[136] Таким образом, как видим, проблема словообразования являлась одним из наиболее интересовавших Кэрролла разделов лингвистики.
В жизнеописании Кэрролла, принадлежащем перу его племянника Коллингвуда, процитирован отзыв воспитателя четырнадцатилстнего Чарлза Лютвиджа относительно его успехов в латинском стихосложении: „… он с удивительным хитроумием подменяет обычные, описанные в грамматиках окончания существительных и глаголов более точными аналогиями или более удобными формами собственного изобретения“.[137]
Следует сказать, что Кэрролл всю жизнь любил создавать новые слова. Так, в „Алисе в Стране Чудес“ появляются слова „to uglify“ и „uglification“ (обезображивать и обезображивание), созданные по аналогии со словом „to beautify“ — „украшать“. Там же устами Герцогини высказана сентенция: „Позаботься о смысле, а звуки позаботятся о себе сами“ (это переделанная английская поговорка „Take care of the pence and the pounds will take care of themselves“ — „Позаботься о пенсах, а фунты позаботятся о себе сами“).
Теперь, наконец, можно обратиться к тем неологизмам, которые употреблены Кэрроллом во второй, третьей, четвертой и пятой строфах баллады „Джаббервокки“, и выявить их словообразующие элементы. Однако прежде чем говорить об этимологии и морфемном составе упомянутых слов, нелишне будет все же напомнить, что в ходе моды на англосаксонские древности в Англии в XIX в. были изданы и соответствующие словари. Основа для этих словарей была заложена еще в XVII в. саксонско-латиноанглийским словарем, выпущенным В.Сомнером в 1659 г..[138] В 1701 г. вышел англосаксонский словарь, составленный Т.Бенсоном.[139] К словарям XIX в., которыми мог пользоваться Льюис Кэрролл, относится, по всей вероятности, и „Словарь устаревшего и провинциального английского языка“, составленный Т.Райтом,[140] и „Лексикон англосаксонский“ Людовика Эттмюллера.[141] Именно словари В.Сомнера и Т.Бенсона были взяты за основу Дж. Бозвортом, когда в 1838 г. он выпустил свой англосаксонский словарь, опираясь при этом еще и на британские коллекции англосаксонских манускриптов.[142]
О том, что одно из двух составляющих имени „Джаббервокки“ — „wocor“ или „wocer“ — Кэрролл нашел в англосаксонском словаре, свидетельствует его ответ бостонским школьницам, приведенный выше. В англосаксонском словаре Дж. Бозворта значение этого слова передано точно теми же словами, как и в письме Кэрролла — „fruit“ или „offspring“.[143] „С прилагательными делай, что хочешь“, — говорит Шалтай-Болтай Алисе, объяснив, что некоторые слова очень вредные, никак не хотят подчиняться. „Особенно, глаголы! Гонору в них слишком много!.. Впрочем, я с ними со всеми справляюсь“.[144]
„Нонсенсы“, о которых речь пойдет далее, — это, как уже было сказано, именно прилагательные: „frumiou“, vorpal, manxome, uffish, tulgey, frabjous». Ниже будет показано, что они образованы при помощи различных существующих в современном английском языке суффиксов от англосаксонских основ.
I. «Frumious» — слово образовано от основы англосаксонского существительного «frumetlmg,e — a youngling, young cow» (детеныш, звереныш, молодая самка)[145] и суффикса — ous (следующего за тематическим — i), который в современном английском языке употребляется для образования прилагательных, показывающих качество, обозначенное основой слова. Таким образом, выражение «frumious Bandersnatch» во второй строфе «Джаббервокки» означает «молодой Бандерснэтч».
II. «Vorpal» — прилагательное образовано от основы англосаксонского глагола «to weorpan, — werpan, — worpan, — wurfen, — wyrpan; p. — wearp, pi. wurpon; pp. — worpen — to destroy, to break in pieces, to demolish» (разрушать, разбивать в куски, разить, уничтожать)[146] и суффикса — аl, при помощи которого в английском языке прилагательные образуются от существительных. Но здесь, как видим, и глагольная основа поддалась магии кэрролловского воображения, и он образовал прилагательное «vorpal» — «разящий», которое в наше время значится и в словарях, поскольку приблизительный его смысл был понятен из контекста. Заметим попутно, что в англосаксонском, или древнеанглийском, языке буквы V не было, она появилась лишь во времена норманнского завоевания (была введена в оборот французскими писцами). Итак, «vorpal sword» означает «разящий меч». В современных же английских словарях это слово толкуется лишь как «обоюдоострый» и указывается, что придумано оно Кэрроллом.
