Больше всех, зримо, обрадовался Учитель, переживающий, что я пропаду с концами и не с кем ему окажется спасать сестру. Я, сначала, остановил прислугу и продиктовал заказ, потом, подсел к нему рядом и, прежде, чем ответить на вопросы, где я столько пропадал, попросил предоставить мне возможность поесть и попить:
— Парни, с утра маковой росинки не положил в рот! — признался я и занялся быстро принесенным жарким с тушеной кашей, блюдом, которое получается у местного повара на отлично и постоянно пользуется спросом, поэтому его не требуется долго ждать, приносят большое блюдо на стол почти сразу.
Выпил заодно пару кружек местного пива и, только потом, после трапезы, рассказал свою версию поездки.
Что, нанялся я, по знакомству, охранять определенные торговые операции, стоящие на грани закона, рискуя своей шкурой, за неплохие деньги.
— Пришлось прокатиться в сторону рудников, на пол пути, чтобы подстраховать пару сделок, — так я объяснил свое долгое отсутствие.
Расспрашивать больше меня не стали, и так все поняли, что разговор идет об обычной контрабанде, которую полу-нелегально тащат торговцы из Гардии и Муклена, остерегаясь заходить в порт Астора, чтобы не платить положенную плату в казну города. Они выгружают ее с кораблей на половине пути между Астором и рудниками, там же продают, меняют и проворачивают такие сделки, чтобы не рисковать и не тратить лишнее время. Из Астора им требуются только продукты и еще изделия, для комфортной жизни в осажденных городах, насколько она может быть там комфортной. Из городов Севера, получается, в Астор поступает раскопанная там мародерка, которую складируют у крестьян в сараях и хлевах, на подъезде к городу и завозят маленькими партиями, чтобы не привлекать внимание Стражи и приписанного к Речным воротам мытаря.
Полулегальный и не очень приветствуемый властями города бизнес, но, закрыть все побережье силенок у Астора явно не хватает. Поэтому и терпят власти появление необходимых горожанам вещей и безделушек, которые так и называют — «оттуда» или «северные».
То, что я подрядился работать в охране нелегального бизнеса, призвания и почестей мне, конечно, среди гвардейцев не добавит, посмотрят немного косо, но, с моим авторитетом в боевых искусствах ничего не случится. Учителю на это, вообще, наплевать, Генс будет основным недовольным, как уже серьезный командир в Гвардии, обязанный — точно не поощрять такую деятельность, но, все же, против Учителя и, значит, меня, он выступать не станет.
Тем более, я охраняю, а не торгую, с меня и взятки гладки, мое дело, в сторонке стоять и смотреть, чтобы заказчиков никто не обидел, типа.
Зато, я всегда могу исчезнуть на пару осьмиц и никто не станет интересоваться, что я делал, если я связался с такими людьми. Да и какой-то доход мне требуется иметь, чтобы объяснить, откуда берутся деньги, ведь покупать я собираюсь много.
Учитель пока, все никак не решится поговорить со мной насчет перехода через горы, присматривается ко мне и, пожалуй, соберется только после первых боев, в которых я поучаствую. И так, конечно, видно, что я соображаю в теме, легко переигрываю остальных бойцов в тренировочных боях, но — этого мало, чтобы меня признали за серьезного бойца, что мне, в общем-то, и не требуется пока. От боев в круге я отказываюсь, понимая, что никаких десятков золотых на кону там не стоит, так и трактир еще не стал настолько популярным, как это произойдет через три-четыре месяца. Он считается очень хорошим, по кухне и пиву, только, достаточно дорогим и массовой популярности у платежеспособной публики еще не добился, а простой народ предпочитает более дешевые и веселые места, ту же «Жаровню»
Этому хорошо поспособствует популяризация боев в круге, когда Учитель поднатаскает парней, и они начнут выдавать зрелище, выступления Гриты, понемногу становящейся известной певицей в узких кругах, еще хорошая музыка, популяризируемая Споком и жесткий фэйс-контроль, до которого еще далеко.
Я пока активно не перетаскиваю сюда Гриту, помня о том, что произошло у Мортенса и уже понимая, что слишком радикально будущее менять не стоит.
Суждено ее музыканту распрощаться с жизнью там, пусть, так оно и будет, иначе, судьба может распорядиться, чтобы те отморозки-дворяне остановились в той же «Лисе» и как все случится здесь — я уже не буду знать и, соответственно, не смогу правильно вмешаться. Да и погибнуть могут совсем другие люди, те же гвардейцы, которые на беспредел молодых дворян сквозь рукава смотреть долго не станут, ввяжутся в стычку и погибнет тогда не тот самый музыкант, которому предначертано, а кто-то из моих приятелей, а то, и сам Учитель. Он то, на эту дворянскую спесь вспыхнет, как порох, кинется первым и может получить кинжал в живот, вместо поднадоевшего мне уже музыканта.
Вечер прошел в дружеской попойке, я вернулся в свой двор, уже забрав Гриту от Мортенса, помахал приветственно соседям и утащил красотку наверх, ибо, неотложное желание с ней поговорить у меня снова появилось, такая она красивая и воодушевленная удачным выступлением.
