Деньги пока сложили в общий кошель, и самим стало полегче, меньше хлопот с присмотром и обиходом лишних, по сути, животинок. Братья совсем незнакомы с управлением таким транспортом, Учитель мог бы ехать на лошади, но не хочет.
Никак не может наговориться со своей родной сестрой и старым учеником, отвлекая Брона от мыслей о погибшем брате.
Я покачиваюсь в седле рядом, краем уха прислушиваюсь к разговорам воссоединившейся семьи и поглядываю по сторонам, готовый в случае опасности быстро накинуть купол и, выхватив копье, смело поскакать навстречу врагам.
Уже примерил, как увеличить размеры защиты, чтобы моя лошадь влезала в нее целиком, а я не очутился на убитой или пораненной лошадке в пылу сражения. Чтобы она не придавила со всего маха такого сильного и могучего Мага, там мне купол особо не поможет.
Но, пока что-то врагов или погони не видно, мы ночуем опять на высоком месте, чтобы издалека увидеть в ночи факелы, если кто-то нас все же неутомимо догоняет по полной темноте.
Утром добираемся до тайника, где припрятано добро с первой схватки, выкапываем его и поворачиваем в сторону севера.
К обеду третьего дня перед нами появляется город, достаточно солидно выглядящий, обнесенный не очень высокой каменной стеной, не сказать, что сильно внушительной.
Я собираю совещание, на котором мы сообща решаем попробовать продать доспехи и панцири именно здесь, потому что дальше к горам остается только тот небольшой городок, в котором у меня прошло крещение, как охранника каравана. И в котором погиб один из местных жуликов под колесами и копытами каравана чертового купца, которому я на прощание ударом пятки копья сломал челюсть, но это уже случилось в другом месте.
И еще в прошлой жизни, так что даже нечего теперь вспоминать.
Там к самому городу не проехать так, чтобы в предместьях с бандитами не повстречаться, а здесь видно, что дорога очищена для тех же караванов, хозяин крепко держит власть, бандитов пока не замечено нигде перед воротами.
Да и предместий нет вообще, прямая дорога ведет к воротам города, сейчас открытым. Понемногу подводы и отдельные крестьяне проезжают и заходят в город.
Здесь меня никогда не видели и это единственное относительно безопасное место для предполагаемой торговли совсем незаконной мародеркой.
«Черт, что я несу?» — отвешиваю я себе морально подзатыльника.
Какое-то раздвоение личности постоянно происходит, в этой жизни я здесь никогда еще не был, и никто в той стороне меня еще не видел.
Наша подвода останавливается в километре от распахнутых ворот города, я беру с собой Торка, как самого опасного, еще солидно выглядящего Учителя, как своего переводчика, умеющего общаться на местном языке.
Мы отправляемся в город на поиски покупателя для нашего добра, такого, чтобы понадежнее.
Оставляю Брона и Клею, пусть выступают толмачами, если возникнут вопросы к нашей группе вооруженных людей. То, что я не взял с собой в город всех, означает, что я просто не хочу платить пошлину за каждого воина и лошадь с подводой, вполне разумное решение по местным понятиям.
В мешках у нас кольчуги и немного явно лишнего и дорогого оружия, свою лошадь я тоже оставил в лагере, где занялись устройством и готовкой завтрака около небольшого родничка.
Снятые в виде трофеев оружие, кольца и прочую драгоценную барахлюндию — гораздо выгоднее продать в Асторе, поэтому готовы реализовать только кольчуги, еще станем искать возможность заинтересовать местных оружейников доспехами и панцирями.
Мы подходим к городским воротам, где нас уже ждет почетный караул из десятка стражников, переходим мост и начинаем с ними общаться.
Вернее, разговор начинает Гинс, я его понимаю обрывками, Торк смотрит на мое лицо и правую руку, которую я могу сжать в кулак, если что-то пойдет не так.
Тогда придется отбиваться и отступать от ворот к своим.
Глава 8
— Стойте! Кто вы и зачем идете в город? — преграждает нам путь Старший стражников, крепкий, усатый дядька с чем-то вроде алебарды в руке.
Остальные стоят сзади и с боков, бдительно изучая наши лица, руки и одежду.
Первый раз вижу в здешних краях такое оружие, поэтому внимательно присматриваюсь к нему, пока Гинс отвечает:
— Мы направляемся в Терум, хотели бы закупиться продуктами в вашем городе.
— И кто вы такие? — видно, что стражника настораживает наша одежда, которая не вся выглядит по-местному, и совсем не местные лица гостей.
Впрочем, именно я, как иноземный баронет, и не должен выглядеть иначе, как и моя охрана.
— Этот господин — благородный баронет Фольвио из Астрии, этот воин — начальник его стражи. Они почти не говорят на нашем языке. Меня зовут Гинс, я нанят переводчиком к баронету.
Вроде все, что требуется знать страже в воротах, они уже знают, поэтому я, раздвинув плечи, шагаю прямо на шеренгу стражников, рассыпающуюся передо мной, как перед благородным дворянином, который даже имеет своего личного начальника стражи.
