Диана уже открыла дверь в квартиру и нажимает на выключатель. Может, это судьба? Лампочка на секунду загорается и с громким треском погасает.
– Надо заменить, – выдаю я первое, что приходит на ум.
– А ты сможешь? – удивляется Диана, но дверь перед моим носом не закрывает.
– Вкрутить лампочку? Ну естественно.
– Спасибо за помощь, – снова равнодушный тон и безэмоциональное лицо.
– Я скоро вернусь.
Иду в магазин, сам от себя охреневая. Пешком в костюме за тысячу евро иду в магазин за лампочкой! Тео, ты однозначно спятил. Коньяк уже почти выветрился, так что на алкоголь не спишешь.
Покупаю самую дорогую лампочку и возвращаюсь к Диане.
Нет, ну я думал, что сюрпризы на сегодняшний день закончились… Только дверь мне открывает…
– Мама? – не верю я своим глазам.
– Заходи, сынок, – не очень дружелюбным тоном выговаривает она.
Глава 32
Едва я успеваю снять с себя брюки и белую рубашку, как дверной звонок начинает звенеть. И мне на миг даже кажется, что это Теоман вернулся. Либо что-то забыл, либо еще зачем.
Я даже не смотрю в глазок, открываю сразу же. Женщина, стоящая на пороге квартиры, такая безумно знакомая… Да только никак не могу понять, откуда я ее знаю.
Она ошарашена не меньше меня. Смотрит внимательно, разглядывает мое лицо и будто задумывается. И когда она хмурится, я вижу в ней Тео. Внутри меня что-то щелкает. Перед глазами всплывает все, что я читала в интернете после подлости Байдасарова. Когда он выгнал меня из этой же квартиры.
Мать Теомана.
– Что… – она хочет задать вопрос, но с ее губ слетает лишь нервный смешок. – Что ты здесь делаешь?
На самом деле нет смысла лгать. Но я также вспоминаю, как нас сфоткали журналисты вместе с Константином Ильичом. Эта женщина явно видела наш снимок и в недоумении именно из-за этого. Думает, небось, в своей главе, откуда в доме Теомана любовница ее мужа появилась.
– Ваш сын привел, – честно признаюсь я и отхожу от двери. Жестом руки указываю внутрь. Мол, заходите. Это же квартира ее сына. И она имеет полное право здесь находиться.
Женщина заходит в квартиру в обуви. Они, богачи, привыкли, наверное, к таким вещам. Правда, Тео всегда разувается.
– Как тебя зовут? – спрашивает она, оказываясь в гостиной. Рассматривает так, будто не была здесь сто лет. Садится на диван.
– Дианой меня зовут. Теоман пошел за лампочкой, – говорю и сдержать улыбку никак не могу.
Байдасаров пошел в магазин за лампочкой! Кто бы поверил? Защитил меня, не дал возможности унизить своей невестушке. Сегодня день настоящих чудес!
Но это на меня никак не действует.
Точно не сейчас!
– У вас какие-то отношения с моим сыном? – темные глаза смотрят на меня в упор. Такое ощущение, будто она против моего присутствия здесь. Но в то же время есть что-то в ее взгляде такое, что заставляет думать наоборот.
– Если скажу, что нет, вы поверите? Или зададите другой вопрос? Почему я здесь, например…
Женщина широко улыбается в ответ.
– Диана, – произносит она слабым голосом. – Мой сын привел в квартиру девушку, фотографию которой я видела вместе со своим мужем в прессе. Вот скажи мне, девочка, что в такой ситуации подумает разумный человек?
– Я даже не знаю, – честно признаюсь, пожимая плечами. – При любом раскладе лучше вам задавать ваши вопросы Теоману. Он вас не обманет. Да и я не люблю лгать, однако… Я же чужой для вас человек. Не люблю оправдываться. Тем более тогда, когда ничего плохого не делала. Все же знайте одну вещь: Константин Ильич – друг моего покойного отца, это он мне так сказал в тот день у больницы, когда я впервые его увидела. Ну и фотографии, – качаю головой. – Откуда там журналисты появились – я без понятия. И вы вполне разумный человек. Я похожа на продажную девку, скажите, пожалуйста? Похожа на девчонку, которая переспала бы с вашим мужем ради денег?
– Не похожа, – отвечает она моментально.
«А ваш сын, скотина, подумал иначе», – кричу в мыслях. Аж дурно становится.
– Вот именно. И ваш сын не привел бы меня сюда в таком случае, верно? Простите, но дальше без меня, – поднимаю я руки вверх, тем самым даю понять, что я пас. Больше не стану вести диалог. Как раз в этот момент снова раздается дверной звонок. – Ваш сын пришел. Можете наедине пообщаться. Я в своей комнате подожду.
Скользнув по мне очередным пристальным взглядом, мать Тео встает с места и идет в коридор. Дверь открывается. Слышу тихое «проходи, сынок» и улыбаюсь. Все-таки женщина она неплохая. Понятливая. Как моя мама.
Сижу тихо. Не хочется, конечно, подслушивать их разговор. Но так интересно…
– Что ты здесь делаешь? – голос Байдасарова доносится из гостиной. Я думала, они направятся в кухню.
– Пришла с тобой поговорить. Но, кажется, я совсем не вовремя. Ты не рад мне?
– Рад, конечно. Просто неожиданно. Только вот здесь ты меня вряд ли найдешь, если приедешь, к примеру, завтра. Эта квартира принадлежит Диане.