III. «Manxome» — слово образовано от основы англосаксонского прилагательного «maene — mean, wicked, false, evil» (презренный, злобный, фальшивый, злой)[147] и суффикса прилагательных — some (с переходом — s в — х по аналогии с «buxom» — «полногрудая»). Таким образом, «manxome foe» означает «презренный враг».
IV. «Uffish» — прилагательное образовано от основы англосаксонского глагола «uferian; p. ode — to elevate, make higher» (возвышать, повышать),[148] который употреблялся также и в метафорическом значении, и суффикса — ish, при помощи которого обычно образуются в современном английском языке прилагательные. Следовательно «offish thought» не что иное, как «возвышенная или высокая дума».
V. «Tulgey» — слово образовано от основы англосаксонского наречия «tulge — strongly, firmly» (прочно, сильно, крепко)[149] и суффикса — у, который с именами существительными нарицательными образует прилагательное, характеризующее предмет во всей его полноте. Итак, «tulgey wood» означает «крепкий, или дремучий лес».
VI. «Frabjous» — слово образовано от основы англосаксонского прилагательного «frea-beorht, briht, frae-beorht — exceedingly bright, glorious» (чрезвычайно яркий, славный)[150] и суффикса — ous (следующего за тематическим — j). Таким образом, выражение «frabjous day» означает «славный день». Слово «frabjous», как неологизм Кэрролла, обозначено в современных английских словарях, и по смыслу ему дано значение «surpassing» — «превосходный, исключительный, непревзойденный».
Отдельно следует сказать о выражении «the vorpal blade went snicker-snack» из пятой строфы баллады. Оно сконструировано по образцу «the sea went high» — «море вздыбилось» и в нем Кэрролл употребил, помимо прилагательного «vorpal», о котором шла речь выше, неологизм «snicker-snack». Вообще-то, существует глагол «snicker-snee» (испорченное «snick and snee» — «драться на ножах»), но он устарел и употребляется редко. Существует и прилагательное «snack» шотландского происхождения, означающее «быстрый». Кэрролл же использовал, на наш взгляд, древнеанглийский глагол «snican, snac, snicon»,[151] в фигуральном смысле означавший «молниеносное движение», и получил неологизм «snicker-snack» — «молниеносный». Следовательно «the vorpal blade went snicker-snack» означает «разящее лезвие вонзилось молниеносно».
Осуществив подстрочный перевод пяти внутренних строф баллады «Джаббервокки», получаем следующий текст:
«Берегись Джаббервокка, мой сын!
Челюстей, которые кусают, когтей, которые хватают!
Берегись птицы Джубджуб
И опасайся молодого Бандерснэтча».
Он взял в руку свой разящий меч:
Долго презренного врага он искал…
Итак, остановился он возле дерева Тумтум
И стоял какое-то время в размышлении.
И пока он стоял, дум высоких полн,
Джаббервокк с огненными очами
Выскочил со свистом из дремучего леса,
Что-то бормоча по пути!
Раз, два! Раз, два! И сквозь, и сквозь
Разящее лезвие вонзилось молниеносно!
Он оставил его мертвым, и с его головой
Умчался вприпрыжку назад.
«Ты убил Джаббервокка?
Так приди в мои объятия, мой лучезарный мальчик!
О, славный день! Кэлу! Кэлэй!»
Он воодушевленно пел и смеялся от счастья.
Таким образом, видимо, следовало бы внести в английские толковые словари те неологизмы Кэрролла из баллады «Джаббервокки», которых в них еще нет, с указанием, от каких англосаксонских корней «нонсенсы» образованы и каково точное, определенное значение каждого из них. Ибо считается до сих пор, что «странные слова в этом стихотворении не имеют точного смысла», как пишет М. Гарднер. «Однако они будят в душе читателя тончайшие отзвуки», — утверждает исследователь и напоминает, что со времени первой публикации баллады «Джаббервокки» (в составе «Алисы в Зазеркалье») были сделаны и другие попытки создать более серьезные образцы подобной поэзии.[152] К таким попыткам относятся стихотворения дадаистов, итальянских футуристов и американской писательницы Гертруды Стайн (1874–1946). Как признается М.Гарднер, он не встречал, впрочем, человека, который бы помнил наизусть хоть что-нибудь из поэтических опытов Гертруды Стайн, а стихотворение «Джаббервокки» было столь хорошо знакомо английским школьникам, что в повести Редьярда Киплинга «Столки и Кь» (1899), посвященной школьным годам писателя (сам он и его соученики изображены в этой повести под вымышленными именами), «пять из „бессмысленных“ слов „Джаббервокки“ фигурируют в непринужденном разговоре мальчиков».