– Идём, – Марк кладет руку мне на спину, будто подтолкнуть хочет.
Такие дома я видела только в глянцевых журналах, когда Вика выбирала дом своей мечты. Перед нами разъезжаются стеклянные двери, и навстречу выходит женщина. Примерно одного возраста с матерью Тео, но не такая яркая. Больше похожа на учительницу. Волосы в пучке, никакой косметики, однотонное вязаное платье.
– Здравствуйте, – произносит она. – Вас ждут на кухне. Марк, ваш салат готов. В тазике для белья, – говорит она серьезно, но не может скрыть улыбку.
– Спасибо, Анастасия Вениаминовна. А то бы я съел вас. Это Диана, – представляет меня, и я неуверенно киваю в знак приветствия.
Женщина отвечает:
– Очень приятно, – и рассматривает так, что мне хочется провалиться сквозь землю.
– Что же вы так долго? – откуда-то появляется мать Тео.
Точнее, сразу я слышу ее голос, а потом уже вижу ее саму. Сколько в этом доме квадратных метров? Наверняка заблудиться можно.
– Здравствуйте, – вспоминаю о вежливости под ещё одним пристальным взглядом.
– А мы вас уже заждались!
Лейла сразу звучно расцеловывает в обе щеки Марка, а потом меня. Я машинально отвечаю, так и не решаясь спросить, что здесь происходит и почему все сегодня так странно на меня смотрят.
– Вот как можно придерживаться диеты, когда твой сын готовит восхитительно морепродукты и мясо? – смеется Лейла, пока мы идем за ней.
А Тео, оказывается, еще и готовит. О таких его талантах я даже не догадывалась. Думала, он предпочитает рестораны. Ага, и пиццу по пятницам на кровати.
– Вам ни к чему диета, – вежливо отвечаю хозяйке дома.
– Скажешь тоже, – жеманно отмахивается Лейла, чуть обернувшись. – Хотя в твои годы я была такой же тростиночкой. И все удивлялись, как при такой комплекции у меня сильный голос.
Я помню, наткнулась на пару видеозаписей со старых концертов. Голос у Лейлы действительно выдающийся. Даже с записи меня пробрал до мурашек. А уж вживую… Интересно бы было ее послушать.
Мы уже на большой кухне, заставленной всевозможными бытовыми приборами. О предназначении некоторых я, честно говоря, понятия не имела. Но Тео здесь нет.
Я осматриваюсь, и Лейла понимает меня по-своему.
– Детка, давай же я тебе дом покажу. Его проектировал один именитый, но очень эпатажный дизайнер, поэтому здесь можно заблудиться, хотя на самом деле не так и много здесь квадратных метров.
– А там что? – киваю на дверь, ведущую из кухни вроде бы на улицу, а вроде и нет. Стекло затемненное, поэтому не рассмотреть.
– Туда мы как раз скоро и пойдем, – вступает в разговор Марк и открывает дверь.
Прямо из кухни в отапливаемую беседку? И так сразу пахнет деревом и лаком оттуда, что я невольно вспоминаю, как папа когда-то на даче сам делал для меня качели. Они тоже так пахли.
– Откуда грусть-печаль в глазах? – сразу же замечает Лейла.
– Детство вспомнила, – улыбаюсь я в ответ.
– Оставлю вас, – поднимает руки Марк. – Пойду лучше Тео помогу.
И целенаправленно идет через беседку к следующей двери, которая, как я понимаю, ведет на задний двор. Но заблудиться здесь действительно несложно, и я могла просчитаться насчет планировки дома.
– Может, и мы? – киваю вслед Марку.
– Не мешай мужчинам стоять у гриля, они этого не любят.
Лейла подхватывает меня под руку и ведет в гостиную. Оттуда на второй этаж и в мансарду. Я только киваю, слушая о проекте дома и о том, что к нему надо привыкнуть. Ну, переезжать я сюда не собираюсь, поэтому мне привыкать необязательно.
Когда мы возвращаемся в кухню, я все-таки не выдерживаю и спрашиваю:
– Сегодня какой-то праздник?
– Без понятия, – улыбается Лейла. – Может, и есть какой, например, день защиты обезьян в Танзании. А так мой сын решил позвать в гости близких ему людей. Разве я могу быть против?
Близких ему людей? Из всего услышанного в голове заседает именно эта фраза. Ладно Марк… Но я? И ведь явно позвать меня идея Тео. Снова бросаю взгляд в сторону беседки, и Лейла говорит:
– Иди уже. Только вот, – берет с диванчика плюшевый плед и набрасывает мне на плечи. – Чтобы не простыла, а то погода сейчас обманчивая.
– Спасибо, – отвечаю я и иду через беседку к выходу на улицу.
Тео и Марка искать не приходится. Они стоят прямо напротив входа у столика и гриля. И запах такой по всему двору. Оказывается, я жутко голодная, только за волнением совсем об этом забыла. И думала, что сейчас буду волноваться еще больше, но когда Тео смотрит на меня и улыбается, все напряжение куда-то уходит.
– А вот я не додумался набросить на себя что-нибудь, – качает головой Марк. – Пойду греться.
Он уходит, а я подхожу к Тео и говорю тихо:
– Привет.
Он смотрит на меня недолго, взгляд такой теплый.
– Прости, что не встретил. Тебя, наверное, вопросы замучали. Но не мог оставить креветки, они моментально становятся резиновыми, если их хоть немного передержать.
– Ничего. Мне твоя мама дом показала.
– Слава богу, что только дом, а не мои детские фотографии, – смеется Тео.
