Вытянув шею, чтобы приглядеться, он вскоре понял, что утром в понедельник на лондонских улицах слишком много народу, поэтому он ошибся. Он уже не в первый раз воображал, будто видит перед собой Эмили.
Автомобиль остановился у здания компании, и Павел вошел внутрь. В офисе, как обычно, царила суета. Сегодня Павлу хотелось побыть одному.
Он не знал, что заставило его уехать из Санкт-Петербурга поздно вечером в пятницу и прибыть в Лондон. После стычки с Маратом он мог уехать, куда угодно. Однако отправился в Лондон.
Игнорируя приветственные, но нервные улыбки, он пошел прямо к себе в кабинет. Набирая на дверной панели код офиса, он вспомнил, что до сих пор не поменял его после того, как к нему в кабинет пробралась Эмили.
К нему обратилась Кэти – исполнительный секретарь, прежде работавшая в «Бамбер косметик интернешнл»:
– Вам приготовить кофе?
– Нет. Сегодня я не принимаю посетителей и не отвечаю на телефонные звонки. – Войдя в кабинет, Павел решительно закрыл за собой дверь.
Ужасное сегодня утро.
Павел провел уик-энд в своем лондонском доме. Он ничем не занимался, а лишь прокручивал в мозгу события предыдущей недели, которая завершилась катастрофической стычкой с Маратом.
Он потер глаза ладонями и поднялся. Ему нужно взбодриться. Наплевать, что у него случилось с Маратом. Павел по-прежнему должен управлять компанией. Кстати, чашка кофе ему не помешает.
В уединенной комнате Павел включил кофеварку и стал читать электронную почту от Златана. Он собирался налить себе кофе, когда его внимание привлекло какое-то движение на мониторе, передаваемое с камеры слежения. Он уставился на изображение. Да, в его кабинете действительно кто-то есть. И этот кто-то ему знаком. Эльф с каскадом кудрявых черных волос.
Отведя взгляд от монитора, он несколько раз глубоко вздохнул и сглотнул ком в горле. Успокоившись, он налил себе кофе и вышел.
– Похоже, у тебя вошло в привычку вламываться в мой кабинет, – сказал он, шагая к столу.
Эмили сидела на стуле для посетителей. Проходя мимо нее, он уловил медовый аромат ее тела. Павел сжал чашку пальцами, потом быстро поставил ее на стол и расположился в кресле.
Наконец он смог рассмотреть Эмили должным образом. То, что он увидел, заставило его сердце болезненно сжаться. У него душа ушла в пятки.
Эмили выглядела просто ужасно. Бледная, с красными глазами и всклокоченными волосами. На ней было темно-красное платье из джерси и плотные черные колготки. Она сидела, крепко обхватив себя руками за талию, словно желая согреться или защититься.
– Мне жаль, что я снова к тебе вторглась, – осторожно сказала она.
– Очевидно, тебе недостаточно жаль, раз ты проделала дважды один и тот же трюк, – холодно ответил Павел.
Она побледнела.
– Мне нужно было тебя увидеть. Я не хотела разговаривать по телефону. Кэти сообщила мне о твоем приезде. Она сказала, что ты не принимаешь посетителей, поэтому я подождала, когда у нее начнется обеденный перерыв, и проникла сюда.
– Ты знакома с Кэти? – спросил Павел.
Она кивнула.
Наконец все встало на свои места. Это Кэти – личный исполнительный секретарь Павла – рассказала Эмили о его графике работы и сообщила код от офиса.
Эмили поморщилась, поняв, что проболталась.
– О, пожалуйста, прошу тебя, не наказывай ее. Она поступила так ради моей семьи. Она проработала здесь много лет и была секретаршей моего отца. Она была лучшей подругой моей мамы и нянчилась со мной и Джеймсом. Пожалуйста, не увольняй ее. Это моя вина. Она не хотела ничего мне говорить, но я пошла на эмоциональный шантаж, чтобы получить сведения о твоем передвижении и код от офиса.
Павел поднял руку, чтобы остановить поток слов, слетающих с губ Эмили. Его голова шла кругом от избытка мыслей.
– Кэти я займусь позже. Скажи, зачем ты пришла.
По щеке Эмили до подбородка скатилась крупная слеза.
Павел решил сохранять самообладание. Он не будет реагировать на Эмили.
Порывшись в большой сумке, она вытащил конверт и протянула его Павлу. Не говоря ни слова, он открыл его. Внутри был чек, выписанный им на сумму в четверть миллиона фунтов стерлингов.
– Что это?
Подбородок и губы Эмили дрожали, в ее глазах стояли слезы.
– Это деньги, которые я шантажом заставила тебя заплатить моему отцу. Они поступили на его банковский счет в конце прошлой недели. Я не знала, как их вернуть. Павел, я… Моя…
Он подождал, пока она успокоится. Ему было неприятно, что пришлось сжать кулаки, чтобы не броситься утешать Эмили.
– Ты был прав с самого начала, – выдавила она наконец. – Мой отец украл деньги.
Эмили по-прежнему не могла в это поверить. Последние несколько дней она думала только об этом. Она была так уверена, что ее отец невиновен. Ей даже в голову не приходило в нем сомневаться. Эмили пыталась понять не только действия своего отца. До нее наконец дошло, на что она пошла, чтобы его оправдать.
Она нарушила закон, умышленно проникнув в офис Павла с единственной целью – хищение его файлов ради шантажа, чтобы получить желаемое. И все для того, чтобы доказать невиновность отца.