Торк спешит за мной, как приближенный охранник, только Гинс остается внести за себя и Торка плату за вход в город, я прохожу бесплатно, как положено человеку чести в сугубо дворянской стране.
Стоит это дело половину серебряной монеты за двоих, можно подумать, что эта плата каким-то образом защищает гостей города от беспредела местной кодлы.
Наметанным взглядом я сразу выхватываю парочку потрепанных людишек, отирающихся недалеко от широкого прохода в городской стене. Наверняка служат глазами и ушами местных бандитов, только к дворянскому сословию не полезут, если с голоду не помирают совсем.
Да еще и к небогатому дворянину, раз я оставил свою лошадь и подводу с людьми за стенами, только с двумя спутниками прошел в город. Такое поведение сразу же кричит о серьезных проблемах с деньгами у проезжего дворянина.
Нормальные дворяне останавливаются в хороших постоялых дворах, платят за такое дело весьма дорого, ведь в Сатуме и так ничего дешевого нет, кроме очень веселых девок в невероятно большом количестве.
Но нам заезжать в город не стоит, мало ли как пойдет дело с поиском желающих заработать на дворянских бронях. Процесс может совсем печально выйти, тогда прорываться с подводой окажется гораздо тяжелее, чем троим крепким мужикам с очень сильным Магом во главе.
Мы, в конце концов, можем и с невысокой стены сползти или спрыгнуть, рва с водой вокруг городской стены не имеется в наличии, есть только его давно высохшие остатки.
На торговую площадь вышли вскоре, город все же не очень большой, достаточно чистый, по сравнению с многими другими городами, которые я уже видел в своем предыдущем путешествии в позапрошлой жизни.
Высмотрели пару лавок ювелиров и всего одного оружейника, которому и предложили купить нашу добычу, всего-то за полцены от его самого нижнего ценника на кольчуги.
Кряжистый торговец заинтересовался парой кольчуг и забрал их еще дешевле, посетовав на отсутствие свободных денег, тогда мы посоветовали объединить наши дела с ювелиром, которому он доверяет. Так как хотим продать несколько дорогих вещей, по-настоящему дорогих, чтобы купить ювелирных украшений на всю эту немаленькую сумму.
Этот вариант, пожалуй, единственная возможность сбыть наши трофеи за хоть какие-то деньги.
Ведь оставлять под реализацию мы точно ничего не собираемся, а местные как-то могут ради особо больших барышей договориться между собой.
— Только, — объясняет ему Учитель, — ювелир требуется такой, которому можно доверять, дело-то достаточно щекотливое, зато и денег поднять Мастер Оружейник и его доверенный ювелир смогут очень хорошо.
Вижу, что мужик заинтересовался, исчез на пять минут, оставив помощника в лавке присмотреть за нами, потом вернулся и позвал нас с собой.
— Пойдемте, поговорим с опытным человеком, тогда и решать станем, — так достаточно расплывчато он обнадежил наши ожидания.
Торговец провел нас задними дворами через улицу, потом мы зашли в еще один двор, где наш Сусанин постучал в незаметную, но очень крепкую дверь из толстенного дерева, обитую железом.
Ее открыл крепкий охранник, осмотрел нас и пропустил в помещение:
— Лапами ничего не хватать, — рявкнул он по привычке, потом рассмотрел меня и реакцию Торка на его слова, поэтому немного сбавил тон:
— Прошу прощения, ваша милость, не разобрал в полутьме.
«Не ожидал, понятно, что такими не совсем приличными делами кто-то из дворян занимается. Думал, что только бандиты могут появиться с заднего хода», — вот как я понимаю его поведение.
Он провел нас мимо пары работников, трудящихся за своими верстаками, открыл еще одну крепкую дверь, потом еще одну, уже железную, и мы очутились в ювелирной лавке, охраняемой вторым охранником, здоровенным верзилой в кожаном жилете, вооруженным длинным кинжалом и дубинкой.
Хозяин лавки — невысокий полный мужчина почтенного возраста с острой бородкой, внимательно выслушал нас, то есть, Гинса и оружейника.
— Я правильно вас понял? Вы собираетесь купить у меня большое количество ювелирных изделий. Часть хотите оплатить деньгами, часть — дорогими панцирями и броней. Насколько я понимаю, происхождение вещей не очень определенное, скажем так, — быстро он догадывается о сути вопроса.
— Да, вы правильно все поняли, — подтвердил я, решив вступить в разговор, как самый влиятельный с нашей стороны.
— О, вы говорите на корли? Тогда сразу скажу, сделка не будет выгодна для вас, если только брони не достались вам совсем бесплатно, — заявил он и выжидательно посмотрел как-то на всех нас сразу.
Понятно, он хочет узнать поточнее, как это дело связано со смертью прежних владельцев. От этого зависит только то, чем он с нами рассчитается, украшениями или вообще ничем, а мне кажется, что в голове у ювелира уже складывается именно такой ход мыслей и, естественно, последующих действий.
Я уже понимаю, что как-то зря мы сюда пришли, комбинация выходит слишком сложная, чтобы нормально получиться с какими-то гарантиями успеха.