Через пару часов мы остановились перекусить и дать отдохнуть лошади.
И надо же такому случиться, прямо на нас из-за поворота выехала еще одна подвода зажиточного, похоже, мужика вместе с сыном, перевозящих какую-то сушеную ботву.
Мы не упустили шанс поменяться нашими экипажами, не глядя осуществили обратный обмен нашего одра на крепкую и упитанную лошаденку даже с запасом ячменя в мешке, обнаруженном под ботвой.
Связанных отца с сыном, кричавших без остановки, что всем заплачено, кому положено, положили на нашу подводу. Даже перевалили эту самую ботву на нее, чтобы она не мешала нам путешествовать, и уехали, уже ничего не обещая бывшим хозяевам, ошеломленным таким резким поворотом в своей размеренной жизни.
Через три часа стало темнеть, мы еще часа два продолжали катить, уже освещая дорогу с помощью факела, который несет перед лошадью Учитель, как человек, правильно знающий, что нужно ответить, если кто-то попадется навстречу и задаст вопрос.
Только в Сатуме мало найдется смельчаков, рискнувших бродить по пустынным местам по вечернему и ночному времени, тем более по глухой проселочной дороге. Поэтому мы никого и не встретили.
Потом хороший сон на свежем воздухе, который в Сатуме немного теплее нашего, если находиться около гор, и гораздо жарче, когда подъезжаешь к Устричному морю.
После быстрого завтрака мы тронулись в путь. Я даже начинаю узнавать те самые места, по которым убегали из Сатума когда-то мы с Клеей, после того печального события, когда похоронили братьев на кладбище большого села.
Почему-то резко захотелось оглянуться назад, и тут я заметил на верхушке очередного холма высокие клубы пыли в паре километров от нас.
Кто-то догоняет нашу подводу и сильно торопится, пуская лошадей в галоп. Включив орлиное зрение, я разглядел на переднем коне молодого дворянина, рядом еще двоих воинов, а сколько еще скачет за ними, не видно. В пыли теряются остальные всадники.
За подводой остается пыль, летающая около дороги, и отчетливые следы, которые мы не догадались как-то маскировать и которые привели погоню по нашу душу.
«Зря мы не потратили пару часов времени, чтобы свернуть на другую дорогу, удираем все по той же самой, а теперь придется драться по-настоящему», — понимаю отчетливо я.
— Парни, у нас проблемы, погоня на хвосте, я видел несколько всадников во главе с дворянином, догонят нас через десять минут, если мы не ускоримся, — эта новость приводит в боевое состояние всех наших бойцов.
Торк быстро сориентировался и показал на кусты в сотне метров от нас:
— Загоним подводу за кусты и встретим погоню с разных сторон. Разбирайте оружие, парни, заряжайте арбалеты болтами против брони. Гинс и Ольг на копья, Трагер на лук, вы оба на арбалеты, ты со мной, прикрываем стрелков.
— Ольг, что будет, если кто-то уйдет?
— Тогда нам хана, нападение на дворянина здесь не прощается, нас будут гонять всей толпой, пока всех не перебьют. Придется делать круг, чтобы бежать обратно в горы по другой дороге, пока мы удалились от них только на полдня пути. Прости, Гинс, но, если кто-то выживет и начнется развернутая облава, тут уже не до твоей сестры окажется.
Учитель загрустил, понимая, что я полностью прав.
— Если никто не уйдет, тогда спрячем трупы в кустах, у нас будет целый день на то, чтобы удрать, как можно дальше. Возвращаться придется совсем другой дорогой, это точно.
За последнее время я стал основным экспертом по Сатуму, Учитель, конечно, не знает и доли того, как можно путешествовать по этим опасным местам группой. Сам-то он шел по ночам и вечерам, прячась в дневное время и дрожа от страха. Хорошо, что смог захватить полный мешок еды, ему не потребовалось заходить в лавки и трактиры, пробирался проселочными дорогами и глухими тропами без особого риска нежелательных встреч.
Мы спрятали подводу, немного загнав ее за кусты, Торк отправил напарника, чтобы тот пробежался до следующей кучи кустов, загребая пыль на дороге ногами, как будто мы проехали дальше.
Хорошая хитрость, я бы до такой не додумался, чувствуется опыт в диверсионной войне и заметании следов на вражеской территории.
«Жаль, что немного не успели уехать подальше, похоже, мы на стыке двух дворянских владений и, конечно, зон влияния разных феодалов, такие здесь пустынные места», — грущу я.
Никого не видно последний час, и впереди никаких признаков жилья.
Мы встали поглубже по кустам, давая возможность стрелкам сделать первый залп, чтобы нас не было видно с дороги. Да еще потом арбалеты натянуть еще раз не получится, времени точно лишнего не будет, зато лучник может сильно проредить погоню, если дать ему время и возможность спокойно пострелять в занятых нами врагов.
Погоня внезапно вынеслась из-за вершины холма и проскакала до нас, не обращая внимания на то, что творится по сторонам, видя перед собой только облачко пыли, уводящее за следующий кипу кустов.
