последняя в роду. О ней некому позаботиться, – сан Венте покачал головой. – Я не ставлю над ней экспериментов и не проклинаю по двадцать раз в месяц, могу поклясться, если ты так волнуешься. Королевские лекари раз в полгода приезжают, чтобы провести обследования и проверить состояние здоровья последней Вайон. У меня она в большей безопасности, чем где-либо еще.
Я обхватила себя руками. Информации оказалось слишком много, что-то не сходилось, какого-то кусочка не хватало, чтобы представить общую картину, и это безумно отвлекало.
– А почему к ней запрещено ходить? Ей же скучно в одиночестве. – Я пыталась найти объяснение прошедшим событиям.
Сан Венте двумя пальцами взял меня за подбородок и заставил посмотреть в глаза.
– Далила иногда совершенно не помнит себя и того, что делает. Раз в месяц наступает обострение и ее поведение становится ужасным, она может покалечить себя и посторонних, понимаешь? Никогда, ни при каких обстоятельствах не приближайся к башне без меня или Милады. Пообещай! Никогда и ни при каких обстоятельствах! И никакое женское любопытство не будет тебе оправданием.
– Обещаю, – ответила я. – Я не любопытна, просто объясняй смысл запретов, хорошо?
– Договорились.
Он убрал руку и отступил на шаг.
– У меня есть пара неотложных дел, мы не могли бы продолжить беседу позже?
– Конечно, я тоже хотела отдохнуть и все обдумать. – Я постаралась улыбнуться, чтобы подчеркнуть благодарность за доверие, но пронзенная внезапной мыслью, замерла: – О боги… Женское любопытство не может служить оправданием… Почему ты так сказал? Почему ты произнес это именно так? Милада сегодня рассказывала о твоих женах и несколько раз упомянула, что Алисия Деграй была не в меру любопытной особой. Она ведь сбросилась отсюда, да? – предчувствуя ответ, торопливо спросила я.
Сан Венте сжал зубы, из-за чего желваки на его щеках нелепо задрожали.
– На этот раз слухи правдивы, – сказал он после небольшого молчания. – Алисию убили. Далила вытолкнула ее из окна в период безумства, но король личным указом приказал завершить расследование, не позволяя никому узнать правду. Далила ничего не помнит, она не выдержала бы и дня в темнице… Что теперь? Осудишь сумасшедшую?
Глава 12
А через полчаса в дверь моей комнаты постучалась Ирис.
– Что случилось? – Я распахнула створки, с недоумением глядя на горничную. – Я тебя не вызывала.
– Ничего срочного, просто милорд просил вам передать, – она протянула большую корзину, накрытую тонким покрывалом. – А еще я хотела добавить: мы все очень рады видеть вас хозяйкой, миледи. – Ирис поклонилась и, бросив любопытный взгляд на корзину, убежала.
– Я тоже рада быть вашей хозяйкой, – пробормотала я, занося в комнату подарок.
Приподняла ткань и облегченно улыбнулась – на голубой подушечке сладко посапывал рыжий лисенок.
Последние события не оставляли сомнений, сан Венте вовсе не так ужасен, как кажется с первого взгляда. Совершенно непонятно, почему он создал себе образ злостного затворника? Конечно, я не рассчитывала на сильное преображение, но надежда на то, что в моей жизни все сложится хорошо, расцвела в душе ярким пламенем.
– Малыш, – прошептала я, поглаживая рыжую спинку. – Маленький, невинный малыш. Как же мы с тобой похожи и в то же время как различны… А кто нас сделал такими? Правильно, великий Грегорио сан Венте.
Я поставила корзину рядом с кроватью и, мельком взглянув на себя в зеркало, отправилась искать супруга. Ему стоило сказать спасибо.
Знаете, чем опасна судьба? Тем, что она дает сладкий пряник тогда, когда его совсем не ждешь. Она расслабляет. Позволяет верить в лучшее. Рассчитывать на чудо. В какой-то момент я тоже пала жертвой этой волшебной беспечности.
Сан Венте не было в кабинете и в каминном зале. Поймав в коридоре мальчишку Тома, я узнала, что милорд и княгиня сейчас пьют чай в зимнем саду. Решив, что благодарность надо высказать не только мужу, но и его сестрице, направилась к ним.
Зимний сад в моем родовом замке был совершенно обыкновенным: цветы в кадках да пара кустарников. Но тут всем заведовал сан Венте, а он не экономил на магии для собственного дома. Сад утопал в зелени. В воздухе витал запах ароматных цветов и трав, под ногами стелился мягкий бархат земли, а под высокими деревьями притаились две узкие скамейки с увитыми диким плющом спинками. На одной из них, спиной ко мне, восседала красавица Виталлески.
– Ты не прав, Грег! – продолжала она давно начатый разговор.
Я поискала взглядом супруга и с удивлением нашла его в самом дальнем углу. Он задумчиво обламывал листья у какого-то растения и тут же одним движением руки приживлял их вновь.
– Совершенно не прав, девчонка принадлежит тебе, не стоит возиться с мелочами. Просто попроси, и она сделает все что угодно. – Княгиня экспрессивно взмахнула рукой, призывая брата прислушаться к словам. – Не мне тебя учить, как сладить с собственной женой.
Я нахмурилась. Разговор явно шел обо мне.
Неужели это тот самый, третий раз? Третий раз, когда боги позволяют узнать что-то, что должно быть скрыто от чужих ушей? Какое искушение! Отказаться и уйти? Можно упустить шанс. Остаться? Третий раз самый опасный… Никогда не знаешь, чем он может кончиться.
Сан Венте отломил еще один листок и начал оборачиваться. Все еще не решив, как поступить с представившейся возможностью, я нырнула за ближайший кустарник и затаилась среди густых широколистных веток.
– Она поверила, – сказал граф, глядя на Виталлески пустым взором.
– Конечно поверила, – красавица усмехнулась. – Но согласись: я была хороша?
– Приемлема, – он опять отвернулся, – хотя можно было бы обойтись без этого.
– Ох, Грег, ты слишком непоследователен. Не ты ли говорил, что эта девочка – последняя надежда? Я лишь подыграла.
– Из тебя вышла изумительная актриса. Когда сказала, что Эрине следует показать башню, я подумал, что ты сошла с ума.
– А как тебе показалась Далила? Правдоподобная, верно?
– Странно видеть живой того, кто уже несколько лет покоится в земле.
Виталлески рассмеялась:
– Ну, вид у тебя и правда был озадаченный. – Она скинула туфли, оголяя худощавые ноги в тонких колготках. – Зато теперь у твоей бесценной солнечной девочки больше нет вопросов. Кстати, я обещала Филину небольшую премию за помощь.
– Напрасно. Он переиграл, – сан Венте поморщился, – Далила была не столь придурковата.
– Эрина все равно ее не знала.
Княгиня поправила юбку и продолжила наблюдать за братом, который в очередной раз приживил листочек и, вздохнув, направился к окну. Почему-то ему всегда нравилось наблюдать за мирно падающим снегом, будто природная монотонность дарила то спокойствие, которого была лишена его душа.
– Ты не выглядишь довольным, – Виталлески пошевелила большими пальцами, – неужели привязался к девочке?
– Нет, просто…
– Просто?
– Как-то это все неправильно. Глупо было называть Далилу убийцей, ведь по сути она жертва. Когда я женился в третий раз, она уже была мертва.
– Согласна, тут я немного переусердствовала.
– Да и Эрину можно было не обманывать. Из нее вышла неплохая жена.