Она на пару секунд задумалась. А потом кивнула:
– Ладно. – Она подняла подбородок и глубоко вздохнула. – Давай.
Он взял ее за руки и притянул к себе:
– Зоя Монтгомери, согласна ли ты выйти за меня замуж?
– С превеликим удовольствием.
– Превосходно. – Он поцеловал ее в губы. – Ну а теперь мы все уладили? – Он посмотрел на нее сверху вниз, думая, что теперь-то настало время ему уйти.
– Боже, да, – промолвила она, едва держась на ногах.
– Так пойдем отсюда.
Слава богу, все закончилось, подумала Зоя, просовывая руки в рукава пальто, которое держал Дан, и размышляя, почему по ее спине пробежал холодок – от осеннего ветерка или от его шершавых пальцев, коснувшихся ее шеи.
Напереживалась как никогда за столь короткое время и вряд ли захочет повторения, потому что у нее по-прежнему дрожали коленки от сумбура в душе и теле.
Оставалось удивляться, что она все сохраняла вертикальное положение. После того как Дан пошел ва-банк в их игре и начал одаривать ее объятиями, поцелуями, нежными улыбками и жаркими взглядами, она еле держалась на ногах, тихо млела и благодарила Господа за поддержку.
Еще больше она была готова сказать спасибо после того, как услышала о череде женщин Дана, и у нее в глазах потемнело от ревности, сердце защемило, навалилась слабость. Хотя все недавние чудеса не должны были ее беспокоить, потому что происходившее в этот вечер было нереальным и ей не следовало переживать.
«Я же не фантазерка, – говорила себе Зоя, застегивая пуговицы и стараясь не смотреть на подтянутый живот, показавшийся за поясным ремнем его джинсов, когда Дан надевал куртку и его рубашка чуть задралась. – Я – реалист».
Однако после того, как он заключил ее в объятия и якобы сделал ей предложение, она размечталась, как бы это было на самом деле. Что бы она почувствовала, если бы кто-то правда захотел на ней жениться…
Зоя постаралась взять себя в руки. Мотнула головой, чтобы стряхнуть наплывающий на нее туман. Все происходящее с ней – абсурд. Может, она просто очень устала. Дают знать о себе гормоны. И пережитый стресс, конечно. Поэтому и выбрала себе в рыцари первого попавшегося человека.
А может, ей следовало узнать его чуть получше, подумала она, застегивая последние пуговицы. У нее поднялось настроение при мысли, что нет необходимости сейчас же сказать ему «до свидания». Может, предложить ему где-нибудь посидеть, поблагодарить за помощь? Поужинать с ним? И они вместе подумают, что делать дальше.
О'кей, но прежде она никого никуда сама не приглашала. И, честно говоря, после нескольких месяцев неудачных онлайн-знакомств и после всего случившегося в этот вечер такое приглашение – далеко не сверхсложная задача. Не подъем на Эверест, правда? Дан одинок, она одинока, и у них влечение друг к другу.
Значит, можно так сделать, говорила она себе, а ее сердце застучало столь сильно, что ей чуть не стало дурно. У нее неплохие шансы. В баре Дан не хотел ее отпускать, так что, скорее всего, и сейчас скажет «да». Риск услышать унизительное «нет» столь мал, что им можно пренебречь. Терять ей нечего, а приобрести может весь мир.
Несмотря на все эти доводы, у нее пересохло во рту, едва она повернулась к нему. В горле словно застрял комок, и глотательные движения не скоро помогли от него освободиться. Наконец она выдавила из себя:
– Я не успела как следует поблагодарить тебя за помощь.
Поправив отвороты и воротник рубашки, Дан окинул ее взглядом и тепло улыбнулся:
– Еще не поздно это сделать.
– Ты был великолепен.
– Меньше чем вполовину от твоего. Ты точно все придумала на месте?
– Кое-что позаимствовала у сестры и ее бывшего, но некоторые детали изменились. Она именно так все чувствовала, хотя…
– Ну, чудеса чудесами, а вышло забавно.
– Да, точно. – Она улыбнулась. – Хотя не надо было тебе делать мне предложение.
– Мне показалось, что это наилучшим образом увенчает дело.
– Так и вышло.
Он поправил манжеты рубашки, выглядывающие из рукавов куртки, и поднял на нее глаза:
– Так игра стоила свеч?
– Весь этот спектакль? Даже не знаю. Подумаю на досуге.
– По мне, так все они не заслуживают такого внимания.
– А тебя травили в школе? – спросила она.
– Нет.
Конечно нет, подумалось ей. Да и с чего бы?
– Тогда тебе легко говорить.
Он сунул руки в карманы джинсов и пожал плечами:
– Может быть. Но моей сестре досталось. Эти истязатели всегда трусишки, и Саманта – не исключение.
– Сучка.
– Настоящая. И завидует тебе.
На секунду повисла тишина. Зоя смотрела на него с безмолвным удивлением.
– Она? Завидует? Мне?
– Сильно, – кивнул он.
– Чему, ради всего святого, она завидует?
– Для начала, ты умница, симпатичная, достигла успеха.
И снова после его слов у Зои отнялся язык, только на сей раз не от удивления, а от разлившегося по телу приятного тепла. Он правда так считает?
