— Тебе тут не скучно? — невинно поинтересовалась она.
— Что ты! — уверенно возразил Род. — Тут происходит масса интересных событий, скучать мне просто некогда!
— Очень хорошо, что ты, приступая к слежке, догадался поесть, — похвалила Фокси предусмотрительность Рода. — А то сейчас тебя бы терзал голод. Или не догадался?
— Кто из нас телепат? — риторически вопросил Род.
— Я вовсе не то слово, что ты обо мне сейчас подумал! — засмеялась Фокси. — Наоборот, я очень хорошая. Я вижу, что тебя мучает голод, и, как истинная сатанистка, не могу пройти мимо твоих страданий и не облегчить их.
— Обычно говорят «как истинная христианка», — поделился жизненным опытом Род.
— Нет никакой разницы, — отмахнулась Фокси. — Если Бог существует, он един, только называют его по-разному. Одни — Христос, другие — Сатана, третьи — Аллах… Это все одна и та же сущность.
— Священники с тобой согласны? — удивленно поинтересовался Род. От неожиданности у него даже голод не то чтобы пропал, но резко ослаб. Впрочем, ненадолго.
— Какое мне до них дело? — Фокси была удивлена не меньше. — Я тебе поесть принесла, а для тебя важнее, что именно англиканские священники думают об Аллахе?
— Поесть? — Интерес Рода к теологическим проблемам резко пропал. — Что ты принесла? Покажи!
— Нечего смотреть, ешь! Вот хлеб, мясо и эль. Мясо уже холодное, тут уж прости, остыть успело. — Раньше, чем она договорила, вся принесенная еда была употреблена по назначению.
— Спасибо, — искренне поблагодарил Род. Фокси отличная девушка!
— Конечно, — согласилась Фокси, прочитав его мысли. — За это поцелуй меня!
Род ничего не успел не то что возразить, а хотя бы понять, чего она хочет, а Фокси уже крепко впилась в его губы и долго не отпускала.
— Так, хватит! — недовольно сказал подошедший Смит. — Сколько можно?
— Это совсем не то, что ты думаешь! — попытался объяснить Род, к тому моменту уже оторвавший от себя Фокси.
— Откуда ты знаешь, что я думаю? — удивился Смит. — Ты разве тоже телепат?
— Род думает, что я, глядя, как он ест, внезапно воспылала к нему бешеной страстью, — весело сообщила супругу Фокси.
— Болван, — высказался Смит. — Твоя девчонка поела и вышла, а ты тут стоишь на виду, вроде как следишь за ней. Вот Фокси и закрыла тебя от ее взгляда. Тем способом, который знает. Не скажу, что мне это понравилось, но и делать из этого проблему я не намерен.
— Идем за ней, — предложила Фокси. — Она явно направляется в церковь. И мы со Смитом тоже. Послушаем проповедь архиепископа.
— Разве он здесь?
— А ты не знал? Приехал прочитать проповедь на тему «Иисус и магия». Специально для нас, надо полагать.
— Фокси, ты же сатанистка, как я понял. И ты пойдешь в церковь слушать проповедь христианского архиепископа?
— В твоих мыслях читается сомнение, — сообщила Фокси. — Но у тебя будет возможность убедиться в этом собственными глазами. Однако сначала мы решим другую проблему, которая касается только нас. Тебе завтрак понравился?
— Очень! Я так тебе благодарен!
— Я тоже получила массу удовольствия. Всю жизнь мечтала, чтобы хоть раз какой-нибудь герцог питался моими объедками и при этом еще и меня благодарил. Но удовольствие — это духовное. А я — о материальном. Еда, знаешь ли, денег стоит. Нам ее бесплатно почему-то не дают. Даже за рожу Смита скидку не сделали, сколько я ни просила. Вот в других местах трактирщики боятся требовать платы у магов, особенно черных. Не то что здесь.
— Так они видят мага раз в месяц, а то и реже, — пояснил ей Смит, и, наверно, уже далеко не в первый раз. — А если здешние трактирщики будут бесплатно кормить магов, они разорятся, потому что магов тут много и аппетит у всех хороший.
— Если денег не брать, аппетит еще сильнее возрастет, — предположил Род.
— Вот именно! Так вот, Род! Твой завтрак стоит, — она назвала цену. — Хлеб, мясо, эль. Мой поцелуй — бесплатно, я не какая-нибудь там продажная девка!
— Однако цены у тебя… — Род был слегка ошарашен.
— Так с доставкой же, — улыбнулась Фокси.
Эта своего не упустит, промелькнула мысль в голове Рода.
— Не упущу, — согласилась ведьма.
Род пребывал в отличном настроении. Хороший сегодня выдался день, подумал он. К вечеру ему предстояло переменить свое мнение.
Юджин и Вирджиния следовали примерно в десяти шагах позади Рода, Смита и Фокси. Разумеется, внешность оборотней была совершенно неузнаваема.
— Кто же это так отделал Смита? — поинтересовался Юджин. — Не хотелось бы с этим парнем встретиться на узкой дорожке!
— Герцог и отделал. Поединок, правда, выиграл Смит.
— Почему «герцог», Джинни? Раньше он был для тебя «щенком»!
— Никто не щенок, если смог достойно драться со Смитом.
— Говоришь, Смит победил? А по виду их обоих, так ровно наоборот. Кстати, не знал, что они друзья.
— Не друзья они. Просто попутчики. Но что это меняет? Пока они вместе, мы ничего сделать не можем.
— Как он за ней пристально следит! Что ты ему сказала про нее, что он так резво за ней помчался?
