Правда, тогда я ехал в одежде терумского дворянина, но с легендой астрийского, сейчас в одежде частично местного производства, но без герба и прочего своеобразного паспорта, сразу же характеризующего своего носителя.
Понятно, что с моим знанием языка я могу хоть немного достоверно представиться только иностранцем, зато все же благородных кровей. Способ, который я придумал сначала только для того, чтобы забраться в спальню к баронессе, оказался настолько удобен, чтобы проехать и проплыть половину континента безо всяких зримых проблем.
Братьев мое дворянство по итогу не спасло, но ведь напавшие в темноте бандиты не могли себе представить, с кем они столкнулись на берегу того озера.
За целый день в пути ничего серьезного с нами не случилось, пару раз выскакивали из кустов криминальные люди, заметив подводу, но разглядев в моей руке меч, молча возвращались в кусты. Только разведчики реагировали на это достаточно нервозно, не привыкнув еще к реалиям жизни в Сатуме, хватались за оружие, что бандиты тоже замечали.
Пришлось предупредить, что с этим делом не стоит торопиться, им оружие по местным уложениям не положено никак, чтобы не спалили нас при первой встрече с дворянской стражей.
Следующую ночь провели в трактире с номерами на подъезде к городу, месте достаточно дорогом, пришлось отдать за два номера полтора золотых и за ужин на всех еще один золотой. Нечего и говорить, что ценообразование Сатума очень удивляет гвардейцев, денег нам едва хватит впритык на обратную дорогу.
Только я знаю, что Клея тоже появится не с пустыми руками, а с хорошими деньгами, поэтому совсем не беспокоюсь по этому поводу, в отличие от Учителя.
Учитель ведет себя все нетерпеливее с каждым пройденным километром, хотя обычно половина группы дрыхнет на подводе, устроившись поудобнее и прикрыв голову от беспощадно жарящего светила.
И вот настал день, когда Гинс начал узнавать знакомые поселки и городки, везде он успел побывать здесь за долгую спортивную жизнь. Мы свернули налево, едем прямо по проселочной дороге, которая должна привести нас к такой же дорожке, которая выходит на окраину Пельтума, как раз рядом с домом братьев.
К вечеру мы остановились около пышной шапки кустов, в половине километра от городских окраин.
— Так, парни, прячете подводу здесь, лошадь я тоже оставлю пока, потом заберу. Сейчас вы останетесь с Гинсом, он только покажет мне издалека дом, где живут его ученики, и вернется назад. Пока еще светло ему опасно появляться в городе. Потом я вернусь, мы сходим с ним и еще с кем-то из вас в гости к его ученикам, когда совсем стемнеет.
Так мы и сделали, Гинс показал мне издалека крышу уже знакомого мне дома и вернулся к нашим. Я же прошел до дома, где убедился, что там никого нет, а дверь закрыта.
«Сегодня, как я понимаю, выходной день, поэтому братья могут пропадать на соревнованиях и должны появиться вечером», — догадываюсь я.
Пришлось вернуться обратно, рассказать всем нашим, что встреча случится немного позже.
Когда уже серьезно стемнело, Гинс с Торком отправились ждать братьев к ним домой, Учитель знает, где они хранят ключ от дома, и подождет братьев внутри.
Я же забрал лошадь и, оседлав ее, доехал до трактира с номерами, в котором ночевал тогда. Сдал лошадь на конюшню и снял номер, заказав ужин сразу на двенадцать человек, отдав наш походный котел в качестве посуды.
Разведчикам в кустах жечь костер и готовить пищу так близко к городу не стоит, слишком опасно, поэтому мы договорились, что утром парни переберутся на километр подальше от Пельтума, а сейчас я принесу еду из трактира.
Это не должно вызвать больших подозрений, просто дворянин разместился в номере на удобной кровати, а его слуги и охрана где-то в полях бесплатно встали на ночлег.
Так я подумал, правда, хитрая рожа хозяина и взгляды, которые он кидает, когда я забираю котел, мне не понравились. Скоро донесет местной кодле — есть, кого пограбить, если повезет.
Отвезя нашим парням простой, но обильный, ужин и поделив его, я снова вернулся к дому братьев, теперь на мой стук открыл один из них, который Крон.
Гинс с Торком и оба брата также ужинают, чем бог послал, парни выглядят не ахти, двигаются с трудом, похоже, им сегодня хорошо досталось, но счастливые улыбки не сходят с побитых лиц.
Их любимый Учитель вернулся за ними и зовет в страну, где легко жить по-человечески.
— Мы сразу согласились, — говорит мне Брон и обнимает Учителя. — Он нам, как отец и старший брат.
Глава 5
Мы обговариваем детали нашей эвакуации, как оповестить Клею, и приходим к закономерному выводу, что сделают это сами братья.
Я плохо говорю на местном, Гинсу вообще лучше не появляться на улицах, он очень хочет дождаться встречи с сестрой в доме братьев, но тут вмешиваюсь я:
— Гинс, так нельзя. Тебе придется ночевать с нашими. Мало ли кто заметит их в кустах, если рано поедет куда-то. Парней могут спросить о чем-то, только они ничего не ответят, потому что не поймут, тогда сразу же начнется в Пельтуме кипеж из-за того, что какие-то совсем чужие сидят в засаде рядом с городом. Кодла местная придет разбираться, гонца к дворянам пошлют, поэтому придется уходить с погоней на хвосте, может случиться так, что даже твою сестру не успеем предупредить.
