– Замены? – вскинул брови эльф. – И как ты это себе представляешь?
– Да легко! Поизносит какой-нибудь богатей свою тушку, пойдет на невольничий рынок, купит понравившуюся ему новую, достанет деньжат из загашника и с этим всем отправится к хорошему магу. А тот поставит метку, организует перенос, поможет заказчику обосноваться в новом теле…
Смех Ушастика не дал мне закончить. Всласть повеселившись над моими заблуждениями, Дар пояснил, что сознание разумного существа неразрывно связано с родным телом. Метки его никуда не переносят, а лишь осуществляют прямую трансляцию поступающих в чужой мозг информационных потоков и обратную передачу предназначенных телу команд. При этом собственные потоки на время блокируются, чтобы избежать путаницы, что и вызывает субъективное ощущение переноса. Короче – нельзя менять тела, словно перчатки, а местная магия оказалась не такой всемогущей, как я полагал.
На этом беседа увяла, а желание напиться снова начало набирать обороты. Вспомнив о прочитанной в книге маленькой искательской хитрости, я принялся тщательно осматривать деревья, мимо которых мы проходили, и вскоре обнаружил искомое – оплетавшие ветки толстые зеленые жгуты с листьями и маленькими розовыми цветочками. По словам автора мемуаров, это безобидное растение-паразит в любое время года хранило в своих стеблях довольно много жидкости, безвредной для людей. Подойдя к опутанному лианами дереву, я надрезал кинжалом один из мясистых канатов и убедился, что искатель не врал – из разреза бодро побежал прозрачный желтоватый сок.
Достав из сумок чашки, мы напились сами и напоили кошек. Сок оказался приторно сладким, поэтому терзавшая нас жажда хоть и сдала позиции, но уходя, пообещала обязательно вернуться. Мое предложение устроить полноценный привал нелюди встретили без энтузиазма – растительный сироп перебил аппетит. Чуток переведя дух и по настоянию запасливого Дара наполнив соком одну из фляг, мы потопали дальше. А спустя два часа, обогнув высокий лысый холм, наконец-то увидели родник. И не только его.
Нас опередили – рядом с источником чистой питьевой воды, веселым ручейком выбегавшим из груды камней и терявшимся в зеленых лугах, находилась команда, занятая сбором хвороста для костра. Потакая своей паранойе (место приметное, всем известное, а пятерка обычных мечников с огромными мешками, заметными издали – прямо как сыр в мышеловке!), я не поленился, попросил у Дара подзорную трубу, забрался на холм и оглядел окрестности. Ничего подозрительного мне на глаза не попалось. Более того, разглядев лица людей, я оставил мысли о засаде. Это были мои старые знакомые – Лахут с приятелями. Уж они банальным разбоем заниматься не стали бы. Спустившись, я вернул Ушастику монокль и скомандовал отбой тревоги.
Искатели встретили нас сдержанно. В объятия бросаться не спешили, но и сильного страха, по заверениям Мурки, не испытывали. Вели себя спокойно, держались вежливо, за оружие лишний раз не хватались. Пока мои утоляли жажду, мы с Лахутом на правах командиров перебросились парой ничего не значивших фраз – традиция, однако. Его приятели в разговор не вступали. Кто-то молча занимался своими делами, кто-то бесцеремонно разглядывал кошек и Лисенка. К слову, рыжая удостоилась не одного любопытного взгляда, но никто не посмел поинтересоваться, кто она и откуда. Тоже традиция – на Проклятых землях не принято совать нос в чужие дела.
Навязываться в компанию мы не стали. Напились, набрали воды и распрощались. Конечно, был соблазн остаться, сварганить какую-нибудь кашку или супчик и побаловать желудки, но я подозревал, что совместная трапеза удовольствия никому не доставит, а посему предпочел отвести своих подальше от родника и устроил привал в симпатичной ложбинке среди кустов дикого щавеля. Обед удался на славу, а сварганенный Даром на скорую руку кисло-сладкий отвар, основой которому послужил захваченный сироп и окружавшая место стоянки зелень, вызвал восхищение талантом нашего алхимика. Отдохнув и насладившись зеленым лимонадом, мы с новыми силами двинулись дальше.
До нужного места удалось добраться только к вечеру. Наш тайник был в целости и сохранности, и даже от влаги не пострадал. Быстро распределив откопанные трофеи по сумкам, мы двинулись в обратном направлении. Да, взвесив все «за» и «против», я все же решил вернуться в Ирхон. Несомненно, оказавшийся в дураках Щипач попытается нам отомстить, но не сейчас. После вчерашнего оглушительного провала, ударившего по всей воровской гильдии, для ее главы будет лучше залечь на дно и тем самым сохранить остатки подмоченной репутации. Уверен, он тоже это понимает (недальновидные идиоты в теневых организациях столь высокие посты не занимают!) и оставит коварные планы мести до лучших времен, так что надежда на благополучный исход нашего визита в город достаточно велика.