Утром, после бессонной ночи, завтракал я не один, с Троном и упросил Клою отдать весь, на редкость, вкусный омлет именно мне, так как девушка устала и просила ее не будить. Еще бы, я оставил ей пару тайлеров, на покупки, чем обрадовал милую очень-очень и вызвал новый прилив энтузиазма, непосредственно сказавшийся в постели.
Шоппинг, милый шоппинг — как немного требуется моей подруге, чтобы почувствовать себя счастливой и любимой достойным человеком.
Наконец-то, я в мастерской с утра и мне не придется куда-то спешить. Крип с парнями гордо рассказывают, что выдали одну подводу за эту осьмицу и приняли два новых заказа от знакомых благодарных клиентов. Трон, конечно, и так все рассказал мне за завтраком и по пути на работу, но, послушать рассказы остальных сотрудников и похвалить за трудовые подвиги — всегда полезно.
Ятош еще не ушел в свою комнатку и шепотом еще раз поблагодарил, за то, что мой камень снял большую часть болезненности в колене, а так как, он теперь не напрягает больную ногу в мастерской, она и не болит, чему старик очень счастлив.
— Камень все время лежит под лучами светила и набирает целебную силу, — шепнул я ему, когда старик робко поинтересовался, как там с новым сеансом лечения.
— Пусть пройдет месяца три, летом сила Ариала больше копится, мы попробуем еще тебе помочь, — в ответ Ятош пожал мне руку и долго еще не уходил из мастерской, слушая с нами добровольный отчет Крипа, о том, сколько деталей потрачено и сколько заказано новых.
Я переоделся и работал со всеми до обеда, которым со мной поделился Трон, объяснив, что Клоя положила еды на нас двоих.
— Старина, придется поднять мне плату за комнату и питание, мне кажется, что я больше проедаю, чем плачу.
— Не придумывай, тебя не было дома больше осьмицы, так что, в убытки ты нас не вгонишь, — отмахнулся Трон, — да и я получаю здесь уже в полтора раза больше плату, чем, когда катался. Большое тебе спасибо, что привел меня к таким хорошим людям, как Крип и парни.
Учитывая, что первым делом, пока сосед переодевался, Крип долго благодарил меня, за такого толкового и рукастого работника, который все знает о подводах и постоянно вносит, как бы, это сказали в социалистическом Кутаиси, рацпредложения, которые очень помогают поднять качество и уменьшить трудоемкость рабочих процессов.
Учитывая все это, можно с уверенностью утверждать, что они нашли друг друга.
После обеда мы вместе сходили к Водеру и он продемонстрировал мне уже готовый образец лука для арбалета и похвастал, что немного изменил мои рецепты, теперь сталь еще более упругая и гибкая:
— Как раз, то, что и требуется для арбалетов, лучше уже не сделать.
— Отлично, только, Водер, занимайся сам этим делом, чтобы твои работники не имели понятия, что ты добавляешь в металл и при какой температуре закаляешь его. Пусть, это будет только наш секрет.
— Понял я уже, — буркнул кузнец, я ведь не первый раз напоминаю ему о промышленном шпионаже и слабых на подкуп подмастерьях, — ты лучше скажи, когда первую партию ковать?
— Когда, когда, вчера надо было начинать, — обрезал я его недовольство, — Сможешь сделать тридцать два лука?
От такого количества Водер даже оторопел:
— Сколько, сколько?
— Тридцать два образца. И по какой цене ты собираешься нам их продавать, жадюга?
— Так, это… — кузнец начал усиленно тереть голову, памятный мне жест, когда хочется попросить плату побольше, но есть страх, что клиент плюнет и уйдет.
— Три лука за золотой, пойдет? — есть в голосе определенная нерешительность. Хотел ведь четыре изделия на один тайлер предложить, но, решил поднять цену.
— Пойдет, — коротко ответил я и отсчитал в широкую ладонь одиннадцать золотых, — Плачу за все вперед, Крип — будешь свидетелем, а то, мало ли…
Водер подумал, не обидеться ли за такие слова, за такое недоверие к честному человеку, но стопка блестящих кругляшей примирила его с несправедливым утверждением.
— Плачу вперед и сразу говорю, у нас образца самого арбалета еще нет, надо найти где-то, лучше, чтобы работы Рыжих оказался. Есть у тебя на примете, купить где или взять на время, за плату?
Водер опять зачесал свою лохматую голову и потом высказался:
— Найдем арбалет.
— Тетивы еще много потребуется, есть, где купить?
— Это, тетиву астрийские купцы продают. Еще те, которые из Бейств здесь торгуют.
Я подумал, что по лавкам я и сам пройдусь, с купцами поговорю, поторгуюсь и познакомлюсь с самыми солидными из них, чтобы знали меня с хорошей стороны, как серьезного бизнесмена.
— Ладно, тетивой сам займусь. Дело серьезное, тут особый человек нужен, с подходом и понятиями.
Потом посмотрел на мнущегося Водера и подумал, что хорошо бы и к нему в компаньоны войти, ведь от нашего заказа ему тоже так хорошо перепадет. Все болты для Гвардии и, те же, еще неизвестные здесь, козьи ножки, все же заказы у него разместим и, если, сейчас вложить в его дело те же пятьдесят или побольше тайлеров, потом можно будет каждый месяц по столько иметь.