И в той, и в этой жизни. Ясно, эта замена особо уже не поможет, пришла пора избавляться от машины.
— Понятно, — ответил я и на следующий день сдал в трейд-ин к дилеру Ольгину большую, но уже прошедшую любовь.
Поменял с доплатой на Мазду СХ-5 с хорошим движком и отличным автоматом, этим сделал свою подругу просто очень счастливой на пару месяцев. Когда рассосалась в принципе нерешаемая проблема с прежней машиной, а на парковке стоит другой новенький автомобиль с гарантией. Да еще автомат у Мазды — один из самых лучших.
— Удачно я сходила тогда на свидание, — шутит она.
В шутке этой только доля шутки, как я понимаю, однако все равно всем очень доволен.
В принципе, с ее внешностью могла бы легко себе такую же жизнь устроить. Только пришлось бы сжимать зубы, чтобы спать с каким-нибудь пожилым богатым мудаком. Или даже с молодым мудаком.
Как писал классик — богатые люди часто бывают отвратительны, а вот их деньги почему-то уже нет.
На сервисе у дилера ее вариатор уже приговорили под замену, как она мне пожаловалась, именно из-за ее неправильного стиля вождения.
— Ну, все как положено у этих официальных дилеров, — усмехнулся я. — Найдут, что на уши развесить, они в этом профессионалы. Это от постоянной толкотни в пробках, городского стиля вождения. Тут нужно масло в движке в два раза чаще рекомендуемого на сервисе интервала менять. И с вариатором или тем же автоматом быть очень осторожным.
Так что жизнь налаживается: работа работается, люди становятся здоровее и сильно благодарнее, репутация моя в узких кругах по знакомству растет с каждым сеансом небольшого излечения. Такого лично маленького чуда для каждого побывавшего на приеме у меня человека.
Прошло начало октября безо всяких волнений и тревог, поменял Ольге резину на машине, колеса оставил в подсобке в самом доме.
Зимняя резина с Кашкая не подошла по размеру на Мазду в богатой, насколько она может быть у Мазды, комплектации. Да еще здорово поезженная она уже, четыре сезона катается по голому зимнему асфальту. Восемнадцатые катки безумно тяжелых по весу оригинальных дисков заменил на семнадцатые повыше профилем и дорогую липучку.
Самое трудное дело для женщин — это возня с заменой резины. Так что узнав, что все уже сделано, а летние колеса уже сложены в подвале дома, Ольга выдала мне шикарную ночь безудержной любви.
А утром позвонил брат и взволнованным голосом сказал, что какие-то люди хотят с ним поговорить:
— Встретил меня около подъезда паренек и передал, что со мной хотят пообщаться. Сегодня в двенадцать около дома.
Ох, чувствую, что опять проблемы из поезда нарисовались.
Посмотрел на часы, еще два часа до встречи. Или, скорее всего, настоящей стрелки.
— Я пойду на встречу, ты пока из дома не выходи. Должны снова слежку поставить. Потом встречаемся по нашей форме одежды в месте номер два.
Да, теперь у нас есть полностью одинаковая одежда и определены места, где Брат может зайти в подворотню, а выйду из нее уже я навстречу случившемуся соглядатаю или филеру.
Выражение лиц у нас может не совпадать, однако все остальное из одежды и обуви плюс кожаная сумка на ремне через плечо — полностью идентичны.
И внутри мы тоже очень разные, я уже суровый лесной убийца из кровавого средневековья, а он еще обычный толерантный горожанин наших дней.
Если и убивал кого, то только надоедливых мух и комаров.
Глава 8
Договариваемся с Братом по телефону, что и как делаем в сложившейся ситуации.
— Не ожидал я, что эта тема так затянется. Думал, что уже забыли барыги про своих курьеров, — размышляю я вслух.
Но это же такие люди, которые ничего не должны забывать. Однако и на не слишком мирных обывателей не должны свои проблемы перекладывать, я же очень хорошо именно такого обывателя изображал. Когда ножами в темноте размахивал, ну вот совсем на такого простого горожанина, домашнего и толерантного, не похож был.
Однако они снова нарисовались зачем-то на горизонте. Одного раза не хватило? Что-то еще интересное про Брата узнали? Скорее всего, как раз ничего и не узнали серьезного, теперь попробуют настоять на своем.
— Что будем делать? — спрашивает Брат. — Мне встречаться, или ты сам выйдешь?
— Думаю, наркодилеры решили все же стрясти с меня, то есть, с тебя денег. Парень ты обеспеченный, пусть и оказался резким бойцом — сила солому ломит. Похоже, пробили насчет всяких силовых ведомств и получили отрицательный ответ. Придет не двое быков, а четверо, да еще с огнестрелом, раз уж я себя таким отморозком показал. Попробуют усадить в машину и куда-то отвести, чтобы напугать до усрачки. Выкатят тебе миллионов пять, чтобы сняли претензии. Если поведешься — совсем в долги загонят. Финансовую составляющую, которую с тебя можно снять, уже прощупали наверняка. Недавно квартиру за шестнадцать лямов купил, да и родители солидно богатые люди. Поэтому пойду именно я. Кажется, защитный купол очень даже понадобится.
