Казах Касым Кайсенов воевал на Украине. Он был в числе первых организаторов партизанских отрядов в Киевской области. Партизанский отряд под командованием Кайсенова, отряд «Васи» — так любовно называли Касыма его боевые соратники, — прошел по всей Украине от Киевщины до Закарпатья, совершая одну за другой дерзкие, крупные операции.
Вот как впервые встретились они с Робертом Клейном.
В штабе партизанского соединения имени Чапаева шло оперативное совещание с командирами. Вдруг вошел дежурный по соединению.
— Товарищ командир, — доложил он, — к нам прибыл какой‑то человек из Переяслава. Говорит, что ему очень нужно повидаться с вами.
— Пусть войдет, — ответил командир, а когда в землянку шагнул незнакомец, спросил его:
— Кто вы? Зачем пожаловали?
— Я из подпольной организации автомобильного гаража переяславского гебитскомиссариата, — последовал ответ. — Меня послал к вам начальник этого гаража.
— Что ты мелешь? — сурово перебил вошедшего командир одного из отрядов. — Начальник гаража в Переяславе — немец. Зачем это ему понадобилось посылать тебя к партизанам?
— Ну и что же, что немец, — возразил командиру отряда комиссар соединения. — Немцы не все одинаковы. Некоторые уже давно разобрались в обстановке и борются с фашизмом. Не мешайте товарищу. Пусть расскажет обо всем, с чем пришел к нам.
— Да, он действительно немец, — ободренный поддержкой, снова заговорил посланец из Переяслава, — но он наш, советский! Правда, фашисты ему доверяют, считают за своего. Но Роберт Клейн знает свое дело. Это он создал в гараже подпольную организацию. У нас теперь работают только свои, проверенные и надежные люди. Клейн считает, что пришло время действовать. Потому и направил меня к вам. Подпольщики готовы угнать все машины в партизанский отряд или уничтожить их вместе с гаражом. Они просят вас принять их в отряд.
Касым Кайсенов, очевидец этой встречи, вспоминает далее, что тогда партизанские командиры, все обсудив, договорились гараж в Переяславе уничтожить, а часть машин вместе с подпольщиками доставить в лес.
Тут в землянку вошел один из бывших руководителей переяславской подпольной организации Илья Артемович Процько, командир группы украинского партизанского соединения.
— Михеев?! — воскликнул он радостно, как только увидел пришедшего из Переяслава. — Жив, здоров?! Откуда ты?
Они обнялись и расцеловались.
«Намеченная встреча состоялась через несколько дней в районе Хоцких лесов, — читаем мы в книге «Из когтей смерти». — Хотя мы и были уверены, что встречаем настоящих друзей, партизанский опыт требовал от нас принятия всех мер предосторожности. Мы расставили дозоры и секреты и стали ждать подпольщиков.
— Товарищ командир, — доложил партизан Иван Гаман, — вижу машины. Но это, должно быть, не они.
— Почему ты так думаешь?
— Они должны ехать со стороны Переяслава, а эта дорога ведет в Золотоношу, — ответил Гаман.
— Это еще ничего не значит. — Я взял бинокль из рук наблюдателя и увидел над кабиной передней машины красный флаг. И я сказал об этом товарищам:
— Они. Видите? Это условные опознавательные знаки.
— Правда, флаг. Но почему они все же едут со стороны Золотоноши? — удивлялись партизаны.
— Чтобы замести следы, сбить немцев с толку, — сказал Иван Гаман и удовлетворенно добавил:
— Из этих ребят получатся настоящие партизаны».
Потом Кайсенов увидел, как автоколонна миновала крайний наблюдательный пост и остановилась на опушке. Из чащи леса в ту же минуту вышли командир соединения, комиссар, партизаны. Хлопнула дверка передней машины. От нее навстречу партизанам, слегка прихрамывая, побежал белокурый стройный молодой человек. Остановился, по–военному отдал честь и отрапортовал :
— Товарищ командир партизанского соединения! По решению подпольной организации шоферов гараж переяславского гебитскомиссариата уничтожен. Старший лейтенант Клейн прибыл в ваше распоряжение с четырнадцатью подпольщиками.
Пока Клейн докладывал, его люди вышли из машин и построились за ним в шеренгу. Командир соединения, горячо пожав Клейну руку, сказал, обращаясь к его товарищам :
— Поздравляю вас с вступлением в семью партизан! Поздравляю с успешным выполнением первого задания!
— Служим Советскому Союзу! — торжественно и радостно прозвучало в ответ.
«Так состоялась моя первая встреча с Робертом Клейном, положившая начало нашей крепкой боевой дружбе», — заканчивает описание этого эпизода Касым Кайсенов.
Казах и немец стали братьями по оружию, по судьбе, по цели и смыслу жизни.
В ту ночь Роберт Клейн в форме майора немецкой армии с группой партизан отправился на задание. Им было поручено уничтожить фашистскую комендатуру в селе Малый Букрин Переяславского района. Из донесения разведки было известно, что ночью в комендатуре Малого Букрина соберутся немецкие офицеры, а к ним из Золотоноши пожалует целый взвод связистов.
Что ж, тем богаче будет «улов».
Не мешкая, двинулись в село и быстро окружили домик комендатуры. Роберт Клейн, Геннадий Милентенков и Григорий Алексеенко (тоже в немецкой форме) ступили на крыльцо. За ними Касым Кайсенов, одетый полицаем.
