– А что мне люди?! Что мне люди! Ты бы сам людей постыдился! Вместе со своей женилкой бессовестной…
– Ну, Зоя, ну прекрати немедленно!
– Не нукай! Не лошадь погоняешь! Блядун чертов!
Я улыбнулась и отвернулась в сторону… Перестав слушать скандал, я вдруг подумала о Ленке и о том, как нелепо она умерла… Наверно, так бывает всегда… Смерть никогда не бывает умной, она всегда нелепа… А еще…
Еще я точно знаю одно, что, когда человек умирает, он некоторое время еще слышит. Я попросила Ленку дать знак, и она мне его дала, потому что она меня слышала и во всем со мной согласилась…
Я очнулась только тогда, когда вереница джипов остановилась у бензоколонки и все туристы вышли из своих машин.
– Отель «Фэйм-Бич», садитесь сюда, – турок махнул рукой в сторону небольшого автобуса.
– Да. Сейчас.
Я принялась искать деньги, размышляя о том, даст ли мне турецкий гид сдачи со ста долларов или нет.
По идее должен, хотя кто его знает.
– Что вы ищете?
– Деньги.
– Я не возьму денег. Мне ничего не стоило вам помочь. Я бы не отказался выпить с вами вечером чашечку кофе.
– Я согласна, – с нескрываемой радостью ответила я.
– Тогда в восемь часов у входа в вашу гостиницу.
– Договорились.
Прыгнув в автобус, я помахала гиду рукой, послала воздушный поцелуй и приникла к окну. Я не сомневалась в том, что он выпьет чашечку кофе с кем-нибудь еще, потому что у меня просто не будет на это времени…
Автобус тронулся. Я закрыла глаза и постаралась сдержать слезы…
Глава 12
Как ни странно, но именно в моем автобусе оказалась уже знакомая мне семейная пара из Украины. Сидящая по соседству со мной женщина смотрела на меня жалостливым взглядом и никак не могла успокоиться.
– Ой, а мы с вами даже в одном автобусе едем, – заметно оживилась она.
– Вы тоже живете в «Фэйм-Бич»?
– Нет. Мы выходим раньше.
– Прекрасного вам отдыха.
– Спасибо. Знаете, я вот на вас смотрю и все думаю…
– О чем? – спросила я совершенно спокойным голосом.
– Я думаю о том, что вы мне сказали… Знаете, меня это так растревожило, что на меня даже мой муж обиделся. Я все думала и думала…
– Да не принимайте вы все так близко к сердцу…
– Я все же подумала, что мужика лучше держать надо. Мужик должен быть в ежовых рукавицах. Шаг вправо, шаг влево – сразу расстрел. Мужик – это же конь. Его надо за узду – и в стойло.
– Да зачем такой мужик нужен, которого надо за узду держать?!
– А с ними иначе нельзя. Они по-хорошему не понимают. Я своего вон – как выдрессировала, он у меня ручной стал. Копытом никогда лишний раз не стукнет. Поел овса, и в стойло.
Как только автобус остановился и Зоя собралась выходить, она немного задержалась и одарила меня дружеской улыбкой.
– А вообще вы должны держаться. С уходом мужчины не уходит жизнь. Вы теперь и лошадь и бык, и баба и мужик. Что поделать, такова уж наша бабья доля. В этой жизни ни в чем зарекаться нельзя. Может, и мой кобель куда уйти надумает. Скинет ошейник, мудями затрясет и на волю… Просто жалко, что они нас бросают, а не мы их. Мы не можем – у нас дети…
Распрощавшись, Зоя вышла из автобуса и, смерив своего Николая подозрительным взглядом, взяла за руку ребенка и пошла в сторону своего отеля. Я грустно смотрела им вслед до тех пор, пока их силуэты не скрылись из моего поля зрения, затем заметно напряглась и стала ждать своей остановки.
– Внимание. Отель «Фэйм-Бич», – объявил гид в микрофон.
Выйдя из автобуса, я прошла мимо отеля и направилась в ближайший бар. Поняв, что мне больше не стоит ходить с дорожной сумкой, дабы не вызывать излишнего любопытства окружающих, я достала из сумки деньги и выкинула ее в первую попавшуюся урну. Сев за столик, я заказала себе бокал турецкого вина и нехитрый обед.
Улыбнувшись проходящему мимо меня полицейскому, я закинула ногу на ногу и стала тщательно обдумывать свои дальнейшие действия. Не успела я даже сосредоточиться, как к моему столику подошел незнакомый турок с бутылкой вина и вазочкой фруктов.
– Простите, вы не позволите мне присесть за ваш стол? – Турок достаточно хорошо говорил по-русски и был довольно прилично одет. Наверно, какой-нибудь гид, подумала я и безразлично кивнула ему головой.
– Спасибо.
Вокруг меня было несколько свободных столов, из чего я сделала вывод, что турок настроен на знакомство и сейчас начнет донимать меня своими расспросами.
– Скажите, а почему вы такая грустная? – с какой-то особой заботой спросил он, оглядев меня при этом с ног до головы.
– Простите, но я совершенно не настроена на беседу. Мне хочется немного подумать и отдохнуть.
Турок посмотрел на меня с еще большим интересом. По всей вероятности, ему очень понравилось, как я злюсь.
– И все же вы очень грустная…
– Может быть. Человек не может быть все время веселым.