— Поэтому тебе придется спать рядом с парнями, они же в городе не ориентируются. Тем более, у меня остался ужин для вас, — и я показываю горячий котелок, который прихватил от наших, откладываю пока пару порций братьям и пару Учителю с Торком.
Только есть им придется по парам, глиняных мисок всего две, больше в доме посуды не нашлось, конкретная бедность видна во всем. Похоже, братья тоже очень голодные, вон как накинулись на мясное блюдо, чем-то напоминающее рагу, проглотили мгновенно и еще подтерли корками подливу.
— Не кормили сегодня после боев. Мы оба проиграли, такое наказание от кодлы обычно положено, — заметив мой взгляд, виновато улыбнулся один из братьев, который Брон.
Я отложил им еще пару порций из котелка, видно, что парни совсем не наелись, а силы им еще понадобятся, тем более, побитые они сильно. Ходят с трудом, за бока и колени держатся, можно потом подлечить обоих.
— Сейчас наши отъезжать подальше уже не будут, темно совсем. На утро закажу еще еды, чтобы перекусить на ходу, появлюсь тоже рано утром, чтобы связать вас с нашими на поле, — я кивнул на братьев.
— С вами, — теперь я кивнул на разведчиков.
— Я буду прикрывать эвакуацию, на коне и с копьем мне тут вообще нет противников. Когда Клея пройдет мимо вашего дома, пусть братья помогут ей, и все вместе идут за город, где вас встретят.
На этом и договорились, я не стал говорить, что один из братьев, после того, как предупредит Клею, может помочь донести ей вещи.
Девушка очень крепкая и сильная, для нее это несерьезный вес, мешок с едой и пара мешков со своими вещами.
Только человек предполагает, а судьба располагает, планы наши посыпались почти сразу же, на скорую руку пришлось вносить исправления на ходу.
Как только я вышел из дома братьев на улицу, сразу же почувствовал, что меня внимательно разглядывают из кустов напротив. Не подав вида, медленной походкой, придерживая копье, направился к трактиру, думая про себя, что делать и где я прокололся настолько, что ко мне уже приставили шпиона.
Ну, где я прокололся — понятно.
Когда заказал еды на двенадцать человек и куда-то ее унес на глазах у продувной рожи трактирщика.
Скорее всего, именно тогда трактирщик с нехорошей такой ухмылкой глядя на меня, забирающего заказ в принесенный с подводы котелок, послал местной братве сообщение о том, что в трактире поселился непонятный дворянин, плохенько разговаривающий на корли, который еще и еды набрал на добрый десяток народа.
Такие непонятные движения приезжего дворянина местные бандиты точно не пропустят, вот и нарисовался соглядатай, который увидел меня сейчас выходящим из дома братьев.
Значит, он смог меня заметить, когда я туда заходил. Скорее всего, что смог, поэтому занял позицию для наблюдения так, чтобы контролировать дом братьев.
«Братья — это собственность местной кодлы, поэтому сразу возникает вопрос, что за дела у проезжего непонятного дворянина с этими придурками, которые сегодня снова проиграли в боях, поэтому не заслужили ничего поесть на ужин», — напоминаю я себе местные расклады.
Думаю, что Ромер, один из главарей местной кодлы, заставляющий жить с собой сестру Гинса, когда до него дойдет эта информация, сразу серьезно задумается и быстро догадается, что в этом деле явно попахивает Учителем, братом его подруги.
«Тогда вопрос только в том, глушить ли шпиона сразу или разобраться со всей кодлой, ну, с теми из них, кто подвернется под мою руку?» — задумываюсь я.
То есть, начинать ли войну сейчас или все же дождаться утра?
Сейчас ночь на дворе, передвигаться непросто, но все же возможно, зато силы врага пока точно не отмобилизованы. Крыша местная в виде дворян со своей маленькой армией появиться может только утром, если вообще появится.
Кто его знает, как далеко они живут от городка?
Утром они могут прискакать в Пельтрум, да и Ромер не оставит свою подругу тогда одну дома, а еще в свете разворачивающихся непонятным образом событий точно прикажет идти с ним на сбор всей банды.
«Да, лучше сейчас начать эскалацию и оказаться первыми, кто нанесет внезапный и беспощадный удар», — решаю я.
Поэтому свернул за угол дома и прошел, сильно топая, мимо кустов, где, дожидаясь соглядатая, накинул на себя невидимость. Зато и затаился прямо около угла дома, а когда следом появился мелкого вида паренек, просто шарахнул его об стену дома маной. Он здорово приложился башкой об местный кирпич и упал без чувств. Потом подскочил к хорошо оглушенному и приставил нож к его шее, от укола филер сразу пришел в себя.
— Хочешь жить подольше, тогда молчи!
Кинжал жестко зафиксировал шею, но паренек что-то попробовал поспорить, начал было сопротивляться, зашарил где-то за поясом руками, наверняка, доставая какую-то острую железяку. Пришлось воткнуть острие на пару сантиметров, тогда дергаться шпион сразу же перестал.