Тэд ответил не сразу. Пару минут я просто лежала и слушала его дыхание.
– Да, для него, – сказал, наконец. – Нику сильно придавило ноги. И мне сказали, что сделать уже ничего нельзя, слишком много времени прошло, слишком сложная травма, раздроблены кости, только ампутировать. Он останется инвалидом… если вообще выживет, и… что тогда будет с ним? С его семьей? – Тэд чуть судорожно вздохнул. – Понимаешь, я никогда не стал бы жалеть о том, что обратился за помощью ради него, что променял свою свободу на чью-то жизнь. Я сознательно сделал бы это, даже если бы был уверен, что Ник работает на отца и послан охранять меня. Потому что он сам не раз рисковал жизнью ради меня. Несмотря ни на что, он хороший человек. Но я хочу знать правду.
Я кивнула, погладила его ладошкой. Правда – это очень важно.
– И еще… то, почему я впервые начал сомневаться, – сказал Тэд. – Когда нас уже привезли в Люфф, и мне должны были делать операцию найденные отцом врачи, я видел Ника в коридоре. Меня везли в операционную, а он стоял там и разговаривал с кем-то… Просто стоял… Мне сказали потом, что показалось, не может быть. Но я уверен. Только вот человек, у которого раздроблены кости, так быстро встать на ноги не может, – он вздохнул снова. – А потом я больше не видел его.
Тэд сказал, что хочет найти Ника и потом решить. Дело даже не в том, что он хочет найти повод снова сбежать и влезть в какую-то новую самоубийственную дурь. Хватит бегать.
Да, семейное дело все равно перейдет старшему брату, Гарри готов к этому и из своих рук точно не выпустит. Но и Тэду тоже пора перестать бегать. Как бы там ни было, как бы он ни пытался отрицать, но из него действительно мог бы получиться неплохой юрист. Не зря учился, отлично прошел практику. Только не в отцовскую компанию, а найти работу самому. Вон, хоть в Эрвике – большой город, наверняка юристы нужны.
Если только удастся договориться.
Тут Тэд прижал меня крепче, нежно поглаживая мой живот. Эрвик ведь не случайно. Если я поеду учиться в Эрвик, а он работать… можно снять квартиру там… да и вообще…
Про «завести семью» он умолчал, но это так отчетливо скользило между строк. По нынешнему договору он должен жениться до конца осени. Нет, о таком думать пока рано, да никто и не собирается… но если бы все получилось… Мы просто будем рядом. Сможем видеться. А там – кто знает, может быть, что и получится.
А утром, когда я пыталась ускользнуть пораньше, мне ведь на работу пора, Тэд поймал меня прямо в постели и не пустил. «У тебя сегодня выходной», – веско сказал он. И вообще, он мой босс и я должна его слушать. Выходной, так выходной. По крайней мере, на работу можно прийти попозже, он разрешает. Поэтому мне стоит еще поспать, а он сейчас пойдет варить кофе и жарить яичницу. Я ведь не против яичницы по утрам?
35. Анджи Кравец
Я проснулась от чужого будильника. То есть, не совсем чужого, Мик заводил для меня, потому что мне утром надо пораньше встать и помыть голову перед работой. Он даже купил фен себе домой, чтобы мне было удобнее, если я остаюсь у него. Так мило…
Мы уже третью неделю встречаемся. Ну, как встречаемся, последнее время я провожу у него дома больше времени, чем у себя. Даже не знаю, как так вышло, но… он встречает меня вечерами после работы, ведет в кафе или в кино, или просто к нему, поужинать вдвоем.
В какой-то момент я отчетливо осознала, что привыкла к этому, что все привыкли и мне не сбежать. Я уже не могу отказаться, если у меня нет настроения.
Хочу ли сбегать, и что меня смущает во всем этом, я никак понять не могла. Может, просто я еще не готова к серьезным отношениям? Если они у нас серьезные, конечно.
Будильник…
– Анджи, солнышко, тебе пора, – Мик лениво потянулся, поцеловал меня в плечико.
– Да-да, сейчас, – вздохнула я.
Мне надо вставать, а он поваляется еще.
Потом, когда я освобожу ванную, он встанет тоже и пойдет бриться. А я – готовить завтрак. Мик любит хорошо прожаренные тосты и омлет с зеленью… только не шпинатом, шпинат он не любит, и базилик тоже. А по вторникам, четвергам и воскресеньям – яичницу с беконом, только чтобы поменьше жира, но бекон он выбирает сам. Я выучила все предпочтения. Вечером – лучше всего идет бифштекс с кровью или отбивные под сыром, на худой конец. А если рыбу, то только такую, в которой нет костей. Но на рыбу он согласен не чаще раза в неделю.
Честно говоря, я предпочитаю на завтрак овсянку и йогурт, но готовить себе кашу, а Мику яйца – мне лень, поэтому ем то же, что и он. Нет, Мик не привередлив и постоянного разнообразия ему не надо, но жрет он за троих, надо признать.
В целом, он хороший…
Впрочем, иногда, когда Мик работает допоздна, я остаюсь у себя дома и могу немного расслабиться.
С другой стороны, не могу сказать, что это сильно напрягает меня. Мик мне нравится, с ним довольно весело, да и вообще… Он внимателен ко мне, он починил у меня дома все, что только можно починить, купил мне новые туфли и два новых платья. Он учит меня водить машину, намекая, что мне обязательно нужна своя, и он бы помог с этим…
Дела в автомастерской как раз идут хорошо, клиентов всегда много, Мик даже нанял еще сотрудников. Он сам общительный парень и дело свое знает, может разобрать и собрать все, что угодно, хоть с закрытыми глазами.