Потому что она просто хотела, чтобы отец ее любил.
– Я уже знаю, что твой отец взял деньги, – сказал Павел.
Эмили удивилась:
– Ты знаешь?
– Златану потребовалось всего пять минут, чтобы выяснить, что денежный след ведет прямо на банковский счет Малкольма Ричардсона. – Нечто похожее на сочувствие мелькнуло в его холодных глазах, прежде чем он посмотрел на документы, разложенные перед ним.
Почему он так с ней холоден? Почему он не желает на нее смотреть?
– Он отдал деньги в хоспис, где мама провела последние дни жизни.
– Меня это не удивляет.
– И давно ты узнал?
– Златан сообщил мне об этом за час до пляжной вечеринки на острове.
– Почему ты не сказал мне? – прошептала Эмили. – Почему перевел деньги на его счет, если знал, что мой отец виноват?
– Твой отец болен. Я не возьму деньги и не стану предъявлять ему обвинение. – Подтверждая свою точку зрения, он разорвал чек на мелкие клочки. – Используй эти деньги на оплату круглосуточной сиделки, пока он не будет готов сам о себе заботиться.
– Это слишком много, – прошептала Эмили.
– Насколько я могу судить, тема закрыта. – Павел указал на дверь. – Иди домой и скажи отцу, что ему незачем меня бояться. Я желаю ему всего наилучшего.
Что с ним случилось? Он сегодня какой-то странный.
Павел сделал на листе бумаги несколько пометок дорогой шариковой ручкой.
– Эмили, у меня много дел.
– Так много, что ты не выделишь мне десять минут?
– Да. Пожалуйста, уходи. – Он взял папку и открыл ее.
Эмили продолжала стоять, ее ноги дрожали.
Павел действительно ее прогоняет. После всего, что между ними было, он отмахивается от нее, как от сотрудницы низшего ранга.
Эмили пришла в ярость. Она вырвала папку у него из рук и подбросила ее в воздух. Папка упала на пол, и десятки листов бумаги приземлились вокруг.
– Что, черт побери, ты делаешь? – прорычал Павел, скривившись.
– Пытаюсь завладеть твоим вниманием. Ты ведешь себя так, словно я незнакомка, случайно зашедшая в твой офис. Ты даже не смотришь на меня!
– Потому что, если я на тебя посмотрю… – Он заставил себя замолчать и ударил кулаком по столу.
Шокированная, Эмили онемела. Она могла только смотреть на любимого мужчину.
– Почему ты все еще здесь? – Павел поднялся. – Я попросил тебя уйти.
– Что с тобой? Сделка с Плющенко не состоялась?
При упоминании фамилии брата Павел едва не взорвался от злости.
Благодаря Эмили он наконец понял, что семья дороже гордости. Из-за Эмили он отправился к своему брату, чтобы сказать ему правду, решив, что на этот раз все будет по-другому.
Павел потерял все. И надежды на искупление, и надежды на прощение.
Он открыто заявил Марату, кто стоит за компанией «РГ-холдингс». Он сказал, что хочет загладить свою вину в память об отце. Закончив свою речь, Павел протянул Марату руку.
– Каков твой ответ? – спросил он. – Готов ли ты подвести черту под прошлым?
Марат посмотрел на его руку и насмешливо поджал тонкие губы. Отодвинув стул, он поднялся.
– Я уже говорил тебе два года назад, что не продам тебе компанию. Уж пусть она лучше разорится, чем станет твоей.
Павел не понимал, как позволил себе думать, что на этот раз все может быть по-другому.
После ответа Марата не было никакого смысла продолжать с ним разговор. Он знал Марата и видел его решительный взгляд. Брат оставил доводы Павла без внимания. Пытаться достучаться до Марата – все равно что логически рассуждать с малышом.
– Мне жаль, что ты так считаешь, – ответил Павел. – Я желаю тебе найти другого инвестора.
Он не успел дойти до двери, когда Марат бросился на него и прижал к стене.
– Ты! – выпалил он. – Он все делал ради тебя. Он не жалел на тебя денег. Он старался сохранить тебе жизнь. Тебе, кукушонку в нашем гнезде. – Он резко отпустил Павла, шагнул назад и всплеснул руками. – И посмотри, кем ты стал. Богатым и красивым. Химиотерапия не повлияла даже на твой рост. Ты получил все, о чем можешь мечтать. – Его глаза блестели злобой. – Но вот компанию Плющенко ты не получишь никогда. Никогда.
Павел с огромным трудом сдержал гнев. Он был выше своего сводного брата и намного сильнее его. Он смог бы заставить его замолчать одним ударом.
Но вместо этого Павел поправил галстук, отряхнул рукава и сказал:
– Я хотел купить компанию Плющенко ради семьи. Прощай, Марат. – Он вышел из кабинета, прошел через приемную, где были адвокаты, и прошагал через фойе на холодный воздух Санкт-Петербурга.
Павел по-прежнему остро переживал то, что произошло между ним и Маратом.
– Сделка с Плющенко сорвалась, – произнес он. – Это конец. – Не обращая внимания на бледность Эмили, он резко отодвинул кресло и быстро подошел к ней. – Компания Плющенко была создана благодаря стараниям моего отца и слезам моей матери. А теперь я лишился шанса ее купить. Марат одержим желанием уничтожить наследие нашего отца, и я никак не смогу его остановить.