Выдохнув, иду к своему кабинету. Додумывать я больше ничего не стану, а прямо поговорю. Успеваю убрать на столе, когда Тео снова приходит и спрашивает:
– Готова?
– Да, – киваю и, взяв сумку, иду на выход.
– Сразу за Ирой? – интересуется он в лифте, присматриваясь ко мне, а потом добавляет: – Диана, что опять случилось?
– Как ты договорился с Павловым? – задаю вопрос прямо в лоб.
Тео останавливается, снимает машину с сигнализации, но отвечать не спешит. Мы так и стоит на парковке молча, пока он не поворачивается ко мне.
– Ты слышала наш с Марком разговор, – не спрашивает, а утверждает. – Диана, это бизнес. И многие в нем действуют нечестно. Павлов хотел получить объект, и он бы его получил не одним нечестным путем, так другим.
И, наверное, еще недавно я бы снова вспылила. Но как вспомню часы, проведенные в кабинете следователя… Нет, не хотела бы я там снова оказаться. Поэтому мне остается только…
Я подхожу к Тео и, поднявшись на цыпочки, целую его в чуть колючую щеку.
От взгляда Тео я сама теряюсь. Таким удивленным я его, кажется, никогда не видела. Я лишь быстро улыбаюсь и иду к машине.
Тео садится в салон через минуту после меня. Я, признаться, и сама от себя такого не ожидала. Просто поддалась порыву. Обычная благодарность за то, что пошел на уступки Павлову, чтобы меня не терзал следователь.
«Опять сама себе лжешь», – просыпается внутренний голос.
– Какие у вас с Ирой планы в выходные? – спрашивает Тео, когда мы выезжаем с парковки.
– Сегодня дома будем, – пожимаю плечами. – Завтра надо постараться к маме попасть. А в воскресенье как обычно, будем готовиться к школе и работе. А у тебя? – интересуюсь в ответ.
Тео снова удивленно на меня смотрит, будто видит впервые.
– Никаких, – наконец отвечает. – Думал завтра в офис съездить, чтобы хоть чем-то себя занять.
Я снова еле сдерживаю улыбку. Конечно, я не знаю, чем он занимается по ночам, но днями в офисе сидит, часто ко мне заглядывает, домой подвозит. И когда тут со стервозными блондинками встречаться?
Тео идет со мной в фойе школы. Там многолюдно, родители забирают детей, и мы стоим так, будто тоже…
«Господи, Диана, что на тебя сегодня нашло?» – говорю сама себе.
Но я тут же вижу, как ко мне бежит Ириша, и забываю обо всем. Раскидываю руки, чтобы обнять сестру, но она неожиданно бросается к Тео, а он подхватывает ее.
И только потом достается мне порция приветствия. Но я даже не испытываю укола ревности. Понимаю, что Ирише не хватает мужского внимания. Потеря отца была быстрой и болезненной, а она же еще ребенок, вот и привязалась к Тео. И этому подтверждение, что первым делом в машине она спрашивает:
– Тео, а ты сегодня с нами останешься?
– Конечно, – сразу же отвечает и бросает мельком взгляд на меня. – Если Диана не против.
– Ди, – тянет умоляюще сестра.
– Хорошо, – улыбаюсь я. – Только надо заехать в магазин, а то всех я не накормлю.
– Давайте закажем пиццу, – предлагает Тео.
Теперь моя очередь удивляться. Меньше бы меня поразило, если бы он предложил какой-нибудь дорогой ресторан. А представить его в этом костюме явно не за одну сотню баксов, поедающим пиццу… Причем обязательно руками, и соус то на губах и подбородке.
Кажется, у меня вырывается смешок, потому что Ириша спрашивает:
– Диан, ты не хочешь?
– Ничего не имею против.
Достаю смартфон и ищу доставку поближе.
– Заказывайте всего и побольше, – подмигивает Тео, повернувшись к Ирише, пока мы стоим на светофоре.
А я снова не сопротивляюсь. Трех пицц нам вполне должно хватить. Но Ириша еще тычет пальцем в телефоном, забрасывая в корзину и закуски, и напитки, и десерты.
Заказ привозят через час. Мы как раз успеваем доехать до дома, переодеться, правда, только мы с сестрой. Тео лишь сбрасывает пиджак и закатывает рукава рубашки.
И меня снова посещает та же мысль, что и в школе: почти семейная идиллия.
– А давайте, – хитро улыбается Ириша, – мы сядем перед телевизором, включим кино и будем есть прямо в кровати.
Я хмурюсь, не представляя, как на это реагировать, но Тео, кажется, ничего не смущает. Он вдобавок еще расстегивает верхнюю пуговицу на рубашке и улыбается Ирише.
– А что, вечер вседозволенности иногда можно проводить. Иди, малыш, фильм или мультфильм выбирай.
Я даже не знаю, что ответить серьезному бизнесмену, когда он ведет себя как озорной мальчишка. Но раздается звонок домофона, и Тео идет в коридор. Слышу его разговор с курьером, потом хлопок двери…
Соберись, Диана, еще весь вечер впереди…
Глава 41
Тео
Ира почти без умолку комментирует фильм, который выбрала и включила. Отвлекается только прожевать пиццу или выпить сока. Девочка сидит посередине кровати, а мы с Дианой устроились по бокам.
Я старался сразу занять самый край, но вроде бы никто не был против, чтобы я устроился удобнее. Поэтому теперь я нормально сижу, закинув на кровать ноги и подложив под спину подушку, как и Диана с другой стороны.
