Кстати, вскоре после свадьбы актрисы и князя, 3 августа 1896 г., Суворин записал в дневнике: «Получил телеграмму, что Яворская женит на себе кн. Барятинского. Она старше его и не любит его. Если она не родит от него, то не уживется с ним долго, или он не уживется с ней». Как в воду глядел!
Отношения их разладились не сразу, но, когда это произошло, «склеить» их было уже невозможно. Недаром в дневнике Суворина мелькнуло однажды: «Яворская оплетает своего мужа». И в другом месте – о ней же: «Какое лживое создание! Она вся состоит из притворства, зависти, разврата и лжи. А муж в ней души не чает. Если б он знал хоть сотую часть ее жизни…».
Петроградская духовная консистория постановила в разводе отказать, однако дело попало в Священный Синод, и его очень быстро рассмотрели, в октябре 1916 г., причем в пользу супруга, брак расторгли с запретом Лидии Яворской выходить замуж в течение определенного времени.
Возмущенная бывшая княгиня, которая оказалась опозоренной в глазах общества, подала жалобу самому императору Николаю II, а после Февральской революции, при Временном правительстве, добилась возбуждения следствия против бывшего обер-прокурора Синода Н.П. Раева. Его обвиняли в том, что он придавал заметное «ускорение» этому делу в ущерб одной из сторон-участников.
Как сложилась в дальнейшем их судьба? В 1918 г. Лидия Яворская уехала за границу, жила в Лондоне. В 1920 г. вышла замуж за Фредерика Джона Поллока и стала баронессой. Князь Владимир Барятинский после Октябрьской революции жил в эмиграции в Берлине, затем в Париже. Печатался в эмигрантских изданиях, наиболее активно – в парижской газете «Последние новости». Женился второй раз. Он пережил Лидию Яворскую и умер 7 марта 1941 г. в оккупированном нацистами Париже.
Юная незнакомка с крымской дороги
В феврале 1914 г. в Аничковом дворце в Петербурге состоялась свадьба, о которой много судачили в великосветских кругах. Князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, связал свою судьбу с великой княгиней Ириной Александровной, племянницей Николая II.
Вечером царь, как обычно, со свойственной ему лаконичностью, записал в дневнике: «Все прошло очень хорошо». Знал бы он, какая завязывается нить! Впоследствии эта пара сыграла роковую судьбу в жизни царского фаворита Григория Распутина: привлеченный красотой Ирины и обещанием Юсупова «привести» к нему жену, старец приехал в Юсуповский дворец, где был жестоко убит…
Что только не пишут сегодня о Феликсе Юсупове, какими только эпитетами не награждают его! «Золотой мальчик», «светский лев» вырождающейся российской аристократии, трансвестит и бисексуал… В 1908 г. он – единственный наследник фамильного состояния Юсуповых, после того как его старший брат Николай погиб на дуэли.
В.А. Серов. Ф.Ф. Юсупов 1903 г.
«В детстве переболел я всеми детскими болезнями и долго был слабым и чахлым, – рассказывал Феликс Юсупов о себе в своих достаточно честных мемуарах, изданных в 1953 г., еще при его жизни. – Худобы своей очень стыдился, не знал, что сделать, чтоб растолстеть. С надеждой прочел я рекламу „Восточных пилюль“. Тайком принялся их глотать, но без толку… Оказался я с характером. И теперь без стыда не вспомню, как мучил я воспитателей… Учился я плохо. Гувернантка думала подхлестнуть меня, взяв соучеников. Но я все равно зевал, ленился и дурным примером заразил товарищей… До пятнадцати лет я страдал лунатизмом. Как-то ночью в Архангельском я очнулся верхом на балюстраде одного из балконов. Разбудил меня, видимо, птичий крик. Увидав, что внизу пропасть, я до смерти перепугался. На мой крик прибежал лакей и выручил меня…
Сколько хлопот я доставлял бедным отцу с матерью! Сладу со мной не было. Принужденья я не терпел. Если что хочу – вынь да положь; потакал своим прихотям и жаждал воли, а там хоть потоп. Я мечтал о яхте, чтобы плыть, куда вздумается. Конечно, мне нравились красота, роскошь, удобства, яркие благоуханные цветы, но тянуло меня к кочевой жизни далеких предков. Я словно предчувствовал тот неведомый, но втайне желанный мир…».
И.А. Юсупова. Фото 1913 г.