Шагали мы без остановок, а едва на небе крупными алмазами заблестели звезды, перекусили тем, что завалялось в сумках, и устроились на ночлег под одиноким деревом. Сегодня Лисенок решила не отрываться от коллектива и расстелила свою простынку не на отшибе, как обычно, а рядом с Ушастиком. Эльф удивился, но возразить не посмел, и наутро, разбуженный отстоявшей свою вахту орчанкой, я получил возможность полюбоваться на спящего Дара, который нежно обнимал рыжую и Линь, прижавшихся к его бокам. Умилившись картинкой, я обменялся с Викой многозначительными взглядами и отправил супругу досыпать.
Мое дежурство прошло плодотворно. Я успел собрать хворост, поласкать проснувшуюся Мурку, вместе с ней отправиться на охоту, добыть парочку упитанных ушастых, развести костер и приготовить завтрак. Нелюди, проснувшиеся с первыми лучами солнца, оценили мои кулинарные старания, в мгновение ока умолотив кашу с крольчатиной. Поев, мы собрались и потопали к городу.
И снова переход выдался мирным и безмятежным. Либо жара, в последние дни безраздельно властвовавшая на Проклятых землях, на порядок снизила активность здешней фауны, либо после недавних событий мое везение достигло поистине астрономических величин. Памятуя о затишье перед бурей, я не позволял себе окончательно расслабиться, подозревая, что судьба-злодейка готовит нам какую-нибудь подлянку. Но ничего не происходило, и до Ирхона мы добрались без приключений.
Ну, почти. Увлеченная беседой Лисенок не заметила кротовью нору, споткнулась и прикусила свой болтливый язычок. Не сильно, но больно. О разговорах пришлось на время забыть, что ужасно расстроило девушку. Я же втайне порадовался этой счастливой случайности, позволившей моим ушам отдохнуть от бабского трепа. Ушастик, хотя и выразил сочувствие рыжей, был со мной солидарен. Готов поспорить, в его запасах имелось средство, способное быстро привести в норму пострадавший орган, но Дар о нем не заикнулся, предпочтя пару часов насладиться тишиной.
У ворот нас встретили Лот с Доном и незнакомый мечник средних лет, с подтянутой фигурой, аккуратной бородкой и пышными каштановыми волосами, уложенными в самую популярную в Пограничье прическу «воронье гнездо». При взгляде на него у меня внутри все запело – Папа выполнил заказ! Нет, я не опасался, что толстяк меня надует. Во всяком случае, всерьез. Просто мысль, что главный источник наших проблем наконец-то устранен, принесла мне небывалое облегчение, которое я постарался выдать за бурную радость от встречи с приятелями.
Вроде бы получилось. Тепло поприветствовав привратников, я поинтересовался, где Ярут. Лот с кислой миной, по всей видимости, означавшей скорбь, рассказал, что вчера ночью командир крайне неудачно споткнулся на лестнице и свернул себе шею (видно, мастера не захотели мудрить и изобретать велосипед). Такая трагедия для Ирхона! Похороны, состоявшиеся сегодня утром, собрали сотни людей, пожелавших проводить доблестного служаку в последний путь. Состроив полагавшуюся случаю «морду лица», я выслушал скупые соболезнования и почтил память усопшего «друга» печальным вздохом.
По молчаливому уговору тему несчастного случая развивать не стали. Вместо этого Дон представил мне нового командира отряда – Ругара, которого отрекомендовал как своего давнего приятеля, человека честного, надежного и порядочного (так я и поверил!). А когда с церемонией знакомства было покончено, напомнил о моем обещании. От своих слов я отрекаться не стал и выдал парням официальную версию событий, само собой, чуток приукрашенную и художественно оформленную. В ответ же получил подробный пересказ свежих городских сплетен.
Что любопытно, в этот раз людская молва оказалась ближе к реальности. Невзирая на треп бравых стражников, второй день обмывающих в трактирах свои немаленькие премии, жители Ирхона упрямо твердили, что я в одиночку раскидал бандитов (похоже, власти решили не афишировать принадлежность мертвецов к воровской гильдии), а подоспевшие к шапочному разбору наглые вояки просто присвоили всю славу себе. Посмеявшись, я посоветовал парням не верить слухам и поинтересовался, что еще происходило в городе в наше отсутствие.
Поразительно, но серьезных последствий ни стычка, ни смерть командира не вызвали. Оба события породили массу тем для трактирных пересудов, но каких-то радикальных изменений в жизнь города не привнесли. В ответ на коллективную жалобу натерпевшихся страху жителей кузнечного района градоначальник выделил из казны Ирхона средства на организацию еще двух отрядов городской стражи. Заговорщически подмигивая, Дон заявил, что большая часть этих денег наверняка осядет (если уже не осела) в карманах начальника гарнизона и заведующего центром подготовки рекрутов, а места в новых отрядах займут «нужные» люди.
Мишету после окончания разбирательства присвоили очередное звание, его людей поощрили солидным денежным вознаграждением и продолжительными отгулами, а шефу героя-командира глава городской администрации лично вручил какой-то очень почетный орден. По словам Ругара, теперь отличившемуся отряду, ранее находившемуся на не очень хорошем счету, скорее всего, доверят следить за порядком в торговых кварталах – самом доходном месте города. Одним словом, все довольны и счастливы. И даже «безутешная» вдова, которой досталось все накопленное Ярутом состояние.