Однако город ликовал. Люди бежали по улицам, чтобы обнять солдат, знать скакала вдоль Стены и вид у нее был очень важным, а над самой высокой башней Королевского Города трепетал на ветру алый стяг.
— Принеси немного поесть, — попросил Старк Танис. — Еще есть время.
— Я не верю тебе, Старк! — с яростью бросила она. — Враги разбиты!
Все же она сходила за едой.
Солнце поднялось высоко, и они продолжали ждать.
Вскоре после полудня армия варваров вновь пришла в движение. Она распалась на три потока, а четвертый остался в резерве. Два потока с разных сторон устремились к Стене, а третий просто ждал.
И Старк сказал:
— Вот с этого Сиарану и следовало бы начать. Но варвары независимы, и их нужно было поколотить, чтобы они начали слушаться. Теперь посмотрим. Кстати, знати не мешало бы вызвать подкрепление под Стену.
Подкрепление подоспело мгновенно. Силы защитников разделились и устремились к двум точкам Стены, находящимся под угрозой, так как нападавшие уже лезли на Стену. Оставшиеся участки Стены теперь едва закреплялись.
Третья группа варваров тучей устремилась к воротам.
— Что это за звуки? Как гром… — с тревогой спросила Танис.
— Таран, — коротко ответил Старк. — Они бьют им по воротам.
Сделавшись вдруг очень беспокойным, он следил, как офицеры пытаются справиться с этой новой опасностью, хотя число нападающих значительно превышало их силы. Та часть, что атаковала ворота, была хорошо организована. Вспотевшие рыжеволосые гиганты, орудующие тараном, были защищены щитами. Воины сомкнули щиты над их головами, образовав подобие крыши. Другие воины защищали их с боков. На равнине под черным знаменем Сиарана несколько предводителей и отряд резерва нетерпеливо ожидали своей очереди.
— Теперь тебе лучше уйти, — сказал Старк Валину. — Возьми талисман, собери своих людей и уходи.
Валин сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев.
— Ни один человек не покинет Кушака, прежде чем вступит за него в битву, — он сердито посмотрел на Старка.
Тот пожал плечами.
— Их черед приближается. — Он кивнул в сторону толпы, собирающейся вступить в сражение. — Что ж, иди, встречай их. — Он встал и повернулся к Танис. — Прошлой ночью ты спрашивала меня, как ты сможешь помочь в сражении за город, — он снял с себя пояс и надел на нее. — Береги его, а также ту часть одежды и еды, что сможешь унести. Иди и жди нас у Праздничных Камней.
Она, казалось, собралась возразить, но он мягко добавил:
— У тебя талисман. Ты должна сберечь его!
Танис смотрела на него широко раскрытыми глазами, а Валин нетерпеливо проговорил:
— Ну что, так и будешь стоять?
Он поцеловал ее в щеку и подтолкнул к лестнице. Они спустились с крыши и, когда проходили мимо двери, ведущей в комнату, он добавил:
— Жди нас. Кто-нибудь придет.
Он начал спускаться, а Старк улыбнулся ей.
— Будь осторожна, не забывай, что ты хранишь, — и стал спускаться вслед за Валином.
Дойдя до подножия лестницы, он оглянулся. Танис не было видно, она ушла в комнату, унеся с собой пояс Камара и талисман. Старк почувствовал себя легко и свободно, как будто с него свалился невообразимо тяжелый груз.
Они присоединились ко все растущей толпе мужчин, которые шли оборонять свой город. Валин бежал подле Старка, и лицо его было таким напряженным и бледным, что Старк сказал:
— Когда ты нанесешь первый удар, и он закричит, у тебя проснется жалость к нему. Тогда вспомни, что он пришел сюда сам и никто его не звал, что он пришел убить тебя.
— Спасибо! — сердито фыркнул Валин. — Но думаю, что ничего такого не почувствую!
— Зря! — сказал Старк. — Почувствуешь!
Оружие мертвых и раненых солдат складывалось в кучу, чтобы горожане могли вооружиться. Они тоже выбрали себе оружие и поднялись на Стену.
Глава 9
Это была пустая трата времени, и Старк это понимал. Он подумал, что, возможно, некоторые из тех людей, что суетятся рядом с ним, тоже сознают это, а уж ворам вообще можно было улизнуть из Кушата, а не ждать неведомого, и в нем начало расти уважение к людям этого города. Сам он мыслил просто: человек, который не хочет защищать то, что имеет, не достоин это иметь.
Некоторые считают капитуляцию шагом великодушным, но для Старка это была лишь попытка перекрасить трусость в добродетель.
Как бы там ни было, эти люди сражались. Воры и ткачи, мясники и оружейники, каменщики и трактирщики. Не очень-то хорошо они умели это делать, и офицеры командовали ими, делая свое дело немногим лучше.
Зловещий грохот тарана у ворот не умолкал, варвары, атакующие Стену, прибегали к различным уловкам. Затевали драку в одном месте, а потом переносили всю силу удара в другую точку. Играют с нами, подумал Старк, заметив, что запас стрел как будто сокращается и что все большее количество защитников бросают свои луки.
Он посмотрел на черное знамя, развевающееся над равниной.
И тут ожидание кончилось.
Тот, кто держал знамя, поднял его выше и поскакал, возглавив резервные силы. Мелькнула черная кольчуга Сиарана. Вся масса варваров пришла в движение и дико вопя ринулась на Кушат.
