Диану прошу подождать в коридоре. Не хватало еще, чтобы врач сдал наше знакомство. Договариваюсь я быстро и повторяю, что о нашей договоренности надо молчать. Мужчина понятливо кивает, и мы вместе выходим в коридор. Диана тут же поднимается и с надеждой смотрит на врача.
– Только вы одна. И не больше десяти минут, – ловит пробегающую мимо медсестру и просит: – Выдай девушке халат, маску и шапочку. И проводи к Лазаревой.
– Спасибо, – одними губами шепчет Диана, посмотрев сразу на меня, потом на врача.
– Я подожду в приемном, – предупреждаю и пожимаю руку врачу, который ссылается на занятость и уходит, попрощавшись.
Для меня эти десять минут в приемном ничего не значат. Сидя на диванчике, ответил на пару рабочих писем – вот и время проходит. А для Дианы эти десять минут очень важны.
Наблюдаю, как она приближается ко мне. В глазах – слезы. Но на губах легкая грустная улыбка.
– Ты в порядке? – спрашиваю.
– Да, – кивает Диана. – Я столько времени уговаривала врача пустить меня, но…
– Я не рыцарь, Ди, если ты снова об этом. Идем, поговорим в машине, – дотрагиваясь до спины, веду Диану к выходу.
Она дергается от моего прикосновения и ускоряет шаг, чтобы убрать мою руку. Ладно, колючки так колючки.
– О чем еще ты поговорить хотел? – когда я выезжаю с парковки, спрашивает Диана.
– Ты говорила, что не хочешь быть должной, – начинаю загадочно, но с улыбкой, чтобы не подумала бог весть что.
– Да, – отвечает задумчиво и тут же резко добавляет: – Чего ты хочешь?
– Зачем тебе весь вечер сидеть в квартире и изводить себя? А так развеешься немного, отпустишь мысли. Все равно ты в этой ситуации ничем не поможешь матери.
– Врач рассказал? – уже спокойнее интересуется.
– Да, – киваю я. – Так что? К семи заеду за тобой?
Когда мы подъезжаем к офису, Диана все еще молчит. И хотел бы я знать, что творится в ее голове. Но давить не буду.
– Хорошо, – отвечает, когда мы выходим из лифта. – Заедешь к семи.
Глава 37
Я задумываюсь, осматривая свой скудный гардероб. Наверняка на этом вечере будет сборище богачей в одежде от известных дизайнеров. И, конечно, дамы не забудут обвешаться драгоценностями. Не то чтобы я боюсь ударить в грязь лицом, но почему-то и выделяться простотой не хочу.
И я знаю, кто мне может помочь. Беру телефон и, набрав номер, слушаю гудки, пока наконец-то не раздается голос подруги:
– Слушаю!
– Привет, Вик, подскажи не понимающей в этом ничего подруге, в чем ходят на благотворительные вечера.
– Ни в чем из твоего гардероба, – заявляет она, но лишних вопросов не задает, а только добавляет: – Жди, через двадцать минут буду.
Пока Вика едет ко мне, я делаю укладку и наношу легкий макияж. Почему-то с каждой минутой все больше волнуюсь. Весь былой запал угасает на глазах. Мне кажется, что я не справлюсь. Я никогда не общалась с такими людьми, не знаю, о чем они говорят.
Приезд подруги хоть немного сбавляет градус моим терзаниям. Она с порога окидывает меня взглядом и поднимает вверх большой палец, давая понять, что старания мои оценила.
Вика не спрашивает, каким ветром меня несет на благотворительный вечер. Помогает застегнуть платье и достает из сумочки комплект украшений.
– Не стоило, – качаю я головой.
– Надевай и не спорь, – протестует подруга. – Ты должна быть на высоте. Чтобы ни одна высокомерная гадина не смотрела на тебя сверху вниз.
Сейчас я благодарна Вике, что о Тео она не спрашивает. Хотя уверена, что все понимает. С кем я еще могу пойти на подобное мероприятие?
– Позвонишь потом? – спрашивает, уже одеваясь в коридоре.
– Конечно. Или завтра в универе все расскажу, – обещаю я.
– Договорились, – кивает Вика и посылает мне воздушный поцелуй. – Все, я побежала, а то Максик ждет.
Закрыв за ней дверь, смотрю на себя в зеркало. Внимательно, даже критично еще раз оцениваю макияж. Проверяю, чтобы локон к локону лежал. За этим занятием меня и застает сообщение от Теомана.
«Я внизу».
Не отвечаю. Надеваю туфли, пальто, не застегивая, и спускаюсь вниз. Тео стоит у машины и гипнотизирует телефон. Услышав, как открывается дверь подъезда, поднимает взгляд и… вскидывает брови.
Он смотрит так, будто раздевает меня. Но при этом с восхищением. И мне бы смутиться от этого взгляда, но я почему-то чувствую себя увереннее. Подбородок выше, спину прямее…
– Шикарно выглядишь, – замечает Байдасаров, открывая мне дверь.
– Спасибо, – останавливаясь слишком близко, поворачиваюсь к нему.
Очень… Всего очень в этом моменте. И мы стоим рядом, всего несколько сантиметров разделяют нас. И эти глаза, в которых я вижу неприкрытое желание. Даже напряжение почти осязаемо.
Разорвав зрительный контакт, чувствую, что становится легче дышать, и сажусь в машину. Тео захлопывает дверь, обходит авто и садится, сжав руль руками.