Впереди оказался молодой дворянин со злым и напряженным лицом, придерживая одной рукой меч на боку, он внимательно всматривается в следы от колес подводы. Проскакав мимо наших кустов, он повернул голову, внимательно посмотрел, как показалось, прямо мне в глаза. За ним я рассмотрел четырех всадников, обычных таких служивых стражников, настегивающих лошадей.
Тут щелкнули арбалеты, один болт ударил в голову лошади дворянина, второй попал в лицо одного из стражников слева от вожака и опрокинул его на круп лошади, которая покатилась кубарем от натянутой предсмертным усилием уздечки. Боевой конь дворянина тоже полетел на землю и, перевернувшись один раз, придавил того своей тушей.
«Отлично получилось, самый опасный противник выведен из строя и еще один стражник убит на месте, хорошее начало засады» — заметил я.
Зато оставшиеся всадники пронеслись мимо без какого-то ущерба, что делает сейчас лучник, я не знаю.
Остановившись и развернув лошадей, четверка всадников издала боевой клич и погнала прямо на нас, выскочивших из кустов и выставивших копья, у кого они оказались. Это мы втроем, я, Учитель и Хонс, вставшие рядом в ожидании атаки.
Один из всадников вдруг закачался и сполз вниз, в его спине обнаружилась стрела, теперь он не участвует в схватке, все же наш лучник не подкачал.
Хонс оказался умелым бойцом со своим копьем, он первым атаковал напирающего всадника и сразу же длинным выпадом ранил его в колено, успев отскочить от удара мечом. Нависающего надо мной усатого крепыша я не стал трогать, опасаясь получить мечом по шее, то есть, по защитному куполу, который я все же поставил. Просто и незамысловато кольнул в грудь его лошадь, вороного жеребца, потом так же, как Учитель, только испугавший своего противника движением копья, отскочил назад.
Мы оказались в выгодном положении, трое всадников потеряли напор и вертятся на месте, бешено отмахиваясь от нас и атаковавших их с боков разведчиков. Торк показал свое крутое мастерство и ловко бросил боевой нож, попав в глаз одному из стражников, тот сразу обмяк и сполз вниз. Только и противники оказались не промах, тоже одновременно бросили свои боевые ножи, один вонзился в грудь Учителя, второй попал в руку Хонсу, сразу же опустившему копье. В образовавшийся разрыв стражники и рванулись, отмахнувшись от Торка и Вилсера, пытаясь уже просто удрать, понимая, что ситуация сложилась не в их пользу.
Что пора скакать за подмогой, поднимать местное дворянство, раз воришки подводы оказались такими опасными и обученными по жизни душегубами.
Я успел подготовиться и со всей силы на высокой скорости ударил в бок пролетавшего стражника, не успевшего еще разогнаться на лошади мимо меня. Его повело в сторону от меня, острие копья пробило кольчугу и вошло на всю длину в бок, он еще продолжает ехать, когда я выдернул копье, после чего воин сразу же упал с коня.
И тут же последнего выбил из седла метким выстрелом в затылок Трагер, выскочивший из кустов и сумевший тщательно прицелиться. Воин проскакал с десяток метров и тоже сполз с коня, который сразу же остановился.
«Черт, у нас большие проблемы! Двое наших очень серьезно ранены, при совсем скромных возможностях в лечении ран, общеизвестных для парней и этого мира, а ведь нам еще придется срочно удирать», — понимаю я.
«Пожалуй, мне придется выйти из тени, приоткрыть свои способности», — и этот вариант мне тоже понятен.
Хотя, можно так не спешить, в живых у противника никого не осталось, некому поднять погоню в ближайшие часы, нам придется остаться на этом месте относительно надолго. Пока немного не заметем следы и не разделим мародерку между собой.
Хороший повод заинтересовать парней таким интересным всем делом.
Только требуется первым делом проверить, что никто не удрал.
Тут я посмотрел на оставшихся в строю парней, Хонса перевязывает Вилсер, Учителя — Торк, опытные в таких делах люди. Поэтому я сам бегу проверить, насколько живы стражники, успевшие ускакать от места схватки в сторону прежде, чем упасть, и заодно посмотреть с вершины холма, не мчится ли сюда новый отряд преследователей.
Или, может, какой-то отставший член погони разглядел, что тут такое ужасное творится, скачет уже за подмогой, нахлестывая свою лошадь.
Тогда не очень понятно, как быстро он сможет добраться до ближайшей усадьбы.
Если у нас не окажется нескольких часов, чтобы уехать подальше, нам придется очень плохо. Поднявшись бегом на холм, я смотрю вперед и с облегчением понимаю, что дорога совсем пустынна, рядом не видно никакого жилья.
Еще и распаханных полей не имеется поблизости, скорее всего, эти места используют только как луга.
Что здесь, в Сатуме, является обычным делом, чтобы особо ничем ценным не рисковать вдалеке от поселения.
«Нам еще может повезти, мы сможем скрыть следы стычки, свалить под откос тела стражников и того молодого рыцаря», — радуюсь я.
Только что делать с парой пострадавших лошадей? Еще с боевым конем, убитым болтом в бошку?
Как только я подумал о нем, этом дворянине, возвращаясь назад, так сразу вскрикнул Трагер, а зарычавший Торк подлетел к туше коня, придавившего дворянина, и взмахнул там мечом.