Феликс Юсупов не постеснялся рассказать даже то, что другие бы наверняка постарались бы скрыть: «А что до вопроса, откуда берутся дети, тут я тоже долго не гадал. Решил, что, к примеру, несомое курицей яйцо – петушиная частица. Она отпадает от петуха и становится новым петухом, и также происходит и у людей. Сей любопытный вывод сделал я, заметив некоторое различие у мужских и женских статуй, а также внимательно рассмотрев собственные анатомические особенности. Этим представлением я и довольствовался, пока не предстала мне однажды грубая действительность. Произошло это в результате случайной встречи в Контрексевиле, где матушка проходила курс лечения. Было мне тогда лет двенадцать. В тот вечер я вышел после ужина на прогулку в парк. Идучи мимо ручья, в окнах беседки увидел я, как смуглый юноша прижимает к себе хорошенькую девицу. По всему, получали они сильное удовольствие. Непонятное чувство овладело мной. Я подошел, чтобы исподтишка рассмотреть…
В ту ночь я не мог заснуть. Эта сцена стояла у меня перед глазами. Назавтра в тот же час я вернулся к беседке – никого. Я хотел было уйти, но заметил на аллее того смуглолицего типа. Он направлялся в беседку. Я подошел и прямо спросил, не свиданье ли у него с той барышней. Сначала он посмотрел с удивленьем, но потом засмеялся и осведомился, что мне за дело. Я объяснил, что видел их накануне, и он сказал, что свиданье у него с барышней позже, у него в номере, и пригласил меня прийти…
Не помню, сколько я пробыл у них… В тот вечер вдруг разъяснилось для меня все. За два-три часа наивное и невинное дитя приобщилось ко взрослым тайнам…
Отношения между мужчиной и женщиной так поразили меня еще и потому, что прежде я ни о чем таком и думать не думал. Теперь же… я представлял себе знакомых господ и дам в самых немыслимых положеньях. Неужели они все ведут себя так? От этих диких картин моя детская голова пошла кругом. Вскоре я рассказал об этом брату, но тот, к моему удивленью, выслушал все равнодушно. Тогда я замкнулся в себе и ни с кем более об этом не заговаривал».
Ф. Юсупов и Ирина. Фото 1913 г.
Избранница Феликса Юсупова – очаровательная великая княгиня Ирина Александровна, дочь великого князя Александра Михайловича и великой княгини Ксении Александровны, сестры Николая II. Впервые Феликс увидел Ирину в Крыму, когда той было лет 15, ему 23 года. Родители Ирины и Феликса – соседи в Крыму, где они проводили осенние месяцы.
«Это была высокая, очень худая девочка пятнадцати лет, – описывала великую княгиню Ирину ее воспитательница. – Обращали на себя внимание красивые глаза и правильные черты лица, но в общем во всей ней чувствовался какой-то излом, что-то нездоровое; она страшно конфузилась, стеснялась, краснела». При всем том характер у Ирины – вовсе не ангельский: она была упрямой, довольно скрытной и своевольной. Много читала, она могла, к примеру, скрыться у отца, «сидеть одной в ванной и читать какой-нибудь запрещенный ей английский роман».
Когда в конце 1909 г. Феликс Юсупов уехал учиться в Англию (в 1909–1912 гг. – в Оксфордском университете), решение жениться на Ирине уже не покидало его. Чувства молодых оказались взаимными, однако родители Ирины и ее бабушка, вдовствующая императрица Мария Федоровна, не были рады этому выбору. В свете ходили смутные слухи о том, что Феликс Юсупов и великий князь Дмитрий Павлович, родственник Ирины… любовники.
«Огромным событием был отмечен для меня 1913 год, – вспоминал Феликс Юсупов. – Великий князь Алексей Михайлович приехал однажды к матушке обсудить предполагаемый брак между дочерью своей Ириной и мной. Я был счастлив, ибо это отвечало тайным моим чаяньям. Я забыть не мог юную незнакомку, встреченную на прогулке на крымской дороге. С того дня я знал, что это судьба моя. Совсем еще девочка превратилась в ослепительно красивую барышню. От застенчивости она была сдержанна, но сдержанность добавляла ей шарму, окружая загадкой. В сравненье с новым переживанием все прежние мои увлеченья оказались убоги…
Ирина мало-помалу поборола застенчивость. Сначала она говорила только глазами, но постепенно смог я оценить ее ум и верность сужденья. Я рассказал ей всю жизнь свою. Нимало не шокированная, она встретила мой рассказ с редким пониманьем. Поняла, что именно противно мне в женской натуре и почему в общество мужчин тянуло меня более. Женские мелочность, беспринципность и непрямота отвращали ее точно так же… Братья обожали сестру и смотрели на меня, будущего похитителя ее, косо. А князь Федор и вовсе принял меня в штыки…
О помолвке моей еще не было объявлено официально. Неожиданно ко мне явился Дмитрий с вопросом, в самом ли деле женюсь я на его кузине. Я отвечал, что еще ничего не решено. „А ведь я тоже хотел жениться на ней“, – сказал он. Я подумал, что он шутит. Но нет: сказал, что никогда не говорил серьезней. Теперь решать предстояло Ирине. Мы с Дмитрием обещали друг другу никоим образом не влиять на решенье ее. Но, когда я передал ей наш разговор, Ирина заявила, что выйдет замуж за меня и только за меня.
Решение ее было бесповоротно, Дмитрий отступился. Облако омрачило нашу с ним дружбу и не рассеялось уже никогда».
Николай II поинтересовался у Феликса Юсупова через будущего тестя, что подарить ему на свадьбу. Он хотел предложить должность при Дворе, но Юсупов отвечал, что лучшим от его величества свадебным подарком будет дозволить ему сидеть в театре в Императорской ложе.
«Когда передали государю мой ответ, он засмеялся и согласился, – вспоминал Феликс Юсупов. – Подарками нас завалили. Рядом с роскошными брильянтами лежали незатейливые крестьянские дары. Члены царской фамилии, бракосочетавшиеся с лицами некоролевской крови, обязаны были подписать отречение от престола. Как ни далека была от видов на трон Ирина, подчинилась и она правилу. Впрочем, не огорчилась.
Ф. Юсупов и Ирина. Фото 1914 г.