Что за ересь он несет? Я ни черта не понимаю. Закатив глаза, вымученно выдыхаю. Мне бы нашу квартиру отремонтировать. Так хочу вернуться туда…
– Вот оно как, – в голосе женщины появляются… Довольные нотки? Почему мне кажется, что она улыбается. – Тебе эта история не кажется странной, Тео? Когда я увидела снимок Кости с этой девчонкой, ты мне сказал, что она дочь друга твоего отца. Но ничего личного я от тебя не услышала. А потом я приезжаю сюда, в квартиру своего сына, чтобы поговорить с ним, а тут она. Девчонка очень даже приятная, я тебе скажу. Мне она понравилась. Но почему я узнаю все последней? Какие у вас отношения?
Воцаряется тишина. Сижу в кровати, прислоняясь к ее спинке. Не хочу ничего слышать. Даже закрываю уши руками. Смотрю в одну точку в потолке.
А ведь я него влюблена. Несмотря на его подлость, рядом с ним мое сердце стучит как бешеное. Я не могу контролировать свои эмоции, когда он стоит вплотную. От его теплого дыхания даже сейчас по коже бегут мурашки.
Ведь это неправильно! Я должна его ненавидеть, да только все точно так же, как и прежде. Мои чувства к нему настоящие. А вот он…
Зачем сюда привел? Из-за того, что чувствует себя виноватым? Что пожалел о своем поступке и сейчас хочет все исправить? Да только все не так просто… Что бы я ни испытывала к Теоману, я не готова все забыть и простить его зверский поступок. Не говорю уж про гадские слова.
– Отношений нет, мам. Хотя они были очень даже неплохие. К сожалению, твой сыночек последний кретин, – на полном серьезе заявляет Байдасаров.
– Слушай, но девчонка нормальная. Даже наивная, я бы сказала. И прямая. Последняя черта характера вообще очень понравилась, – женщина издает тихий смешок. – Надеюсь, сильно не обидел ее. Если что, то я буду на стороне Дианы. Завтра приезжай домой, хочу с тобой серьезно поговорить. Договорились? Мне пора. Поздно уже.
Тео что-то невнятно бормочет. А потом хлопок двери и снова абсолютная тишина.
– Диан, выйди на пару минут, – раздается голос Теомана. Но я не выхожу наружу. Не нравится мне все это. Что он задумал?
Не дождавшись моего прихода, Байдасаров стучит в дверь. Я опять же не издаю не звука.
– Диана, – он заходит в спальню и садится на край кровати. – Что-то не так?
– Все в порядке, – отвечаю я, заламывая себе пальцы. – Я послезавтра Ирину сюда приведу, но дома мы вряд ли останемся. У нее день рождения. Не думаю, что ты одобришь, если мы решим устроить тут небольшой праздник. Поэтому поедем к Вике.
Сама не понимаю, зачем это говорю. Скорее всего, не хочу, чтобы он начал обсуждать со мной свой разговор с матерью.
– Я не против, – смотрит прямо в глаза. – Диан…
– Ты пьян, – выдаю моментально. – Тео, я устала и дико хочу спать. Пожалуйста, оставь меня в покое. Не хочу вести с тобой диалог. Желания нет. Если ты думаешь, что защитил меня перед какой-то искусственной куклой и я сразу забуду то говно, которым ты меня облил той ночью, то ты ошибаешься. Ты настолько был ослеплен своей ненавистью, что даже не заметил, что я невинная девчонка. Что ты был первым мужчиной в моей жизни. Это так сложно было определить? Ну конечно, – нервно усмехаюсь я. – Дикий зверь не может заметить перед собой маленькое хрупкое существо, когда у него перед глазами только то, как порвать на куски свою добычу. Верно ведь? Ты в моих глазах – зверь. Не больше и не меньше.
– Я вроде бы тебя не защищал нигде и не перед кем. Лишь поставил на место тех, кто перегнул палку. Это раз. А второе, – он снова поднимает на меня глаза. Даже за руку берет, гладит мою ладонь большим пальцем. – Ты права. Я был слеп. Вон, даже мама увидела твое истинное лицо, хотя, как только я ее увидел на пороге квартиры, первая мысль, что пришла в голову, так это то, что она выгнала тебя. Походу, единственный кретин в твоей жизни – это я. Наверное, давно надо было сказать… Точнее, попросить прощения. Прости, Диан.
Поцеловав мою ладонь, он резко встает с места и покидает спальню. А через пару минут захлопывается дверь. Я остаюсь наедине со своими мыслями. Он сейчас прощения попросил?
Уснуть никак не получается – сообщение Байдасарова добивает меня окончательно.
«Отмечайте день рождения Иры в квартире. Приглашайте кого хотите. И да, я не пьян, Диана. Я просто, кажется, потихоньку схожу с ума. По тебе. Спокойной ночи, малыш».
Глава 33
Тео
До выходных стараюсь с Дианой не встречаться. В принципе, это несложно. В компании я появляюсь редко – постоянно какие-то встречи и дела вне.
Но в телефонных разговорах с Марком узнаю, что Диана какая-то задумчивая в последнее время. Друг это говорит вроде бы невзначай, но понятно, что с подтекстом.
И что ее так вогнало в задумчивость? Предстоящий день рождения Иры? Разговор с моей матерью? Или я?
Отложив телефон, беру чашку и, сделав глоток кофе, смотрю в окно. Я, черт возьми, не представляю, что дарят маленьким детям. Может, у всезнающего Гугла спросить? Да, это проще всего. Но хочется же чего-то от души…