И так просто, оказывается, рядом с ним. Мы говорим ни о чем, улыбаемся друг другу. И он снова такой… домашний, что ли, в спортивных штанах и кроссовках, в простой черной куртке, наброшенной поверх футболки. И мне уютно. Больше нет волнения и страха…
Вечер получается, можно сказать, семейным. Мы сидим в беседке, и у меня такое ощущение, что я с этими людьми знакома сто лет. Марк постоянно что-то рассказывает, Лейла смеется и дополняет его. Я только хвалю умение Тео обращаться с грилем.
Лейла предлагает мне вино, но я отказываюсь, сказав, что вообще не пью. И вижу в ее глазах одобрение. Марк тоже отказывается, потому что за рулем, и Тео качает головой.
– Отлично, – говорит Лейла, – мне больше будет.
Но сама не выпивает даже половину бокала. Я поднимаю взгляд от тарелки и вижу, как Тео мне чуть заметно кивает в сторону улицы.
Неловко оставлять людей за столом и уходить, но, кажется, Лейла с Марком даже не замечают, как мы уходим.
– Тебе понравилось, Диана? – спрашивает Теоман, когда мы идем по дорожке во дворе.
– Очень. У тебя замечательная мама. И Марк Владиславович, оказывается, такой… веселый, – запинаюсь, не решаясь сказать, что и сам Тео открылся для меня с другой стороны.
– Диан, – он останавливается и смотрит прямо мне в глаза, став серьезным. – Послушай, я не знаю, как это надо правильно делать. Наверное, это должно было быть как-то по-другому, но вот такой я… Ни черта не романтичный, немного скоропалительный, но зато, поверь мне, очень сейчас настоящий.
– Что происходит? – едва выдавливаю из себя, не понимая, к чему он клонит.
– Выходи за меня замуж.
Что, простите?
Глава 47
Закусываю губу и опускаю голову. Смотрю себе под ноги и снова чувствую то самое повисшее между нами напряжение, от которого совсем недавно избавилась. И вот опять…
Байдасаров молчит. Он ждет моего ответа, а я не знаю, что сказать. Да, это было неожиданно, он ошарашила меня. Можно сказать, выбил почву из-под ног.
– Тео, – тихо отвечаю, боясь поднять взгляд, – у меня мама только пришла в себя. На мне младшая сестра, по отцу год не прошел…
Господи, как это глупо звучит. Я сама только призналась себе, что влюблена в него и мне приятно, когда этот мужчина со мной. А сейчас все рушу своими же руками… В данном случае словами.
– Я понял, можешь не продолжать. Идем в беседку.
Вот почему все в моей жизни как-то не так. Только, казалось, все наладилось… Все непривычно ровно и спокойно – и снова что-то случается. Да, слава богу, никакой катастрофы, и наверняка об этих словах мечтают многие девушки. Да и я тоже. Но не сейчас. Не готова я. И очень бы хотелось рассказать Тео об этом, чтобы он правильно понял. А я начала оправдываться близкими.
Марк и Лейла замолкают, когда мы возвращаемся. Интересно, они знали о том, что задумал Теоман? Судя по их лицам, догадывались. И теперь вдвойне неудобно, потому что по моему лицу все видно.
– Извините, мне пора. Завтра пары с самого утра, – неуверенно говорю я.
Ну вот, и снова оправдываюсь.
– Я тебя отвезу, – предлагает Тео, хотя я надеялась, что Марк начнет собираться домой.
И что мне делать? Сейчас я боюсь ему отказать, хотя могла бы сказать, что вызову такси. Поэтому киваю и иду в кухню, надеясь, что не заблужусь по дороге в прихожую.
Тео поднимается наверх, чтобы переодеться, а я, кажется, вот-вот разревусь. Причем громко и с завываниями. Я же могла просто отложить этот разговор, подумать, как правильнее ответить. Дура, Диана, какая же ты дура!
Лейла выходит следом за мной и прикрывает дверь в беседку. Но спрашивает совсем не тихо:
– Деточка, что у вас случилось?
Я лишь качаю головой, стараясь не заплакать. Лейла приобнимает меня и похлопывает по плечу.
– Ну-ну, детка, все будет хорошо.
В этом я уже не уверена. Но я рада, что она не лезет в душу. Не могу я вот так на мать Тео вывалить все свои страхи, пока не поговорю с ним.
– Спасибо, – киваю, отступая на шаг и лишаясь почти материнского тепла, потому что слышу шаги.
Открываю дверь в беседку и выдавливаю Марку улыбку.
– До свидания, – вспоминаю, что ни с кем не попрощалась, и если бы Лейла не вышла следом за мной, то получилось бы некрасиво.
– До завтра, Диана, – кивает Марк.
Мне кажется, он тоже все понимает, и они с Тео еще все обсудят, как и я с Викой. Но все-таки они замечательные люди. Никакого напора, никакого давления, никаких манипуляций. Да, все правильно. Я должна решить этот вопрос только с Тео.
И пусть я не знаю пока, что ему скажу. Однако должна сказать все сегодня, а то потом вырастет между нами стена. И я вообще изведусь.
Лейла в прихожей снова расцеловывает меня в обе щеки и просит, чтобы я почаще заезжала в гости. В качестве кого, интересно?
Нет, я определенно схожу с ума…
Пока мы идем к машине, я все подбираю мысленно слова, но все не нахожу правильных. И только когда мы выезжаем из поселка, тянусь и убавляю громкость звука музыки. Тео никак не реагирует на мое действие, но и обиженным он не выглядит. Главное, чтобы он меня понял.