Он посмотрел на приоткрытую дверь черного хода. На улице все еще было темно.
– Если дверь открыть, связи с прошлым нет. До рассвета еще есть время. Ацуя, что будем делать? – спросил Сёта.
– В смысле?
– Может, мы чему-то мешаем? Если бы нас не было, дверь бы не открывалась.
Кохэй встал, молча подошел к двери и плотно ее закрыл.
– Ты чего творишь без спроса? – спросил Ацуя.
Кохэй обернулся и покачал головой:
– Надо закрыть.
– Почему это? Тогда время остановится. Ты собираешься сидеть здесь вечно?
Не успел Ацуя это сказать, как у него возникла мысль. Он кивнул:
– Ладно, я понял. Дверь мы закроем, но сами отсюда выйдем. И тогда все сложится. Мы никому не помешаем. Я прав?
Но приятели не согласились. Оба сидели надувшись.
– Да в чем дело? Чем вы недовольны?
Наконец Сёта высказался:
– Я еще побуду тут. А ты, Ацуя, можешь выйти. Можешь подождать снаружи, можешь вообще не ждать и уходить.
– Я тоже, – тут же поддакнул Кохэй.
Ацуя поворошил шевелюру.
– И что вы здесь будете делать?
– Да ничего не будем делать, – ответил Сёта. – Посмотреть хочется. Интересно же, что станет с этим загадочным домом.
– Вы не поняли? До рассвета еще час. Час снаружи может оказаться несколькими днями здесь, внутри. И вы собираетесь здесь сидеть все это время без еды и питья? Это же невозможно!
Сёта отвел глаза. Видимо, признал правоту Ацуи. Тот сказал:
– В общем, хватит.
Сёта не ответил.
Сразу после этого послышалось дребезжание рольставней. Ацуя и Сёта переглянулись. Кохэй рысью бросился в лавку. Ацуя крикнул ему в спину:
– Да ладно тебе, это ветер. Наверняка от ветра дребезжат.
Кохэй медленно вернулся обратно. В руках у него ничего не было.
– Я же говорил, ветер.
Кохэй ответил не сразу. Но, подойдя к приятелям, он расплылся в улыбке и завел правую руку за спину.
– Тадам!
В его руке оказался белый конверт – наверное, он спрятал его в задний карман.
Ацуя невольно скривился. «Ну вот, делать нам больше нечего».
– Ацуя, это последнее, – сказал Сёта, указывая на конверт. – Ответим на него – и уйдем. Обещаю.
Ацуя вздохнул и сел на стул.
– Давай сначала прочитаем. Может, нам это вообще окажется не под силу.
Кохэй аккуратно надорвал край конверта.
2
«В лавку Намия. Добрый день. Пишу вам это письмо, потому что хочу посоветоваться по поводу своей проблемы.
Этой весной я закончила бизнес-колледж и с апреля начала работать в одной из токийских компаний. Я не стала поступать в институт, потому что так сложились обстоятельства в семье, и мне хотелось скорее стать самостоятельной и начать работать.
Но, начав работать, я засомневалась, права ли была.
Наша компания набирает выпускниц только чтобы загрузить их мелкими поручениями. Моя ежедневная работа состоит в том, что я наливаю чай, готовлю кофе, переписываю начисто небрежно составленные мужчинами-сотрудниками документы – в общем, выполняю простые задания, на которые способен любой. Это сумел бы сделать и ученик средней школы – да что там, даже начальной, если он красиво пишет. У меня нет ощущения, что я выполняю нужную работу. Я бухгалтер второго разряда, но, если так пойдет и дальше, мои навыки никогда не найдут применения.
Похоже, что в компании недооценивают женщин, считая, будто они устраиваются на службу, чтобы подыскать кандидата в мужья, и, как только найдут подходящего, сразу выскочат замуж и уволятся. Раз нам поручают самые простые задания, им не важно наше образование, и им, кажется, удобнее, чтобы молодые сотрудницы сменяли друг друга – так и мужчины смогут находить себе жен, и можно не тратиться на высокую зарплату.
Но я пришла работать не для этого. Я хочу стать экономически самостоятельной женщиной. У меня нет ни малейшего желания изображать “офисную леди” в ожидании, пока подвернется что-нибудь приличное.
Пока я ломала голову, как мне поступить, меня однажды окликнули на улице. Мол, не хочешь ли поработать у нас. “У нас” – это в одном из клубов Синдзюку. Да-да, меня окликнул “скаут”, занимающийся тем, что ищет девушек для работы хостес в клубах.
Я поговорила с ним, и оказалось, что они предлагают отличные условия. Платить обещают на порядок больше, чем в моей компании. Это было настолько хорошо, что я даже заподозрила какой-то подвох.
Мужчина пригласил меня зайти к ним посмотреть, и я решилась. В клубе меня ждал культурный шок.
Слова “клуб”, “хостес” заставляли представить что-то не очень приличное, но передо мной развернулся прекрасный взрослый мир. Девушки там были не только красивые и нарядные; мне показалось, что они старательно работают над тем, чтобы клиенты остались довольны. Не знаю, получится ли у меня, но я решила, что стоит попробовать силы.