Едем мы куда-то за город. И прежде чем я успеваю озвучить вопрос, Теоман говорит, наконец-то нарушая молчание:
– Мы едем в усадьбу. Если знаешь, это место недалеко от озера.
– Знаю, – отвечаю я. – Я была там на экскурсии, когда училась в школе.
Правда, за пять лет, как оказалось, здесь многое изменилось. Видимо, кто-то хорошо вложился в реставрацию. Оставив машину перед коваными воротами, мы идем к подсвеченному входу по вымощенной дорожке.
Тео галантно предлагает мне свой локоть, и я не отказываюсь. Пусть его близость заставляет меня нервничать, но лучше так.
На входе, когда мы оставляем верхнюю одежду и проходим через фойе к дверям зала, нас встречает улыбчивый мужчина с папкой в руках.
– Добрый вечер. Ваша фамилия?
– Добрый, – отвечает Тео спокойно. – Байдасаров.
Интересно, а в списке значится, что он не один? Будет очень и очень неловко, если меня отправят восвояси. Но пропускают нас без проблем. Что же, фейс-контроль пройден.
– Шампанского? – кивая знакомым, пока мы идем по залу, интересуется у меня Тео.
– Нет, я не пью алкоголь.
– Похвально. Потерпишь, пока я переговорю с парочкой знакомых?
– Д-да, – запинаюсь на ответе, когда натыкаюсь взглядом на своего бывшего начальника, который едва заметно салютует мне бокалом.
Тео, видимо, проследил за моим взглядом, потому что говорит:
– Не обращай внимания.
Легко ему говорить. Не его обвинили в пропаже документов, не его вышвырнули с работы. И вообще, такому, как Тео, и не грозит.
Отворачиваюсь от Павлова, чувствуя себя не в своей тарелке.
– Ты вроде бы хотел с кем-то поговорить? – спрашиваю.
Теоман кивает, и мы подходим к двум мужчинам в возрасте. После приветствия и пары слов на общие темы они начинают говорить о делах. Я улыбаюсь, потягивая сок, пока мы не идем дальше.
– Знаю, – тихо говорит Тео, наклоняясь к моему уху, – это невероятно скучно.
А мне кажется, что всем здесь не скучно, а очень даже любопытно. Или у меня просто началась паранойя, а на самом деле за нами никто не наблюдает. Но Байдасарова вообще не беспокоит, что он нарушает мои личные границы. И так под руку ходим по залу, а он еще шепчет мне на ухо, едва не касаясь губами мочки.
– Добрый вечер, – слышу за спиной голос Виктора Георгиевича и напрягаюсь, сильнее сжав руку Тео.
Проигнорировать Павлова будет крайне невежливо. Поэтому мы отвечаем почти одновременно:
– Добрый.
– А я смотрю, вы переманили мою сотрудницу к себе, – вроде как шутливо замечает Виктор Георгиевич. Ага, после того, как сам меня уволил. Или проверяет, знает ли о той истории Тео. Мы молчим, поэтому Павлов сам продолжает: – Конечно, будь я на месте Дианы Владимировны, тоже выбрал бы молодого и красивого шефа, а не старого зануду.
Надо же, и отчество мое вспомнил. И шутить пытается, будто ничего не было. И мне бы смутиться от его слов, начать опровергать его слова, но я испытываю только глухое раздражение и нежелание общаться с этим человеком.
– Виктор Георгиевич, – ровно, совсем без капли эмоций говорит Тео, – вы о чем-то хотели поговорить?
– Я просто подошел поздороваться, – улыбается Павлов так, что мороз по коже. – Кто знает, когда в следующий раз увидимся. Жизнь так непредсказуема.
И, снова с кивком приподняв бокал, он уходит. Говорил он странно, я, если честно, ничего не поняла. Но Тео хмурится, глядя вслед мужчине.
– О чем ты задумался? – спрашиваю я, надеясь, что у Байдасарова есть предположения.
– Что ничего хорошего ждать не стоит, – отвечает тихо Тео. – Потерпи еще полчаса, и поедем.
– Хорошо, – киваю я.
Остаемся мы чуть дольше, но меня это не напрягает. Главное, что Павлов больше не появляется в поле моего зрения.
А когда я оказываюсь дома, понимаю, что Теоман в чем-то был прав. Чем бы я занималась дома? Изводила себя в ожидании завтрашнего дня. А так от насыщенности этого вечера я моментально засыпаю.
Правда, утром мысли о матери снова не дают покоя. Проливаю на себя кофе, задумчиво глядя в окно. Пока застирываю блузку, подгорает мой завтрак.
День начинается ни к черту.
«Ничего, Диана, это волнение сказывается», – успокаиваю себя.
Понимаю, что на пары ехать смысла нет. Сосредоточиться на учебе я не смогу. Отправляю Вике сообщение, что меня не будет, и думаю, что дома тоже усидеть не смогу. Буду метаться зверем в четырех стенах и грызть ногти.
Поехать бы в больницу, но в этом тоже нет смысла. Врач пообещал, что позвонит, как только что-то будет известно. Остается только офис. Может, монотонная сортировка документов поможет?
Но и на работе я постоянно отвлекаюсь. То гипнотизирую телефон взглядом, то пялюсь в один договор полчаса, не понимая, что там написано. Когда часы показывают обеденное время, в кабинете появляется Теоман.
– В кафе не хочешь сходить? – спрашивает, оглядывая разбросанные по столу документы.
– Нет, – сразу же отвечаю.
Ни аппетита, ни желания идти куда-то.
– Может быть, заказать что-то сюда? – предлагает Тео.