– Она бы свою почку отдала за половину твоей предприимчивости. – Он заговорщицки ей улыбнулся, что лишь добавило жара в ее теле. – Потому что, по моим данным, у компании «Шипли эстейт» дела неважнецкие.
– О, дорогой, неужели? – воскликнула она, понимая, что, даже подавив в себе все мстительные чувства, не смогла бы проникнуться к Саманте симпатией. – Правда плохи их дела?
– Крайне плохи.
– Ха, – бросила она и залилась румянцем. – Жаль. Вообще, сильно радоваться не приходится, правда?
– Но немножко можно.
Он еще более заговорщицки ей улыбнулся, его глаза весело блеснули, а у нее голова закружилась от впервые испытанного ощущения, что у нее есть соратник. И этот соратник – Он! Только поэтому можно сказать, что вечер удался!
Твердо решив выбросить из головы Саманту и ее товарок, Зоя сделала глубокий вдох и сосредоточилась на другом, потому что не стоило тратить на них нервную энергию, в отличие от Дана.
– Послушай, – промолвила невозмутимо, хотя внутри у нее все бурлило, – не пойти ли нам куда-нибудь выпить и перекусить?
Он слегка задумался, вскинул бровь и посуровел:
– Ты меня приглашаешь?
Несмотря на свойственную ей уверенность в себе, от легкого изумления в его голосе она потупилась, а ее щеки покраснели так, что могли бы согреть своим жаром весь Лондон.
– Полагаю, да, приглашаю.
– Но мы же помолвлены. Не поздновато ли делать приглашение?
Все ее опасения вдруг растаяли, и от румянца на щеках не осталось и следа.
– Лучше бы ответил прямо на вопрос.
– Ну, я бы хотел… – Он остановился на полуслове, нахмурился и перевел взгляд на какую-то точку за ее спиной. И в этот момент вдребезги разлетелись все ее глупые надежды, потухли все романтические порывы и умерла вера в статистику и теорию вероятности. – Но…
– Ладно, забудь, – процедила она еще до того, как он успел сформулировать свой отказ, которого она по наивности не ожидала, хотя, исходя из своего опыта, вполне могла встретить.
– Нет. – Он перевел взгляд на Зою и попытался схватить ее за руку, которую она тут же убрала.
– Мне пора идти.
– Подожди…
– Дан! Наконец-то! – прозвучал мужской голос.
Она замерла и перестала сопротивляться Дану, который пытался ее остановить. Повернулась и увидела высокого крепыша, спешившего к ним по тротуару. Мысли заметались в ее голове, чувство стыда заполнило каждую клеточку тела, и если до того ее раскрасневшиеся щеки могли согреть весь Лондон, то теперь, казалось, ее жара хватило бы для целой страны зимой.
Боже! Как она могла так опростоволоситься? Конечно, Дану не до нее. Конечно, в бар он пришел пропустить рюмашку с приятелем. У других людей – особенно у таких, как он, – есть друзья, не так ли? И у них есть планы. В которые не входят женские грезы о бойфрендах и выдуманные смехотворные романчики.
И как она, дура набитая, могла забыть, что все их поцелуи и объятия в баре были просто игрой на публику? И лишь в ответ на ее мольбы о помощи.
– Прошу прощения, – задыхаясь после быстрой ходьбы, извинился подошедший, пожал Дану руку и дружески похлопал по спине. Зое показалось, что ни один из них не обратит внимания, даже если она упадет и начнет биться головой о землю, чтобы прийти в себя. – Мы несколько часов простояли в этом долбаном тоннеле, и моя трубка отключилась. Думал, ты меня не дождешься. Рад, что ты еще здесь. – Он повернулся к Зое, смерил ее взглядом и слегка улыбнулся: – А это кто?
– Пит Бейкер – Зоя Монтгомери, – представил их все еще хмурый Дан.
– Которая сейчас уходит. – Зое не хотелось больше ничего – только повернуться и поскорее удалиться, остаться один на один со своим унижением.
– Правда? – спросил Пит. – А вы не хотите остаться и посидеть с нами?
И чтобы ее страдания продолжились? О боже, нет.
– Спасибо за приглашение, но мне правда пора идти. Много работы… Понимаете… – Она повернулась к Дану, взяла его за руку и чуть тряхнула: – Еще раз спасибо за все. Приятного продолжения вечера!
С этими словами она кивнула им обоим с улыбкой, которую можно было истолковать как безумную, повернулась на каблуках и почти побежала к станции метро.
Глава 5
Дан сидел рано утром за кухонным столом и допивал третью чашку кофе-эспрессо. Настроение у него было неважнецкое. Он читал недавно полученное письмо и взвешивал плюсы и минусы приобретения некоего агентства, которое выставили на продажу в Штатах. В это время зазвонил телефон.
– Что я услышала? Моего драгоценного братца наконец заарканили? И он теперь помолвлен?
От этих слов сестры Дана передернуло, и он едва не пролил кофе.
– Что? – прохрипел Дан, поставил чашку на стол и нервно царапнул свою грудь.
– По-молв-лен, – повторила сестра, на сей раз по слогам, словно он был не в себе и плохо ее слышал. И правда не в себе, после крепчайшего кофе. – Прошлым вечером. Ты… И некая девица… В баре, лучше места не нашлось, и твое предложение… А ты шампанского не перебрал по столь торжественному случаю? Хоть один колокол звонил?