Никакого дискомфорта не чувствуется, и меня это радует. Сегодня вообще день какой-то… слишком хороший. Вроде бы и ничего не случилось, но ощущение праздника, как в детстве перед новым годом, не покидает.
Диана выключается первой. Я поворачиваюсь, когда начинают идти титры, и вижу, что она уже сползла по подушке ниже и подложила ладони под голову.
– Давай уберем, – тихо говорю Ирише, кивая на коробки.
Она кивает, и мы несем все на кухню. Я складываю остатки еды в холодильник, девочка мне помогает, а потом шепотом говорит:
– Диана сильно устала.
И мне кажется, что эта фраза относится не только к сегодняшнему дню. Закрываю дверцу холодильника и опускаюсь на корточки.
– Все будет хорошо, Ир.
– Все так говорят, – вздыхает совсем по-взрослому, будто на ее маленькие плечи навалились все проблемы этого мира.
– Иди спать, – говорю я. – Только закрой за мной дверь.
– А ты завтра приедешь? – с надеждой спрашивает Ира.
– Если хочешь, то с самого утра.
О поездке в больницу не упоминаю. Об этом должна рассказать сама Диана. И пока еще неизвестно, что утром скажет врач.
– Хочу, – на лице ребенка появляется улыбка.
– Тогда договорились.
Выйдя за дверь, слушаю, чтобы раздался щелчок замка, и только потом спускаюсь. Даже как-то одиноко становится без компании Дианы и Иры. Хотя раньше одиночество меня совсем не тяготило.
Посмотрев на часы, звоню матери. Вряд ли она спит в такое время. Отвечает почти сразу и даже с удивлением спрашивает:
– Сынок? Что-то случилось?
– А почему обязательно должно что-то случиться? Хотел приехать сегодня к тебе.
Мама молчит, и я понимаю ее реакцию.
– Хорошо, Тео, я тебя жду.
Встречает меня мама, как я и предполагал, настороженно. Словно ждет чего-то. Но я сообщаю, что просто решил навестить ее и переночую здесь.
– А что-то в тебе изменилось, сынок, – перестав на меня смотреть как на гонца с плохими новостями, замечает мама, заваривая свой фирменный китайский чай. – На семью потянуло. Может, тебе жениться пора?
– Опять ты начинаешь, – качаю головой, улыбаясь. – Но кто знает, может, и пора.
Больше мы эту тему не поднимаем. Мама знает, что давить на меня бесполезно. И тем более я не люблю, когда лезут в мои дела. Даже если лезут родители.
Будильник звонит в обычное время, хотя обычно я просыпаюсь до него. Но сегодня прямо спал как младенец. Спускаюсь вниз и на кухне застаю мамину помощницу по хозяйству.
– Доброе утро, – говорит она. – Кофе?
– Пожалуйста, – отвечаю, достав телефон и подходя к окну.
Звоню врачу, чтобы самому быть в курсе дела. Не то чтобы я опять собираюсь лезть в дела Дианы, как она выражается, но я более беспристрастный, поэтому и информацию усваиваю без лишних эмоций.
– Слушаю, – отзывается он после нескольких гудков.
– Доброе утро. Вы же сегодня на дежурстве?
– Да. К Лазаревой можете приезжать, – предупреждает мой вопрос. – Часа к одиннадцати. Извините, у меня тут осложнение после операции.
– Я вас понял, спасибо.
Не жду, пока мама проснется. Выпиваю кофе и прошу передать, что позвоню. Еду в город со странным чувством страха, что Диана не будет рада меня видеть. Да, вчера все было замечательно, но кто знает… Договаривался я все-таки с Ирой.
Когда подъезжаю к дому, достаю телефон и кручу в руке. Предупредить о своем приезде или не стоит, так зайти?
Черт возьми, Тео, ты как пацан на первом свидании!
И пока я сижу в машине, размышляя почти по-шекспировски, Диана с Ирой выходят из подъезда. Что ж, судьба сама так решила…
Сигналю, чем привлекаю к себе внимание, и выхожу из машины. Ира мне радостно машет рукой, а Диана пусть легонько, но улыбается. Это точно прогресс в наших отношениях.
– Тео, Тео, – кричит Ира, – представляешь, моя мама выздоравливает!
– Это очень здорово, – отвечаю и тише добавляю: – Я же говорил, что все будет хорошо.
– Доброе утро, – подходит Диана, – а ты?..
– А Тео мне обещал, что приедет с самого утра, – сообщает Ира. – Он же с нами поедет к маме?
Спрашивает она не у меня, поэтому я и молчу. Диана должна сама решить, хочет она, чтобы я с ними ехал, или нет. Молчит и смотрит так, будто мы с Ирой сговорились, но не с осуждением, а по-доброму. Взгляд так и кричит: «Вот хитрецы!»
– Если Тео не занят…
– Прошу в машину, – перебиваю, открывая заднюю дверь.
Ира даже в ладоши хлопает и тут же прыгает в салон автомобиля. Диана подходит ко мне ближе и поднимает голову. Мы смотрим друг на друга, и весь мир с его звуками и движениями будто становится на паузу.
– Спасибо, – наконец тихо произносит она.
Сегодня поцелуя я вряд ли дождусь, потому что на нас смотрит ребенок. Но благодарностей за последние сутки стало много. И это чертовски приятно. Между нами будто рушится стена. Пусть кирпичик за кирпичиком, но рушится.