Часовой загородил было дверь винтовкой. Но Клейн, не останавливаясь, грозно по–немецки прикрикнул на солдата. Тот, вытянувшись, убрал винтовку и отдал честь. «Майор» прошел мимо него, «обер–лейтенант» и «полицай» не отставали ни на шаг. Тем временем из‑за их спин выскочили двое партизан. Они мгновенно обезоружили и увели часового.
В кабинете комендант беседовал с четырьмя офицерами. Несколько солдат тут же дожидались приказаний.
«Майор», выхватив пистолет, направил его на растерянно хлопавшего глазами коменданта. Три других нежданных посетителя держали под дулами своих автоматов весь кабинет.
— Руки вверх! — скомандовал Клейн. — Сопротивляться не советую… Бесполезно.
Остальное было делом считанных минут. Немцев обезоружили и вывели во двор под охрану партизан. Коменданту Клейн приказал оставаться на месте и беспрекословно выполнять все, что от него потребуют.
Клейн и Кайсенов поспешили на улицу. Нужно было кончать операцию. Летняя ночь коротка. А возвращаться в лес, не дождавшись немцев из Золотоноши, означало выполнить задание всего лишь наполовину. Решили, пока позволяет темнота, ждать, чтобы захватить всех. И вот из дозора пришло донесение: в село въезжает машина с гитлеровцами.
«Партизаны быстро укрылись за домами, — вспоминает Касым Кайсенов, — Роберт Клейн вышел на дорогу. Вскоре в конце улицы послышался рокот мотора и показалась машина. Роберт поднял руку, и машина остановилась. После коротких переговоров немецкий офицер вышел из кабины и пошел вслед за Клейном в комендатуру.
Мы ввели офицера в кабинет коменданта и быстро разоружили. Офицеру было приказано заставить своих солдат сдаться, чтобы не было напрасного кровопролития. Мы надеялись все сделать без шума, но в это время на улице неожиданно раздались выстрелы. Выскочив из комендатуры, мы обнаружили следующую картину: немецкие солдаты залегли у машины и лихорадочно палили во все стороны. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы не находчивость Роберта Клейна. Он сбежал с крыльца и закричал:
— Мы окружены партизанами! Сдавайтесь! Сопротивление бесполезно!..
Немецкие солдаты подчинились и сложили оружие».
Утром на партизанской базе захваченных в плен фашистов допросили. Коменданта за его зверское обращение с партизанами и гражданским населением решено было судить. Приговор, зачитанный Клейном, гласил: расстрел.
Фашистский комендант решил разжалобить Клейна, попытался сыграть на его национальных чувствах.
— Почему вы относитесь ко мне так строго? — обратился он к Клейну. — Мне кажется, что вы немец.
Строго и спокойно Клейн ответил:
— Мы караем вас не за то, что вы немец, а за то, что вы фашист, палач и кровавый убийца.
«Здравия желаю, Роберт Александрович! Передает вам привет ваш боевой соратник Тканко Александр Васильевич. Сейчас работаю в г. Черкассы директором педагогического института…»
А. В. Тканко и Р. А. Клейн породнились на левобережье Днепра, в тылу оккупантов. До войны учительствовавший на Украине, А. В. Тканко к тому времени, когда они впервые встретились, был уже подполковником, не раз смотрел смерти в глаза. Во главе группы десантников Тканко спустился с парашютом у леса, где находилась база отряда Р. А. Клейна. Десантники соединились с партизанами в один отряд.
— Мне сразу пришелся по душе, — вспоминает Клейн, — этот молодой, энергичный и веселый человек. Я рад был назначению к такому командиру помощником по разведке. Наше боевое братство крепло день ото дня в операциях. Выполняя задания Украинского штаба партизанского движения, мы с ним исколесили тысячи километров по земле, где зверствовал враг. И всюду нам сопутствовала удача. Да, будущий Герой Советского Союза Александр Васильевич Тканко отличался исключительной находчивостью и отвагой. Его нервы выдерживали любые нагрузки. Так случилось и на днепровской переправе в июле сорок третьего, невдалеке от города, где сейчас живет Тканко.
Да, Роберт Александрович, вы правы: та удача на днепровской переправе многим обязана прекрасным качествам вашего боевого друга. Но не будем замалчивать долю вашего участия в этом опасном деле.
…Рассвет на Черкасском шоссе, что ведет к Днепру. Блестевший лаком «оппель–адмирал», неприметно вынырнувший из леса, приглушенно, но солидно сигналя, догонял и обгонял немецкие автоколонны, танки, артиллерию. 1–й и 2–й Украинские фронты развертывали тогда стремительное наступление к Днепру. Фашисты торопились поскорее перебраться на его правый берег и там организовать оборону. Партизанам поручалось задержать врага на левом берегу, не допустить, чтобы он воспользовался переправой, а потом, отступив, взорвал ее.
И вот в «оппель–адмирале» едет советский капитан, начальник разведки партизанского отряда Клейн, превратившийся в полковника гитлеровского генерального штаба с особыми полномочиями фюрера. Сверкают ордена на кителе, снятом с действительного полковника гитлеровской ставки. Через плечо — добротный планшет, там немецкая карта, и бинокль. На пистолете, спрятанном в кобуре, — дарственная надпись генерала Гудериана.