– Вы не просто грустная. На вашем лице глубокая печаль.
– А что, вы хотите, чтобы я сидела за этим столом и смеялась на весь пляж?!
– Да боже упаси. И все же мне бы очень хотелось вас чем-нибудь развеселить. Хотите, я подолью вам вина и угощу фруктами?
– Нет уж, спасибо. Я вашим гостеприимством сыта по горло.
– Почему? Вас кто-то обидел?
– Сейчас вы подольете мне вина, затем порежете мне яблоко дольками, потом положите руку на плечо и будете уговаривать провести с вами ночь. У вас ничего не бывает за просто так. У вас все делается с выгодой.
– Вы хотите сказать, что я хочу вас купить за бутылку вина и яблоко?
– Что-то вроде того.
– Я предложил вам свое угощение искренне. Я знаю, что вы стоите намного дороже, и я совершенно не пытаюсь вас купить. Если хотите знать, то как женщина вы совершенно меня не интересуете. Я женат, и у меня очень хороший брак.
– Зачем же вы тогда ко мне подсели, ведь вокруг полно свободных столов?
– Просто я не люблю пить один, и мне захотелось составить вам компанию. Я же вам сказал, что у меня очень хороший брак.
– Я не верю в хороший брак. Одно само слово «брак» уже говорит само за себя. У нас оно еще означает «плохо сделанная вещь». Так что хорошее дело браком не назовут.
– Вы не правы.
– Может быть. Давайте каждый из нас останется при своем мнении.
– Конечно. И все же разрешите вас угостить?
– Угощайте.
Я пододвинула турку пустой бокал и позволила налить мне вина. Турок с большим удовольствием наполнил мой бокал и пододвинул тарелку с фруктами на центр стола. Мы чокнулись и сделали по глотку.
– И все же вы не ответили на мой вопрос. Почему вы такая грустная?
– Потому что у меня много проблем, – резко ответила я. – А вообще в последнее время я всегда такая.
– Всегда?
– Всегда. – Я почувствовала, что после моего ответа мне захотелось плакать.
Перед моими глазами пронесся образ умирающей Ленки, а затем ни с того ни с сего мне представилась застреленная мною Ника… Мне почему-то показалось, что страшная женщина, называемая смертью, ходит где-то рядом со мной. Возможно, она присела за соседний стол, я слышу ее шаги и то, как она дышит мне в спину… По моей спине пробежал холодок.
– А ваши проблемы разрешимы? – никак не хотел оставить меня в покое турок.
– Не знаю. Я и сама не могу ответить на этот вопрос, – довольно раздраженно бросила я.
– Я знаю, в чем заключаются ваши проблемы, – мне показалось, что самоуверенность из турка так и прет.
– Надо же, и откуда у вас такие познания?..
– Я не шучу, а говорю серьезно.
– Вы что, умеете читать мысли?
– Нет. Я просто очень хорошо вижу лица, вернее, я даже их не вижу, а умею их читать. На вашем лице отражено все.
– И что же отражено на моем лице?
– Печаль, усталость и материальные трудности.
– Надо же, а вы прямо провидец, – рассмеялась я каким-то чужим смехом.
– Я бы с удовольствием помог вам разобраться с вашими материальными трудностями. Ведь вы не туристка. Вы приехали сюда не на отдых… Вы приехали сюда в надежде заработать денег.
– Что?! – От возмущения меня аж затрясло. – Я приехала сюда со своим мужем. Я живу вон в том отеле… Сейчас мой муж купается в море. Он скоро может сюда прийти, и тогда вам не поздоровится. Возьмите свою бутылку и убирайтесь прочь за другой стол. – Турок посмотрел мне прямо в глаза и ни с того ни с сего взял меня за руку. Я быстро отдернула руку и хотела было пересесть за другой стол, но он повторил свое движение еще раз.
– Послушайте, я совсем не хотел вас обидеть. Если вы думаете, что я принимаю вас за проститутку, вы глубоко ошибаетесь. У проституток другие лица…
– Надо же! И какие же, по-вашему, лица у проституток?
– На них лежит не печаль. В них читается злость. Вы никогда не обращали внимание на то, что у проституток озлобленные лица… Даже когда они улыбаются или чему-то радуются… В них все равно видна злость…
– Что вы от меня хотите?!
– Мне безразлично, кто вы и что вы… Мне безразлично и то, живете вы в этом отеле или нет… Мне также безразлично, есть у вас муж или вы его придумали. Я просто хотел вам помочь заработать хорошие деньги за короткий срок.
– Что?!
– Да-да, вы не ослышались. Поверьте, это в моих силах.
– Я уже по горло сыта посторонней помощью и участием в моей судьбе. Больше я в этом не нуждаюсь. Спасибо.
– Не говорите нет. Ведь вы еще не знаете, о чем я хочу вам сказать.
– Не знаю и знать не хочу.
– Вы не правы. Вы совершенно не правы.
– Спасибо. Если вы думаете, что я проститутка, то вы ошибаетесь. Топайте-ка вы на хрен за другой стол.
– По-вашему, девушка может заработать себе деньги только путем проституции?
– В вашей стране – да.
– Но ведь это не так. Проституция, конечно, ходовой бизнес, но не настолько, чтобы им занимались все поголовно. Есть еще целая масса других возможностей.
– И все эти возможности приводят к одному и тому же плачевному финалу, – перебила я турка.