— Не нужно слишком тянуть, друг, — сказал Старк Валину. — Помни, что впереди еще битва.
— Я знаю, — ответил Валин. — Я знаю.
Лицо его было искажено болью. Он видел, как умирает его город. Ему еще не предоставилось случая пустить в ход клинок.
Но и эта минута приближалась.
Крюк лестницы лязгнул о камень лишь в нескольких футах от него. Люди карабкались по ней вверх. Глаза их горели, и они были полны кровожадного желания отомстить за павших братьев, снять с себя позор утреннего поражения. Старк ждал их у конца лестницы со шпагой в руке. Дождавшись, он проткнул двоих, и второй рухнул вниз со шпагой Старка в груди. Третий карабкался наверх, и Старк встретил его с голыми руками.
Валин стоял, как прикованный, и видел, как Старк сбросил со Стены тело врага, слышал, как тот кричал, падая. Он видел лицо Старка, когда он срывал лестницу и швырял ее вниз, и вслед за этим он слышал новые крики.
Потом появились другие лестницы и другие рыжеволосые головы. Старк нашел себе еще шпагу и вовсю ею орудовал. Валин слышал запах крови, и тут его потрясла неминуемость происходящего, физическая близость врага, явившегося, чтобы убить его и уничтожить все, что он любил.
Дикая ярость охватила Валина, он рванулся вперед и принялся молотить по головам, возникавшим над Стеной. Но случилось то, о чем предупреждал его Старк, и вначале ему показалось, что легче было бы действовать, не видя лиц врагов.
Битва была теперь такой жаркой, что все смешалось, и офицеры потеряли контроль над людьми. Все дрались, как могли и где хотели. Битва была жаркой, но длилась недолго.
Варвары овладели Стеной в трех местах, потерпели поражение в двух и снова выиграли в одном. С этих захваченных позиций они устремились вниз, сминая защитников, отбрасывая их, увлекая вниз. Битва перенеслась на улицы, и вдруг все пути, ведущие к центральным частям города, оказались заполненными женщинами и детьми.
Старк потерял из виду Валина. Он надеялся, что тот еще жив и сохранил достаточно благоразумия, чтобы уйти. Но как бы там ни было, теперь все зависело от него самого, и Старк ничего уже не мог поделать. Он перестал о нем думать.
Огромные ворота Кушата все еще сопротивлялись напору варваров, и Старк силой прокладывал путь через площадь. Ларьки мелких торговцев были опрокинуты, кувшины с вином разбиты, и красная жидкость пенилась, растекаясь ручьями.
Привязанные животные кричали и бились, пытаясь избавиться от груза. Они пьянели от запаха крови. Убитые громоздились грудами. Все оставшиеся в живых защитники города были здесь. Они инстинктивно образовали квадрат и пытались защитить свои теснимые к лобовой части ворот фланги. Каждый камешек у них под ногами сотрясался от ударов тарана. Обшитые железом бревна отвечали ему жалобным стоном.
Знать сошла со Стены. Сидя верхом, они ждали.
Теперь их осталось совсем мало. Яркие мундиры были порваны и испачканы, лица грязны. Но они по-прежнему держались прямо и гордо. Старк увидел Рогайна. Руки его были белы, но не дрожали.
Последний раз ударил таран. С горьким криком провисли ослабевшие болты, и ворота распахнулись.
Знать Кушата бросилась в атаку. Как подобает солдатам, они ринулись на всадников Мекха и удерживали их, пока не пали под ударами их мечей. Оставшиеся в живых были смяты животными. Первым в ворота ворвался Сиаран.
Много животных пустыни мчалось без седоков. Старк воспользовался одним и пустил животное в галоп. Там, где гуще завязывалась драка, мелькал силуэт в черной броне, и топор его без устали рубил противника. Глаза Старка затмились холодным радостным огнем. Он забыл о талисмане и судьбе Кушата. Старк был свободным человеком. Он вонзил каблуки в чешуйчатые бока животного, и оно рванулось вперед.
Чувство, овладевшее Старком, было таким сильным и ярким, что заглушало страх. Все в нем билось и трепетало. Прокладывая себе путь через толпу длинной шпагой, он закричал:
— Сиаран!
Черная маска повернулось в его сторону.
— Старк!
Землянин снова пришпорил животное:
— У моей шпаги пока есть право, ублюдок!
Из отверстия в маске послышался хорошо знакомый голос:
— Тогда пользуйся им! — Черный топор описал дугу, предупреждая друзей и врагов, что это личный бой.
Внезапно они оказались в маленьком круге, в самом центре битвы. Их животные полетели друг на друга, топор описал кривую и шпага, блеснув, рванулась ему навстречу.
Раздался звук металла, и топор упал на землю. Из глоток варваров вырвался единый вопль. Старк не обратил на него внимания и снова пришпорил животное.
Сиаран потянулся за шпагой, но его рука, ослабленная силой предыдущего удара, оказалась не такой быстрой, как раньше. Эфесом своей шпаги Старк нанес удар по черному шлему так, что металл зазвенел как колокол. Сиаран покачнулся в седле. Это длилось мгновение, но его оказалось достаточно. Старк сорвал с противника маску, отбросил ее и впился руками в незащищенное горло.