— Думаешь, так серьезно будут настроены? — удивляется Брат.
— Да, еще отомстить захотят за своих порезанных быков и деньги пропавшие возместить, которые я у курьеров забрал. К ментам, сам понимаешь, с такими требованиями не подъедешь. Поэтому точно меня в виновные запишут и будут изо всех сил убеждать, что мне конец неминуемый приходит. Если не расплачусь.
— И что тогда делать? Знакомых ментов или кого повыше подпрягать?
— Думаю, что сам разберусь, — помолчав, отвечаю я. — Тут по легкому никак не съехать. Твои знакомые силовики тоже захотят сильно нажиться на наших проблемах. Придется зубы показать по-настоящему. Не факт, что после этого проблемы рассосутся, но попробовать можно. Буду действовать по обстоятельствам, прокачаю их на правду и там решу, что с ними делать. Ты давай, начинай еще сильнее ману прокачивать, защитный купол тебе в любом случае здорово необходим. Что здесь, что в другом мире. Если мне не повезет, придется тебе снова с документами ехать в Грузию через Осетию. Чтобы встретить меня опять в Храме. Или тогда решим еще как-то, может даже уйдем потом вместе. Нет, тебе в Храм лучше не пробираться, я тогда сам в Осетию перейду, буду в Квайсе ждать у твоего знакомого.
— И так через день по два часа в парилке сижу, другой бы давно сердце посадил с концами, — отвечает Брат.
— А камни лечебные на что?
— Вот, держи мои документы и телефон, может и пригодится, — передаю я ему все свое добро.
Это да, хорошо, что можем лечить друг друга хоть каждый день. Да и у самих на себя ману обращать получается нормально.
Я теперь через день трачу ману на работе, на следующий день восполняю ее в бане или хамаме фитнеса после тренировки. Благо, что всего восемь-десять процентов оставляю на работе, иногда даже шестью ограничиваюсь, поэтому возместить потраченное могу без особых проблем. Стараюсь шестью процентами обходиться, однако не всегда получается.
Пришла тут очень красивая мамочка с дочкой лет пяти, хорошенькой девочкой. У той глазки в разные стороны смотрят, нужно на операцию ложиться, однако мамочка решила все же посетить меня. Узнала от кого-то из работников нашего центра о новом умельце и, хотя заметно видно, что сильно не верит в мои способности, все же пришла и записалась.
Надежда — это такое дело, она никогда не умирает.
Делал я все манипуляции при ней, потратил пару процентов маны и свел зрачки ребенка уже в норму. Даже не хотел так быстро вылечить, однако под внимательным взглядом редкой красавицы, лучащемся искренней надеждой, не смог устоять. Придавила меня своим обаянием молодая женщина, и поэтому я полностью вылечил дочку.
Это случилось, когда она посмотрела на небольшую, но сильно верующую в мое лечение толпу около нашего рецепшена, тогда что-то и поняла для себя. Народ даже без записи приходит на тот случай, если кто-то пропустит свою очередь.
Ну и на маленькое чудо посмотреть, которое видно в глазах каждого выходящего пациента.
А когда стал переназначать через пару месяцев следующий сеанс, чтобы все настроилось нормально, получил конкретное предложение принять их через неделю. За любое вознаграждение, тут высокая грудь очень ощутимо прижалась к моей, а глаза…
Ну, я в них сразу же утонул и, с огромным трудом выплыв на поверхность, все же смог отказаться.
— Приходите через месяц! — сказал хриплым голосом, мгновенно севшим от перевозбуждения.
Какая-то конкретно сильная природная магия есть у мамочки девочки, однако я ее не смог обнаружить, даже посмотрев магическим взглядом. Вспомнил в этот момент тех сестер-колдуний, Анэль и Гериэль, которых пришлось убить каждую по два раза в итоге. Какое-то из той же серии ощущение меня посетило, на самом деле, в этот раз.
— Придем через две недели! Мое предложение остается в силе, — услышал я в ответ.
Потом приходил в себя целый час, размышляя с точки зрения этики и морали, что будет, если я соглашусь.
Вроде и некрасиво выходит, однако очень хочется морально оступиться. Нормальные мужские мысли, ничего не скажешь. Просто обязан с ней переспать, чтобы не было мучительно больно вспоминать всю оставшуюся жизнь свой отказ.
Так и поступили с Братом, как договорились. Без десяти двенадцать он быстро вышел из подъезда, дошел до одной подворотни и сам заскочил в подъезд с пакетом, из которого уже вышел я без пакета.
Пусть враги поломают голову, кому и что он там оставил.
Чипы к соседним подъездам и проходным подворотням у нас уже давно приготовлены именно для таких пересменок.
Наблюдатель, конечно, за ним оказался приставлен, сейчас он почти бежит сзади быстрым шагом. Обычный паренек славянской внешности с тощим лицом и во всем сером, очень неприметный такой.
Увидев, что я вернулся, он сбавил шаг и уставился на небо, как будто там булки летают.
«Не отличил сразу меня от Брата, ну и хорошо», — понял я и подошел к подъезду, где остался ждать продолжения.
Все же выражения лица у нас заметно разные бывают, если что-то такое ждать, конечно.