Надо бы встать, но сил никаких нет.
– Опоздаешь, соня, – Мик обнял меня, легко потрепал волосы.
Совсем никаких сил.
– А, может быть, ты сегодня приготовишь завтрак?
– Ну, милая, – он снова поцеловал нежно-нежно, – у тебя ведь лучше получается. А у меня снова подгорит. Разве ты хочешь горелую яичницу?
Не хочу я яичницу, черт бы ее побрал. Спать хочу. Но делать нечего, на работу мне все равно надо. Так что я вылезла кое-как. И в душ.
Теплый, прохладный и снова теплый, до тех пор, пока не почувствовала себя более менее нормально. Надо спать, наверно, больше. Раньше ложиться… хотя с Миком не очень-то ляжешь.
А вот позавтракать я так и не смогла.
Пока говорила – еще ничего, а вот потом села перед тарелкой и поняла, что есть я это не буду. Вроде все нормально получилось, Мик уплетает за обе щеки, а я не могу. Только половинку тоста с джемом и немного кофе.
– Ты чего не ешь? – спросил Мик.
– Что-то… не хочу. Чувствую себя не очень.
– М-м, – сказал он, доедая последнее. – Ты смотри так, не заболей.
– Да нет, я…
– Не выспалась, наверно, – Мик пожал плечами. – Так бывает.
Ох, очень надеюсь, что все действительно так, что это пройдет и… Только бы это не то, о чем я подумала. Потому что выворачивает от запаха яичницы.
Но ведь не может. Мы ведь взрослые люди. Мы предохранялись… почти всегда.
* * *
Еще дня два я пыталась надеяться, что все это пройдет само собой. Мало ли, от чего мне нехорошо. Потом сдалась, купила тест на беременность.
И вечером показала Мику.
– Ты что, серьезно, да? – он недоверчиво смотрел то на меня, то на тест, который я ему протягивала.
– Да, серьезно. Что будем делать?
Он нахмурилась, но, надо признать, не попытался сбежать сразу.
– А, может быть, еще один сделать?
– Я купила три, и все показывают одно и то же.
Он мотнул головой, потер подбородок.
– Но ведь мы предохранялись, да? Этого не может быть.
Но это есть. Да, я видела, Мик совсем не готов и последствий ему хотелось.
– А кто несколько раз приставал ко мне ночью? Помнишь? Когда тебе не спалось, ты лез обниматься, и иногда это заходило довольно далеко. Или как-то утром тоже было. И еще один раз на речке.
А ведь я всегда считала себя благоразумной девушкой. Как я могла допустить такое? О чем я думала?
– Черт! – сказал он.
Вот именно.
– Что будем делать?
– Ну, не знаю, – сказал он. – Подожди, я как-то не очень готов к этому.
– Ты думаешь, будет лучше избавиться от ребенка?
Честно говоря, я уже серьезно обдумывала такой вариант. Потому что я тоже не готова. И уж точно не потяну все это одна, а Мик… Он явно не в восторге. На моей карьере можно поставить крест. И уж точно никакого миллионера мне больше не соблазнить.
– Нет, подожди, – он все же обнял меня за плечи. – Анджи, не торопись так. Я просто немного не готов к этому, но думаю… Ну, наверно, это не так плохо? Не торопись.
– Вообще-то с этим нельзя затягивать. Нужно решить…
Мик вздохнул. Повернул меня чуть боком, задумчиво погладил мой живот.
– Слушай, ну, не знаю. Думаю, мы могли бы попробовать. Вдруг из меня получится хороший отец?
Он попытался улыбнуться.
– А если не получится? – сказала я.
– Но ведь пока не попробуем, не узнаем, правда?
36. Эдвард Хармсворт
Небольшой дом на окраине, каких сотни.
Открыла девушка. Обычная, худенькая, с пятном зубной пасты на домашней футболке.
– Доброе утро. Я ищу Ника Левински.
Она окинула меня взглядом с ног до головы. Потом оглянулась куда-то в дом.
– А что вы хотите? – спросила она.
Думаю, Ник там, я пришел удачно, просто пока у нее нет причин доверять мне.
– Меня зовут Тэд, мы служили вместе. Я просто приезжал в город по делам и… решил заглянуть.
Сомнения в ее взгляде стало больше.
– Тэд?
Думаю, она что-то знает, возможно, куда больше меня.
– Ник ведь дома? А вы Марийка? Я слышал о вас.
Она окинула меня взглядом снова, как-то иначе. Все это ей не слишком нравилось.
– Сомневаюсь, что слышали, – сказала со вздохом. – По крайней мере, не от Ника. Его сейчас нет, у него дела, он будет вечером. Я передам ему, что вы заходили.
И попыталась закрыть передо мной дверь.
Нет, так не пойдет. Я уверен, что Ник здесь.
– Ник! – крикнул я. – Это Тэд Хармсворт! Нам нужно поговорить!
– Вам лучше уйти, – девушка еще больше напряглась.
– Ник! – крикнул я громче.
Нет, врываться в дом я, конечно, не буду, но и уйти просто так – не уйду. Отступил на шаг, она закрыла дверь, и я остался. Сначала все тихо, потом голоса за дверью, приглушенные, потом все громче. Они о чем-то спорили там. И, наконец, дверь снова открылась.