И вот началась моя двойная жизнь: днем я работала в компании, а вечером приходила в клуб в качестве хостес. Мне девятнадцать, но в клубе я сказала, что мне двадцать лет. Это тяжело физически, да и общаться с клиентами оказалось гораздо сложнее, чем я думала, но работа придает моему существованию смысл. Да и финансово стало гораздо легче.
Однако через два месяца я засомневалась. Нет, не в работе хостес, а в том, продолжать ли жизнь “офисной леди”. Если мне по-прежнему будут поручать простые задания, нет никакой необходимости оставаться в компании. Если сосредоточиться на деятельности хостес, это будет гораздо эффективнее – в том числе и с точки зрения прибыльности.
Вот только я никому не рассказываю, что работаю в клубе. Если я внезапно уйду из фирмы, то многих поставлю в неудобное положение.
И все же я, как мне кажется, нашла свою дорогу в жизни. Как мне добиться понимания от окружающих, как потихоньку уволиться? Я очень рассчитываю на ваш совет.
Буду ждать.
Заблудившийся Щенок».
Прочитав письмо, Ацуя громко фыркнул.
– Ну дела. Тоже мне! Это ж надо, какой нам последний вопрос достался!
– Да уж. – Сёта тоже скривил губы. – Ты смотри-ка, в любое время есть такие девицы, которые мечтают в клубах работать.
– Небось, красотка, – обрадовался Кохэй. – Если к ней на улице «скауты» подходят. Опять же, всего за два месяца начала хорошо зарабатывать.
– Нашел чем восхищаться! Эй, Сёта, пиши ответ.
– И что писать? – Сёта взял ручку.
– А то сам не знаешь? Пиши: «Хватит нести чушь!»
Сёта состроил рожицу.
– Ей всего девятнадцать, это слишком жестко.
– Не поймет же по-другому, дура такая.
– Я знаю, но все равно давай помягче.
Ацуя прищелкнул языком.
– Добрячок ты, Сёта.
– Если слишком жестко написать, она, наоборот, взбрыкнет. Ты же и сам такой.
И Сёта написал так:
«Заблудившемуся Щенку.
Ваше письмо прочитал.
Скажу честно: работу в клубе надо бросать. Это нехорошее занятие.
Я понимаю, что здесь можно заработать гораздо больше, чем в качестве «офисной леди». К тому же почти без всякого труда.
Вы легко обрели роскошную жизнь, неудивительно, что решили держаться этого пути.
Но эффект будет только пока вы молоды. Вы юная девушка, работаете всего два месяца, так что еще не осознали всю тяжесть этого занятия. Среди клиентов будут попадаться разные люди. Наверняка возникнет множество мужчин, которых привлечет ваше тело. Вы сумеете с ними справиться? Или будете ублажать всех подряд? Не выдержите ведь!
Сосредоточиться на работе хостес? И до какого возраста? Вы хотите быть самостоятельной женщиной, но, когда юность останется позади, никто вас никуда не возьмет.
Кем вы станете, если будете продолжать работать хостес? Хозяйкой клуба? Тогда я, конечно, ничего не скажу. Работайте. Но, допустим, заведение перейдет в ваши руки. Управлять им – нелегкая работа!
Вам ведь тоже когда-нибудь захочется выйти замуж, родить ребенка и создать счастливую семью. Тогда все хорошо. Просто лучше побыстрее бросить это дело.
А если вы будете продолжать работать хостес, за кого вы собираетесь выйти замуж? За клиента? А много среди ваших клиентов холостых мужчин?
И о родителях надо подумать. Они не для такой работы вас растили, да и в школу не для этого отправляли.
А может ничего плохого во временной работе “офисной леди” нет? Вы пришли в компанию, можете получать зарплату, особо не напрягаясь, да вас еще и обхаживают со всех сторон. В конце концов можно будет выйти замуж за служащего компании – и потом уже не работать.
Чем вы недовольны? Это ж классно!
Вы, Заблудившийся Щеночек, возможно, не в курсе, что огромное количество дяденек в этом мире мучаются, не имея работы. Они бы с удовольствием разливали чай даже за половину зарплаты, которую дают девочкам – вчерашним школьницам.
Пишу это не для того, чтобы над вами поиздеваться. Это для вашей же пользы.
Лавка Намия».
– Думаю, стоит ей хотя бы это высказать, – перечитав письмо, кивнул Ацуя.
Ему хотелось отчитать девчонку: родители позволили ей окончить школу, она без проблем устроилась на работу, и откуда эта идея – стать хостес?!
Сёта сходил положить ответ в ящик. Когда он вернулся и закрыл за собой дверь, за ставнями послышался какой-то шорох.
– Я принесу, – сказал Сёта и сразу ушел в лавку.
Вернулся он с улыбкой на губах.
– Пришло! – И он помахал в воздухе конвертом.
«В лавку Намия.
Спасибо вам за быстрый ответ. Я волновалась, вдруг вы совсем не захотите отвечать, так что, получив письмо, вздохнула с облегчением.
Однако, прочитав его, я решила, что поступила неправильно. Мне кажется, вы не так меня поняли. Надо было подробнее рассказать вам о моей ситуации.
Я хочу посвятить себя работе хостес не просто потому, что надеюсь жить в роскоши. Я хочу стать экономически независимой. Это будет мое оружие, с помощью которого я смогу жить, не полагаясь на других людей. Если же работать “офисной леди”, поджидая чего-то