— Ничего я ему не говорила. Не успела. Когда я пришла к нему, он выскочил из комнаты и помчался за ней, меня даже не заметил. Сам, видать, придумал все, что я ему сказать собиралась. Кстати, куда они все идут?
— Да понятно куда. На постоялый двор. Позавтракать, наверно.
— Ну и как его от них оторвать?
— Джинни, я с самого начала не хотел именно сейчас убивать щенка. Это можно сделать и потом. Основная цель все-таки Джозеф. Это что у нас получается? Драться с ним как-то не хочется — достаточно взглянуть на рожу Смита. Фехтует он лучше меня, как и почти все мужчины королевства, ибо фехтовать я практически не умею. И что остается? Пистолет и магия! Если я потрачу магические силы, мне будет трудно потом справиться с Джозефом. Остается пистолет, а это всего один выстрел! Может быть осечка или промах! И что тогда?
— Дорогой, а я тебе опишу, что будет, если мы его не прикончим. Утром ты убиваешь Джозефа. Ты покидаешь академию. Я остаюсь. Как только выясняется, что Джозеф погиб, Родерик идет к Мэри-Джейн и говорит ей, что это твоя работа. А она в этом и так не сомневается. А я дежурная на воротах. Он сообразит, кто я такая, как думаешь? Только он, больше никто! Для этого он и приперся в академию! А потом меня будут пытать, спрашивать, где ты. А я не знаю! И умру под пытками! Теперь скажи, мне это надо?
— У тебя будет достаточно времени, чтобы покинуть академию. Давай еще раз повторим наш план. Я не вижу в нем ни одного слабого места.
— А я вижу!
— Ну давай по пунктам. Ты усыпляешь дежурного привратника, Ричарда, или как его там. Я вхожу в здание и прячусь в драконюшне. Даже если меня кто-то по пути увидит, ничего не заподозрит. Правильно?
— Пока да, Юджин. На этом этапе трудностей действительно не предвидится.
— Утром Джозеф, как всегда, навещает дракона. Я его там приканчиваю. Он нападения не ждет, да и вообще я сильнее. Шансов у него нет. Затем под его личиной выхожу в коридор, первому попавшемуся студиозусу говорю: «Передай Мэри-Джейн, что мне срочно нужно в Лондон» — и улетаю на драконе вместе с телом Джозефа. Тревогу объявляют? Нет! Ничего не случилось!
— Вот именно, ты улетаешь, а я остаюсь одна!
— Но тебя ни в чем не подозревают, потому что о смерти Джозефа пока никому не известно! Я избавляюсь от тела и вечером лечу в Лондон. Там дракона отпускаю. У тебя целый день на то, чтобы спокойно уйти из академии! Повод — ты сафистка, и без других сафисток жить не можешь, а в академии их нет. Кто придерется? А потом пускай щенок рассказывает какие угодно сказки, кто ему поверит? Он уже пытался обвинить тебя, и чего он добился? Прикончим его спокойно через полгода.
— Ты очень хорошо все изложил. Но не учел одну тонкость. Что будет со мной, если ты не справишься с Джозефом?
— Если я не стану возиться со щенком, мои шансы с Джозефом будут еще выше.
— Вот именно. Значит, ты в себе не уверен. Так вот, если Джозеф тебя прикончит, возникнет вопрос, как ты попал в здание. И этот вопрос зададут Ричарду, а не мне. Я при нем всего лишь девочка на побегушках. Дальше его проблемы.
— Вот видишь, тебе ничего не грозит даже при моей неудаче. Должен отметить, мне неприятно обсуждать, что будет, если я погибну.
— При твоей неудаче мне ничего не грозит, если Родерик мертв. А если он жив, он скажет Джозефу, что Эмили и Вирджиния, возможно, одно и то же лицо. И угадай, что сделает Джозеф. Я даже думать об этом не хочу!
— Я же тебе говорю, что у Джозефа против меня нет ни единого шанса!
— Я тебе верю, дорогой. Но ставить на это жизнь не желаю. Герцог должен умереть! Тем более что все равно его придется прикончить рано или поздно, он же не успокоится и будет мстить.
— Ладно, почти убедила. Скажи лучше, почему щенок не пошел с ними завтракать? Он что, не голоден?
— Идиот, он не хочет попадаться на глаза своей сучке! Ладно, пока он ждет, сходи спроси трактирщика, не прибыли ли к нему новые постояльцы. Три стражника и палач.
— Ты думаешь, если они прибыли, то остановились именно здесь? Тут несколько постоялых дворов.
— Мы ждем. Сделать ему сейчас мы ничего не можем — тут многолюдно. Значит, просто ждем. Так сходи и спроси, чтобы не терять времени.
Юджин вернулся очень быстро.
— Насчет палача ничего не знаю, а трое людей, по виду военных, прибыли ночью. Имя одного из них — Ричардсон.
— Вот так. Родерик получил обещанное подкрепление, хотя еще не знает об этом. С ним надо покончить именно сегодня! Пока не поздно!
— Хорошо, я прикончу его сегодня. Хотя при этом у Джозефа появятся дополнительные шансы. Может, отложим дело с Джозефом на другой день?
— Идея хорошая, жаль только, невыполнимая. Чтобы ты без проблем проник внутрь, нужно, чтобы я дежурила на воротах. Обычно там дежурят одни и те же девушки. Они прекрасно справляются. Сегодня особый день, проповедь архиепископа, масса студиозусов пойдет в церковь, потом устроят гулянку, и на ворота ставить некого. Я крутилась перед глазами, меня попросили, я согласилась. В другой день уже мне самой придется очень проситься, чтобы меня поставили на это дежурство. Во время расследования это может вызвать подозрения.